Чтение онлайн

Старик безмолвствовал.

– Почему вы молчите? Я приехала сюда, чтобы написать книгу о вере людей вашего племени. И вдруг такая история... А вы не хотите помочь властям разобраться, в чем здесь дело.

Голос женщины обидчиво дрогнул.

– Это неправильно. Нужно, чтобы все люди жили по законам вашего племени.

– Все люди сами должны искать себе мир и защиту, - произнес, наконец, отец Тимофея, - Люди моего племени покинули остров, вернее, их заставили это сделать. Где они сейчас? Я один сумел вернуться назад.

Немного помолчав, он добавил.

– А милиционеров наказали духи Иту-Шаа.

Маша смотрела на старика, не зная, что сказать. Топи-сану продолжал неторопливо говорить, по-прежнему не открывая глаз:

– Мать Тимофея была русская, она ушла от нас, когда ему было всего два года. Я воспитал сына в духе Иту-Шаа, мы мечтали вернуться когда-нибудь на Хмурый. Он стал взрослым, уехал в Москву, после этого - попал в тюрьму. Я же вернулся на остров моих предков, здесь я умру.

Отец Тимофея сделал паузу, а потом горько добавил:

– Сейчас милиция вновь ищет моего сына, но я не верю, что он мог намеренно сделать что-либо дурное. Но он всегда будет между моим миром и твоим, Маша. Это его беда.

Ученой стало жалко этого больного одинокого старика, и она вдруг спросила его, стараясь этим вопросом утешить отцовское сердце:

– Может Иту-Шаа даст ему другой мир? Он мне говорил, что надеется на это.

Топи-сану открыл глаза и посмотрел на свою гостью ясно и осмысленно.

– Нет, Иту-Шаа его не примет.

Когда лейтенант Минкин вошел в кабинет участкового шерифа, Волков разговаривал по радиотелефону с начальником Районного управления МВД ДВ., Окна сборнощитового домика опять были закрыты плотными ставнями, а в комнатах горели тусклые аккумуляторные лампочки.

Начальник следственной комиссии раздраженно говорил в телефонную трубку:

– Я еще не слыхал о племенах-призраках, прикрывающих с того света свои святилища зенитными пулеметами!

Затем он помолчал, слушая ответ собеседника.

– Да, так точно. Я очень бы вас об этом попросил. До свидания.

Майор положил трубку радиотелефона на рычаг и обратился к своему помощнику:

– Начальник управления обещал прислать целый батальон президентской гвардии. Но подкрепления прибудут только к утру, нужно продержаться ночь. Что у вас новенького?

Минкин бойко отрапортовал.

– Господин майор, личный состав взвода закончил возведение оборонительных укреплений! Линию боевого охранения никто не тревожил! А что касается ночи, я думаю, продержимся!

– Дай-то бог, - тепло посмотрел на расторопного подчиненного озабоченный начальник и задумчиво добавил, - Вся проблема нашего положения в том, как мне представляется, что мы имеем дело с разведовательнодиверсионным подразделением какой-либо недружественной державы.

– Что им здесь надо?
– вытаращил глаза от удивления Минкин.

– Вот это интересный вопрос, - многозначительно заметил Волков.

Лейтенант, что называется, ел глазами начальство и ждал дальнейших пояснений.

Майор, с видом человека, которому внезапно открылась высшая истина, продолжал рассуждать:

– Почему мы до сих пор не допросили представителей местного населения? Что, мол, с убогих религиозных фанатиков взять? А ведь они, в отличие от двух алкоголиков - участкового шерифа и местного врача, постоянно ходят по всей территории острова и многое видят!

– Совершенно с вами согласен!
– преданно вставил Минкин.
– К тому же, среди этих божьих людей, тоже всякие могут затесаться.

Начальник следственной комиссии удовлетворенно кивнул в ответ на последнюю реплику своего помощника. Он уже пришел к определенному решению.

– У вас есть приборы ночного видения?

– Ток точно!

– Тогда, господин лейтенант, организуйте ночную разведку в поселок. Нужно незаметно изъять оттуда парочку божьих людей для допроса с пристрастием.

На поселок секты почитателей Иту-Шаа опустилась ночь. И без того маловыразительный экстерьер этого странного населенного пункта стал совершенно смазанным от сгустившейся тьмы.

У одной из палаток, в которых жили вновь прибывшие члены секты, из ночного мрака вынырнули двое спецназовцев - ночных разведчиков. Верхнюю часть их лиц закрывали укрепленные на головах приборы ночного видения. Из-за них разведчики походили на инопланетян или гигантских человекообразных насекомых. В руках они сжимали автоматы с насаженными на стволы колбасками глушителей.

Разведчики бесшумно проникли под брезентовый полог палатки. Внутри ее было достаточно просторно. В противоположной входу части палатки на складной походной кровати спала Маша. Простыня с нее сползла (летняя ночь на острове оказалась на удивление душной!) и поза у спящей красавицы была весьма соблазнительной, на зависть фотостилистам из "Плейбоя". В пастельных бело-голубых тонах изображения электронно-оптического преобразователя прибора ночного видения лицо спящей ученой казалось наивно-прекрасным.

Один из ночных рейнджеров повернулся к своему напарнику и поднял вверх большой палец, высказывая тем восхищение прелестями хозяйки палатки. Однако, в ответ напарник покачал осуждающе головой и жестом показал, что надо идти дальше.

Разведчики, выскользнув из палатки ученой-этнографа, с кошачьей ловкостью и осторожностью продвигались по подобию поселковой улочки дальше. Вскоре они остановились около большой хижины и по очереди проникли в нее.

Там почему-то не оказалось спящих хозяев, но, судя по количеству мест для сна, в хижине должно было находиться пять человек. А общее впечатление было такое, что хозяева вышли зачем-то минуту назад. В очаге тлели угли, постели были разобраны, а на колченогом низеньком столе находились остатки неоконченного ужина.

В другом конце поселка еще одна пара ночных разведчиков проникла в хозяйственный хлев, расположенный рядом с одной из хижин. Они так же не обнаружили в хижине жильцов, и почему-то решили поискать их в хлеву. К их вящему разочарованию, они том увидели лишь спящую корову, замерших на насестах кур.

Корова коротко промычала во сне. Один из спецназовцев заметно вздрогнул от неожиданности.

Разведчики посмотрели друг на друга и разочарованно пожали плечами.

Вскоре посреди поселка почитателей Иту-Шаа встретились две пары разведчиков из взвода лейтенанта Минкина. Они пытались объясниться при помощи жестов. Было видно, что они находились в полнейшей растерянности и не знали, что им делать дальше.