Чтение онлайн

– Далее. Вашей основной задачей становится сопровождение четырёх групп немецких наблюдателей прибывающих завтра в нашу пограничную зону. Николаю известны подробности.

Прокопюк кивнул головой в знак согласия.

– Добавлю также,- продолжил командир Особого Резерва,- Что по нашим сведениям руководит операцией Вальтер Шеленберг. Фигура малоизвестная у нас, но причинившая немало беспокойства англичанам. Сейчас Шеленберг переведён в Восточный сектор. Сама операция находится на контроле у начальника имперской безопасности Гейдриха.

– Разрешите вопрос, товарищ полковник?
– сказал Орловский.

– Спрашивай Кирилл.

– Так это не Абвер?

– Нет.

– Странно с чего бы это они военную разведку отодвинули? Или это подковёрная борьба?
– предположил молчавший до этого Авин.

– Всё возможно. Но это не облегчает нашей задачи.

– Товарищ полковник, если это СД с Абвером "воюют", то нам сам Бог велел на их противоречиях сыграть,- зажёгся Прокопюк - Ведь какая игра может получится, Абвер - этих обмануть сложно, они знают что к чему. Не первый год против нас работают. А СД-то похоже новички в этом деле. Решили славы да медалей по лёгкому заработать. Интересуют их скорее всего пропускная способность дорог и мостов, система минирования объектов, ну и приграничные полевые укрепления , то что с самолёта руками не потрогать. И видимо, на их миссию возлагаются особые надежды, раз такое внимание со стороны Гейдриха.

– Верно говоришь Николай,- поддержал Судоплатов и добавил, - А что если их данные не совпадут с данными Абвера? Тогда немцы должны некоторое время потратить на выяснение ситуации , а нам и каждый выигранный день дорог.

Берлин,

Управление Абвер/Аусланд ОКБ

Дом на набережной Тирпица.

08.30 (время берлинское)

Канарис просматривал полученные из Министерства иностранных дел Рейха документы. День начался с неприятностей. Адмирал перечитал ещё раз ноту протеста Советского правительства Германскому правительству, подчеркнув в документе несколько предложений. В дверь кабинета вошел адъютант.

– Только что звонили из министерства авиации от рейхсмаршала Геринга, у них упал ещё один самолёт-разведчик. Причём даже не долетев до советской границы, упал на территории Рейха, но пилоты остались живы. Геринг взбешён , он своим личным распоряжением запретил поднимать в воздух самолёты-разведчики, базирующиеся на аэродромах Абвера. Рейхсмаршал считает, что на лицо факты саботажа, мой адмирал.

– Странно, - произнёс Канарис,- сначала эти четыре у русских, теперь ещё один. Отправьте на аэродромы базирования специальную следственную группу. И доставим радость нашим коллегам по оружию из СД, включите в неё несколько представителей гестапо. Аэродромные команды все равно из "люфтваффе".

– Слушаюсь, мой адмирал.,- сказал адъютант.

В кабинете появилась подтянутая фигура начальника отдела агентурной разведки за рубежом .

– Доброе утро, мой адмирал.

– Доброе, что у вас Ганс?

– Только что получена шифровка от Морица,- сказал Пикенброк протянув Канарису донесение.

В донесении говорилось:

...В Москве продолжаются аресты сторонников бывшего начальника ГШ Жукова. Отдан приказ на формирование 20 (двадцати) артиллерийских бригад по борьбе с бронетанковыми соединениями. На военных заводах размещают заказы на изготовление оборудования для укрепрайонов...

– Хорошо , что у нас ещё остаются агенты способные доставать подобного рода информацию,- сказал Канарис и через секундную паузу спросил.

– Вы помните наш разговор об организации резервных каналов связи для Макса и Морица, Ганс?

– Так точно , мой адмирал. Предполагается заброска радистов: для Морица через литовский коридор, для Макса через украинский .

– Как вы думаете , полковник, насколько искренне сотрудничают с нами эти украинцы из ОУН?- задумчиво спросил Канарис.

– Я думаю, что они используют нас в борьбе с Советами, только и всего. Как когда-то говорили в Древнем Риме - враг моего врага мой друг. И я предполагаю, что мы можем получить определённого рода проблемы, когда мы займём Украину. Как вы знаете, мой адмирал, ведомство Розенберга, да и сам фюрер решительно против какой-либо украинской государственности.

– Что ж, - согласился Канарис, - вы подтвердили мои опасения. ОУН, организация выросшая в многолетней борьбе против поляков и отличается и организованностью и поддержкой населения, потому не следует спускать глаз с этих украинских "вождей". Проследите, чтобы при возможных осложнениях, всё люди из руководство ОУН пытающиеся выступить против нас, были немедленно арестованы. Кстати, как продвигается работа с польской агентурной сетью?

– Мой адмирал, - Пикенброк вздохнул , - польская агентура в Западной Белоруссии всячески пытается избежать контакта. Кроме того, многие арестованы НКВД. C нами работают буквально единицы. Один из наших агентов, в надежде на сотрудничество, встретился с ксендзом Гадлевским - известным теоретиком белорусской идеи. Гадлевский высказался исключительно против, заявив, что у него хорошая память и он ещё помнит кто разогнал Белорусскую Народную Республику в 1918-том. Определённую помощь в этом мог бы оказать генерал Булак-Балахович, но мы потеряли его два года назад в Варшаве.

– Так когда произойдёт заброска радистов?- спросил Канарис.

– Через Литву мы планируем заброску через три-четыре дня самолётом . На Украине, на следующей неделе, через ОУН.

– Хорошо. Есть какие-нибудь сведения относительно отправки групп "гробокопателей"?

– Нет, мой адмирал, из ведомства Риббентропа звонили один раз, вчера утром. Уточняли относительно количества групп переданных нами на формирование Гейдрихом.

– У нас нет времени ждать вечно.

Канарис снял телефонную трубку.

– Здесь Канарис, соедините меня с министром иностранных дел Рейха доктором Риббентропом.

В телефонной трубке раздалось несколько щелчков.

– Приёмная доктора Риббентропа, - ответил мужской голос.

– Здесь адмирал Канарис , могу я поговорить с министром ?

– К сожалению доктор Риббентроп отсутствует, возможно его старший советник доктор Шольце сможет вам помочь, герр адмирал?

– Хорошо переключите,- сказал Канарис и прикрыв трубку ладонью добавил.

– Можно подумать, что я звоню не в министерство иностранных дел, а в госпиталь для инвалидов, одни доктора .

В телефонной трубке снова раздался щелчок .

– Доброе утро герр адмирал, это первый советник доктор Шольце говорит. Чем я могу быть вам полезен?

– Доброе утро док... советник Шольце. Меня интересует состояние дел наших групп, которые должны были отправиться в приграничную зону русских.

– Да, да, конечно, мы получили разрешение советской стороны на работу этих групп, но только половину от запрашиваемого количества, а именно: четыре группы , по пять человек в каждой. Разрешение получено вчера.