Чтение онлайн

Однако вернёмся к нашему повествованию.

«Яшку бросили» часов в семнадцать. Сразу же поужинали, произвели приборку, и командир дал два часа на отдых. В 21 час согласно корабельному распорядку дня чуть передохнувшая команда пила вечерний чай. После этого боевая подготовка пошла далее своим чередом. Как всегда, отзвенел положенные 30 секунд звонок, и старший помощник командира корабля старший лейтенант Сергей Чернецкий объявил по корабельной трансляции: «Боевая тревога!»

Загрохотали по трапам и палубе матросские сапоги – экипаж разбегался по боевым постам. Задраили двери и люки, «броняшки» иллюминаторов, запустили главные дизеля, подали высокое на РЛС и гидроакустику, подали питание на артустановки и РБУ (реактивные бомбомётные установки). Корабль в минуту стал похож на свирепо оскалившегося, вздыбившего на холке шерсть, изготовившегося к прыжку волка. Он и в море, издали смотрелся именно так, по-волчьи: длинный, поджарый на шкафуте, с мощными плечами носовой надстройки, с сильной шеей бака и острой мордой форштевня. Хищник, он хищник и есть.

И снова, в который уже раз, пошло-поехало: «Химическая тревога! Произвести замеры на верхней палубе!.. Аварийная тревога! Пробоина в форпике (нежилой отсек в носовой части корпуса) по правому борту! Поступление забортной воды в первом кубрике!.. Личному составу приступить к ликвидации аварии!.. Возгорание в носовом машинном отделении!.. Аварийной партии прибыть в носовую машину!..»

Около полуночи начали отработку защиты корабля от ПДСС. Командир вызвал на ГКП артиллериста:

– Брыкалкин, принеси 10 гранат и запалы к ним. Отработаем гранатометание с борта и со шлюпки.

– Товарищ командир, гранаты какие нести: Ф-1 или РГ-42?

– Давай эргэшки. Всё-таки наступательные, радиус поражения поменьше. Принесёшь их на бак.

– Есть, – артиллерист ушёл открывать арсенал.

Теперь следовало подготовить людей на верхней палубе.

– Старпом, кто у нас из личного состава лучше подготовлен для работы с гранатами?

– Артиллеристы и минёры, товарищ командир.

– Добро. Возьми троих, раздадим им гранаты. Остальные, кто по расписанию должен быть на верхней палубе, пусть смотрят. Пять гранат бросим с борта, пять – со шлюпки. Пойдёшь на шлюпке старшим. Подбери гребцами надёжных ребят. Гранаты кидайте поаккуратнее. Да смотри, чтобы падали в воду. Если какая-нибудь на льдину упадёт – поубивает вас там всех. Потом будет, как в той песне: «Доску поднимали дрожащей рукой…» А мне это не надо.

– Понял, товарищ командир.

– Ну всё, одеваемся и выходим на бак.

Через несколько минут в районе носовой надстройки собрались командир, старпом, минёр и артиллерист с боезапасом. Последним, заинтересовавшись тем, что будут кидать боевые гранаты, вышел наверх и замполит – старлей Олег Морелов. Боевые листки давно уже были написаны и вывешены, дел больше не было, в каюте одному было скучно – почему бы и не подняться на верхнюю палубу, ноги не размять. Он вытащил из кармана пачку сигарет «Опал» и чиркнул спичкой, прикуривая.

Командир раздавал гранаты, офицеры ввинчивали запалы. Минёр, покосившись неодобрительно на Морелова, сказал:

– Зам, ты бы не курил здесь. Боезапас всё-таки…

Тот отозвался беззаботно:

– Да ничего не будет, не беспокойся. Товарищ командир, дайте и мне гранату, я тоже хочу кинуть.

Командир с некоторым сомнением посмотрел на своего заместителя по политической части и спросил:

– Зам, а ты умеешь с ними обращаться?

– Конечно умею, – ответил тот и протянул руку.

Командир уже было дал ему гранату, но тут, опережая его, старпом почти крикнул:

– Подождите, товарищ командир!

– Что такое?..

– Вы сначала спросите его, сколько времени запал горит.

– Зам, сколько времени горит запал?

Комиссар, не моргнув глазом, тут же выпалил:

– Пятнадцать секунд.

Командир сматерился, очередную гранату с запалом передал минёру, а заму сказал:

– Иди, учи наставления. Как выучишь – так приходи, и ты гранаты бросать будешь.

Пробормотав что-то про очень уж умных офицеров на флоте и обидевшись на весь белый свет, так и не получив гранаты, замполит ушёл вниз. Может быть, стенную газету оформлять или конспекты к очередным политзанятиям писать, не знаю. А может быть, и наставления по стрелковому делу учить. Но наставления – это вряд ли. Каждому – своё, как было написано на воротах Бухенвальда.

Ввинтили запалы и распределили гранаты. Трое матросов и артиллерист с минёром стояли готовыми к выполнению боевого упражнения. За всем происходящим наблюдали те, кто был расписан для этих мероприятий на верхней палубе. Обведя всех присутствующих взглядом, командир дал команду:

– Внимание всем! Гранаты бросать в разводья между льдинами, чтобы нас случайными осколками не посекло. Готовы? Произвести профилактическое гранатометание!

Выдернули чеки, гранаты полетели за борт. Через пять секунд под брюхом корабля раздались почти одновременные глухие взрывы. По корпусу как будто кто-то большой и сильный долбил снизу, из-под воды огромной кувалдой; немного отдалось в ноги. Под бортом взвернулись буруны потревоженной чёрной стылой воды, льдины качнуло чуть в сторону.

– Ну вот и вся любовь, – подытожил командир. – Старпом, готовь шлюпку.

– Есть.

Через несколько минут по трансляции прозвучало:

– Верхней команде – на шкафут! Шлюпку к спуску!

Сработали быстро и дружно. Сказывалась отработка. Это называется слаженностью экипажа. У шлюпбалок стояли одетые в спасательные жилеты четверо гребцов, старшина шлюпки и старлей Сергей Чернецкий. Последний держал в руках сумку от противогаза, в которую были аккуратно уложены пять гранат типа РГ-42 с ввинченными уже запалами. Командир ещё раз оглядел всех и дал последние распоряжения:

– Так, старпом, далеко от борта не отходите. Держитесь метрах в двадцати. Мало ли что… С мостика будем сопровождать вас лучом прожектора. Всё понятно? Ну ладно… Вперёд!

– Гребцам в шлюпку! – скомандовал Чернецкий.

Матросы быстро спустились вниз, туда, где под бортом в не освещённой прожектором темноте глухо хлюпала чёрная январская вода. Последним спустился старпом. Он занял своё место на кормовой банке (сиденье, по-сухопутному), окинул взглядом шлюпку и гребцов – всё нормально, затем, задрав голову, скомандовал наверх матросам на корабле:

– Отдать носовой!

Свернувшись змеёй, в шлюпку упал брошенный с палубы фалинь (конец, закрепленный в носу шлюпки).

– Отваливай!

Гребцы оттолкнулись от борта корабля.

– Вёсла разобрать! Уключины вставить! Навались, ребята! Старшина, лево руля!

Шлюпка, тяжело пробиваясь среди льдин, пошла вперёд вдоль корпуса корабля. Старпом открыл сумку и достал первую гранату. С мостика шлюпку сопровождал мощный луч осветительного прожектора. Сергей нашёл глазами пространство чистой воды, выдернул чеку и бросил гранату в воду. Через пять секунд снизу ухнуло, да так, что отдалось всем сидящим. Ну, ещё пару с этого борта, остальные – с правого. Вторую бросил сам, третью отдал старшине шлюпке. Здесь всё. Теперь – на ту сторону.