Чтение онлайн

Гитлер обернулся к рейхсфюреру Гиммлеру.

– Наша задача в России должна заключаться в том, чтобы разгромить Красную Армию и ликвидировать государство. Это - борьба двух мировоззрений. Большевизм равнозначен асоциальному преступлению и является чудовищной опасностью для будущего. Мы должны отказаться от понятия солдатского товарищества с ним. Коммунист никогда не может быть нашим боевым товарищем. Речь идет о борьбе на уничтожение. Если мы не отнесемся к этому именно так, то, хотя и разобьем коммунистического врага, через несколько лет снова столкнемся с ним. В борьбе против России речь идет об уничтожении большевистских комиссаров и коммунистической интеллигенции. Борьба должна вестись против яда разложения. Армия должна защищаться теми же средствами, которые применяются для нападения на нее. Комиссары и гепеушники -- это преступники, и с ними надо обращаться, как с таковыми. На Востоке любая жестокость суть мягкость в будущем. Будущее Германской империи и нашего народа в рукax наших солдат. Да поможет нам бог в нашей борьбе!

Гитлер простёр руку в направлении четырёх позолоченных медальонов располагавшихся над четырьмя дверями кабинета. На фюрера и рейхсфюрера молчаливо взирали четыре добродетели - Мудрость, Здравомыслие, Храбрость и Справедливость

– Сейчас, мне крайне необходимы новые материалы о состоянии русской обороны, Генрих, - Гитлер неожиданно сменил тему, - Служба адмирала Канариса всегда посылает мне пачку частых, совершенно бессистемных донесений . Конечно , они представляют материалы огромной важности и исходят из самых надежных источников, но мне приходится самому разбираться с ними. Это неправильно, и я хочу, чтобы вы проинструктировали своих сотрудников, что они должны выполнять свою работу совершенно по-иному. Я думаю , что интересы Рейха только выйграют , если будет создано ещё одно разведовательное подразделение в котором бы работали люди СС.

– Так точно , мой фюрер, - произнёс Гиммлер с видимым волнением.

– Да, именно СС, должно заняться вопросами внешней разведки Рейха.- повторил Гитлер, - Доклады Канариса слишком научны и приблизительны. Кроме того , вы знаете манеру адмирала зацикливаться на второстепенных деталях и не видеть за этим главной цели.

ЗапОВО,

28 км. западнее Новогрудка,

20-ти тонный мост через Неман,

правый берег, позиции 1-го взвода, 2-й роты, 2-го батальона, 23-го мотострелковoго полкa оперативных войск НКВД СССР.

17.22

– Вот здесь, - командир батальона НКВД майор Тарасов показал на небольшой пригорок в сотне метров от въезда на мост, - необходимо оборудовать пулемётную точку с возможностью кругового обстрела. От неё, проложите траншеи полного профиля к землянкам личного состава взвода и караульному помещению.

Стоявший рядом командир взвода старший лейтенант Кузьмин кивал одновременно делая пометки в потрёпанной тетрадке.

– Вот тот кустарник , - Тарасов махнул рукой в сторону прибрежных кустов лозы, - убрать. Все подходы к позициям взвода должны хорошо просматриваться и уточните наличие "мёртвых пространств".

– Кроме того на противоположной стороне подъезной дороги оборудовать оборонительные позиции для одного отделения и ещё одну пулемётную точку, чтобы в случае чего, подъездную дорогу и въезд на мост был накрыт пулемётным огнем с двух сторон . Расстояние от дороги не более ста метров. Оборона должна быть построенна таким образом, чтобы при случае возможно было отразить нападение на мост не только с суши , но и с воды. Я понятно говорю?
– спросил вдруг майор Тарасов.

– Так точно, товарищ майор. Не только с суши , но и с воды, - с готовностью подтвердил старший лейтенант Кузьмин.

– На левом берегу Немана караульную службу будет нести третий взвод вашей роты, потому организуйте взаимодействие, договоритесь о сигналах. Связисты должны появиться сегодня к вечеру. Они протянут телефонную связь и помогут с установкой радиостанции.

Тарасов бросил короткий взгляд на воздушную линию связи шедшую параллельно дороге.

– И вот ещё , что товарищ старший лейтенант, - Тарасов внимательно посмотрел в глаза командиру взвода, - задача у тебя ответственная. Вчера, вражеские диверсанты, попытались взорвать один из стратегических мостов на юге страны. Караул их прошляпил и за это поплатился своей жизнью. Все приказы написаны кровью и выполняться они должны как подобает. Я понятно говорю?

– Так точно товарищ майор, - Кузьмин вытянулся в струнку.

– Ни одна чужая душа не должна пройти в расположение караула без сопровождения меня или комиссарa батальона Ульяновa или же вашего командира роты Поливаного. Все остальные пытающиеся проникнуть в расположение караула есть скрытые враги и возможные диверсанты. И действовать в отношении их нужно соответственно: согласно приказа наркомата внутренних дел Союза Советских Социалистических Республик и Устава караульной службы. Вопросы есть?

– Товарищ майор , а тот караул , что диверсантов пропустил, как такое могло получиться? Проспали они что ли?
– спросил командир взвода.

– Проспали, - скривился майор, - диверсанты прибыли под видом проверки, и одеты были в одежду старших командиров Красной Армии. Пока наши сообразили, то они ножами вырезали весь караул. Потом заложили под мост мину с часовым механизмом, и только по счастливой случайности заряд не сработал. Потому ещё раз повторяю: бдительность, и ещё раз бдительность. Дня через два-три я заеду посмотрю как оборудованы позиции и как налажена караульная служба.

Государственная граница СССР,

участок 6-й заставы 87-го погранотряда,

район 57-го и 58-го пограничных знаков,

правый берег реки Волкушанки,

17.35

– Смотри, - старший пограничного наряда сержант Салехов осторожно выглянул из-за куста лозы.

Два немецких солдата быстро преодолев канаву, являвшуюся границей разделявшей СССР и Германию, торопливо подлезали под проволочные заграждения на советской территории.

Сухо щелкнули винтовочные затворы пограничников-красноармейцев Тоболина и Фатюшина, пристроившихся по обе стороны от Салехова.

– Тоболин, давай бегом на заставу!
– приказал сержант шепотом, не отрывая глаз от нарушителей, - Доложишь , что два немецких солдата нарушили государственную границу возле пятьдесят седьмого погранзнака. Я и Фатюшин постараемся задержать нарушителей.

– Есть, товарищ сержант, - Тоболин, низко пригибаясь, быстро побежал прочь.

Немцы тем временем преодолели вторую линию колючей проволоки.

– Стой! Стрелять буду!
– скомандовал громко Салехов.

Немцы мгновенно повернули обратно. Один из них быстро прополз под линией проволочных заграждений. Второму повезло меньше. Он зацепился кителем за "колючку" и бестолково размахивая руками подпрыгивал, стараясь освободиться.

– Сейчас я тебя приземлю, - Фатюшин прицелился с колена ловя "на мушку" конвульсивно дёргающуюся фигуру.

– Ты, что очумел!
– старший наряда сержант Салехов рывком пригнул ствол "трёхлинейки" Фатюшина к земле, - Приказ был на провокации не поддаваться и ответного огня не открывать! Хочешь под трибунал загреметь? Пусть бежит, чёрт бы его побрал.