Чтение онлайн

Я должен век вести унылый.

Уж боле пылких я дружин

Не поведу к кровавой брани,

И враг не побежит с равнин

От покорителя Казани.

До дряхлой старости влача

Унылую жизнь в тиши бесславной,

Не обнажу за Русь меча,

Гоним судьбой своенравной.

За то, что изнемог от ран,

Что в битвах край родной прославил,

Меня неистовый тиран

Бежать отечества заставил:

Покинуть сына и жену,

Покинуть все, что мне священно, И в чужую уйти страну

С душою, грустью отягченной.

<…>

Увы! Всего меня лишил Тиран отечества драгова.

Если в сериалах царь Грозный представлен как трясущийся в ночи и кающийся в грехах маньяк, то Курбский – нет. В сериале «Грозное время» предателя играл патриот С. Пускепалис.

По сюжету Курбский хотя и предатель, но раскаивающийся аристократ. Он через главного героя – сына Малюты Скуратова передает царю письмо. Курбский хочет предупредить Грозного о том, что на Русь со своим многочисленным войском пойдет крымский хан Девлет-Гирей.

В сериале «Грозный» 2020 года Курбского играл К. Крюков. Он сбегает к польскому королю, спасаясь от безосновательных подозрений царя, а оказавшись в Польше, выказывает готовность возглавить поход, но это не против родины, а против изверга на троне.

Все попытки облагородить предателя разбиваются историческими фактами, никак не учтенными писателями и создателями фильмов либеральных взглядов.

В архивах Польши и Литвы были найдены документы, подтверждающие переписку «великого воеводы Курбского» с Польшей и Литвой. Переписка была не только с панами, а с первыми лицами польско-литовского государства: Сигизмундом II, гетманом и подканцлером Литовского княжества. До сих пор хранится письмо, где польский король благодарил гетмана за проявленное усердие и старание в отношении князя Курбского. Говоря современным языком, выглядит так, будто Курбского завербовали, но на самом деле первым предложил свои услуги иуда Андрей Курбский: «Отъезд Курбского не был результатом мгновенного решения. Отъезду предшествовали тайные переговоры боярина с литовцами. Имеются достоверные сведения о том, что Курбский получил закрытые листы: один от гетмана литовского Н. Радзивилла и пана Е. Воловича, а другой – от короля Сигизмунда Августа. Секретные переговоры завершились после того, как Радзивилл послал к Курбскому открытый лист с обещанием приличного содержания в Литве. Тогда же Курбский получил вторую грамоту от короля» 14 .

Самый важный аспект в этой переписке заключается в том, что в это время шла Ливонская война, Московское государство противостояло Польско-литовскому государству и Ливонскому ордену. В это время Курбский был наместником Ливонии, воеводой в г. Юрьеве (Дерпте).

Сохранились так называемые «открытые листы» и «грамоты» – это своего рода «гарантии неприкосновенности» с официальными королевскими печатями, по которым польская и литовская стороны обязались обеспечить не только «политическое убежище», но и солидное денежное вознаграждение, имущество и недвижимость. Эти бумаги Курбский хранил как самые ценные документы до конца своих дней.

Обещанных польским королем и гетманом литовским «иностранного злата», земель и прочих активов ему показалось мало. Он решил взять денег якобы в долг в Псково-Печерском монастыре, чтобы бежать к врагам своей страны с русским золотом. К побегу он готовился основательно. Курбскому понадобились три лошади и двенадцать сумок, чтобы погрузить свою поклажу. За границей он появился с большой суммой денег. У К. Валишевского отражено: «300 золотых, 30 дукатов, 500 немецких талеров, 44 московских рубля» 15 . В те далекие годы масштаб цен был иной, к тому же деньги были золотыми или серебряными.

Согласно Валишевскому, «…за 4 рубля и 16 алтын можно было купить 4 коровы и 20 овец, лошадь – за 3 рубля» 16 . Вот еще другой пример о масштабах цен того периода: «В XVI веке село с несколькими деревнями продавали за 100–200 рублей. <…> За 5–6 рублей можно было купить шубу на куньем меху. Годовой оклад денежного жалованья служившего при дворе человека невысокого ранга равнялся 5–10 рублям, а 400 рублей – это был самый высокий боярский оклад» 17 . По данным историка О. Л. Опрышко, «…лучший изумруд или яхонт стоили шестьдесят рублей, двадцать рублей платили за чистокровного восточного скакуна и за самую лучшую соболью или горностаевую шубу, три рубля – за бочонок пороха, за бочку апельсинов, два – за бочку английской сельди, рубль – за аршин заграничного бархата или атласа, за пятнадцать пудов ржи и за быка. От пятидесяти до четырехсот рублей стоило село с несколькими деревнями» 18 . Так что Курбский бежал на Запад «средневековым олигархом».

У беглеца была семья. В сериале «Грозный» 2020 года показан диалог Курбского с двоюродным братом царя Старицким. Они обсуждали побег, и Курбскому вложили в уста следующие слова: «Литовцы только одиночек принимают, без семьи». Так создатели намекали, что он был вынужден оставить жену и детей.

Это ложь, призванная облагородить предателя. С легким сердцем Курбский оставил и предал не только свою страну, царя, но и свою жену и девятилетнего сына. Полтора-два года он готовил побег, и если бы ему нужна была семья, то за это время при желании мог бы что-нибудь придумать. По одним сведениям, он не мог взять жену, потому что она ждала ребенка, по другим, этот факт не подтверждается. Некоторые историки утверждают, что Курбский не взял с собой семью, потому что «побег из Юрьева было делом исключительно трудным», но Курбский уезжал с легким сердцем, так как знал, его семье и после его предательства и побега ничего не угрожает, в том числе не было угрозы от царя.

Пунктом назначения предателя был город Вольмар, но, чтобы туда попасть, ему нужен был провожатый. С этой целью он направился в Гельмет. Местные немцы, не догадывавшиеся, что он не просто перебежчик с вражеской территории, а особый, которому была обещана неприкосновенность лично королем, все ж таки прикоснулись к его деньгам и не смогли с ними расстаться. Курбский был банально ограблен немцами на литовской территории.

На этом «прием на высшем уровне» не был окончен. Пленника «этапировали» в замок Армус. Несмотря на то, что денег уже у него не было, тем не менее, у Курбского было добра более чем достаточно, что можно было отнять – трех коней, лисью шапку и прочее барахло, что было спрятано в двенадцати мешках. Это подтвердили архивные данные, так как до сих пор хранится жалоба вора Курбского на других воров, но уже немецких.

Беглый князь, после того, как его ограбила немчура, отправил на преданную родину слугу с посланием в Псково-Печорский монастырь опять просить денег у монахов в долг. Цинизм зашкаливает, не так ли? Но монахи монастыря категорически отказались выдавать деньги изменнику.

Перейдем к рассмотрению сведений, доказывающих, что Курбский был военным преступником.

Предательство князя Курбского номер один. В 1562 году ему было доверено войско численностью в пятнадцать тысяч человек. Курбский получил приказ идти против литовских войск. Но он потерпел сокрушительное поражение от войска противника численностью в четыре тысячи человек. Он не был казнен и подвергнут преследованию, наоборот, через год был назначен воеводой-наместником в Дерпт (Юрьев). Вот как описывается это событие у польского историка К. Валишевского: «Раньше князь Курбский сражался в Ливонии во главе царских войск и одерживал победы. Но в 1562 году он потерпел поражение под Невелем. Быть может, эта неудача была подготовлена какими-то подозрительными сношениями его с Польшей. С тех пор бывший любимец Ивана впал уже наполовину в царскую немилость, что способствовало тому, что он восстал против деспотических замашек московского государя. Наконец в 1564 году раздражительный и крутой боярин открыто восстал против Ивана и проявил это совершенно по-московски – бежал за пределы своего государства» 19 .

Если бы Курбский попал под подозрение, то его не назначали бы наместником-воеводой.

Вот что пишет царь в своей переписке с беглым князем: «А всеми родами мы вас не истребляем, но изменников повсюду ожидает расправа и немилость: в той стране, куда ты поехал, узнаешь об этом подробнее. А за ту вашу службу, о которой говорилось выше, вы достойны многих казней и опалы; но мы еще милостиво вас наказали, – если бы мы наказали тебя так, как следовало, то ты бы не смог уехать от нас к нашему врагу: если бы мы тебе не доверяли, то не был бы отправлен в наш окраинный город и убежать бы не смог. Но мы, доверяя тебе, отправили в ту свою вотчину, и ты, по собачьему обычаю, изменил нам» 20 .

Предательство Курбского номер два случилось тоже в ходе Ливонской войны. Граф Арц был наместником замка Гельмет, который атаковали русские войска. Арц предложил Курбскому сдать замок без боя. Условия договора были не только оговорены, но даже подписаны и скреплены печатями. Граф Арц был предан литовским властям, арестован и колесован. Из летописей хрониста Франца Ниештадта следует, что Курбский сам сдал шведского наместника Ливонии. Таким образом, Курбский воспрепятствовал бескровной сдаче замка. Будучи наместником Ливонии с русской стороны, «не щадя живота своего», выдавал военные секреты, планы русской армии полтора года. Он бежал, потому что боялся, что скоро выйдут на него.