Чтение онлайн

Эта работа на пределе физических возможностей продолжалась 85 минут. Для того чтобы пройти 550 метров, понадобилось почти полтора часа.

К борту подошли вымотанными в ноль. Каким-то чудом, собрав в кулак волю и остатки сил, выбрались из шлюпки на борт корабля, как и положено, по шкентелям с мусингами (толстые пеньковые концы с навязанными на них для удобства лазания узлами); навешивать шторм-трап не просили. Шлюпку поднимала и ставила на место верхняя команда.

Здесь же, на шкафуте, пришедших встречал командир:

– Старпом, что там у вас случилось? Что-то вы далеко ушли, прожектор не доставал. Я даже беспокоиться начал.

Чернецкий, с трудом переводя дух, ответил коротко:

– Отлив…

Командир всё понял в момент:

– Ёп… тап… тудап! Чего ж заранее время-то не рассчитали? Где штурман?!

– Товарищ командир, я сам штурман. Чего уж тут?.. Все прохлопали…

Гребцы негнущимися пальцами медленно расстёгивали жилеты и бушлаты…

Одна небольшая книжка в простом бумажном переплёте под названием «Таблицы приливов на 198… год», том 2, «Воды Азиатской части СССР» и своевременные несложные расчёты могли бы помочь избежать этого неприятного приключения. Могли бы, но…

Говорят, что история не признаёт сослагательного наклонения. Море тоже не признаёт.

Вот так и приобретаем мы это бесценное сокровище, имя которому – жизненный опыт.

Ну и ещё один пример на ту же тему.

Зайти в какую-нибудь отдалённую бухту на побережье всегда было для военморов делом весьма привлекательным. Даже при всей напряжённости боевой подготовки в море иной раз выпадали счастливые – в прямом смысле этого слова – моменты: сутки-двое свободного времени. Опять же, можно было, увеличив ход, сэкономить для себя несколько часов. Там несколько часов, здесь несколько… Глядишь, и получается где-нибудь спокойно ночь или день отстояться. Можно сделать долгожданный перерыв, зайти в спокойную бухточку, «бросить яшку», немного расслабиться. Разрядка в этой беспокойной военно-морской водоплавающей жизни всё равно нужна. Нельзя постоянно находиться в напряжении. В такой обстановке не грех и шлюпку спустить да пройтись на вёслах или под парусом, сходить на берег. В спокойной стоянке в укрытой бухте есть свои непередаваемые прелести.

Это я говорю про такие места, как Курилы с Командорами да Камчатка с Чукоткой. Там людей, а стало быть, и начальников, поменьше. Но рядом с Владивостоком, Находкой или Совгаванью такие вольности, честно говоря, могут и боком выйти.

Ещё лучше, когда вас отправили в самостоятельное плавание в такие отдалённые места с заходом в посёлки на побережье, как говорят военные, «для поддержания оперативного режима». Например, наши овээровские морские тральщики (БК ОВР – бригада кораблей охраны водного района) каждый год на Командоры, на Чукотку бегали или в Охотское море на месяц-полтора. Тоже очень хорошее плавание. В военное время такие рейды «свободной охотой» называют.

Всякий моряк знает, что при высадке на незнакомом побережье шлюпку всегда следует держать перпендикулярно береговой черте. Это позволит очень быстро носом вперёд вытащить её на берег. Иначе волны наката могут развернуть шлюпку «в корыто», то есть положить в бортовую качку и буквально закопать в прибрежный песок или разбить о камни. Нужное положение корпуса при высадке на необорудованное побережье удерживают, отдав с кормы дрек – шлюпочный якорь. Старшина шлюпки втугую травит дректов (якорный канат), гребцы усиленно работают вёслами – шлюпка подходит к берегу под прямым углом. Снимаются точно так же, подтягиваясь в море на дректове.

А вот что однажды случилось практически.

Уже знакомый нам противолодочный корабль «Альбатрос» выполнял поставленные задачи в назначенном районе моря. Но вот наконец-то получил он столь долго всем экипажем ожидаемую возможность отстояться в бухте в течение полутора суток. Предстояла работа с авиацией, но из-за погоды «летуны» не могли выбраться из Хабаровска, их прибытие ожидали только через 36 часов примерно. Чтобы не гонять корабль туда-сюда, не бить моторесурс и не жечь впустую солярку, начальство дало добро переждать это время на месте, с заходом в какую-нибудь бухту. За бортом стоял тихий и солнечный август месяц 198… года. Для захода выбрали бухту Вилючинскую. На то имелось несколько причин.

Во-первых, в бухту впадала речка Вилюча, на которой многие из моряков уже бывали прежде и, стало быть, её знали. Речка была небольшой, её легко можно было перегородить сетью, а в некоторых местах – даже пройтись с бредешком. В это время как раз шла красная рыба, и икра-пятиминутка к столу была бы весьма кстати. Да что там пятиминутка! Всем уже изрядно надоели консервы, каша да сухая картошка, так что экипаж загодя обсуждал все прелести и достоинства свежей ухи и жареной рыбы.

Во-вторых, тут же рядом была расположена ещё одна бухта – Жировая, в которую, если вдруг что, можно было перейти за 15 минут.

В-третьих, условия в Вилючинской были просто классическими для стоянки на якоре: грунт – ил, песок, глубины – от 20 до 10 м. К тому же берег представлял собой ровный песчаный пляж.

Ну и в-четвёртых, бухта была расположена достаточно далеко от базы и города и достаточно близко от нарезанного в море района будущей работы.

Добро на стоянку получили от оперативного дежурного примерно в 13:00. Командир после переговоров с начальством сразу из радиорубки вызвал по «Каштану» главный командный пункт:

– ГКП радиорубке!

– Есть ГКП, – ответил старпом.

– Так, старпом, давай поворачивай в Вилючинскую. Нам дали полтора суток. Станем на якорь, отдохнём, порыбачим немного.

– Понял, товарищ командир.

Теперь уже время работало не на моряков. Чем быстрее станешь на якорь, тем больше его, этого самого времени, останется на отдых. Чернецкий выключил связь, повесил микрофон на место:

– Штурман, слышал? Давай курс на бухту.

– Уже рассчитал. Курс – 294 градуса.

Старпом крикнул на мостик рулевому:

– Лево руль! На румб 294!

– Есть лево руль, на румб 294, – отозвался вахтенный рулевой.

Теперь вахтенному офицеру:

– Воронин, давай обе машины самый полный. Идём в Вилючинскую, дали полтора суток отстояться.

– Понял, Сергей Николаевич, – ответил стоявший на вахте минёр.

Задребезжал, отрабатывая команду машинный телеграф. Взревели, послушно увеличив обороты, главные дизеля. Корабль на левом повороте, как всегда, чуть положило вправо. Развернулись, пошли.

– Штурман, сколько ходу до бухты?

– Час пятьдесят.

– Добро, поехали… Ну, понеслась душа в рай!

Теперь следовало побеспокоиться и о рыбалке. Старпом снял микрофон, включил общекорабельную трансляцию:

– Боцману и баталёру – на ГКП.

На кораблях всегда имеется по две-три сети. Так, на всякий случай. Есть и свои рыбаки, которые этими сетями занимаются и в любой момент, в любое время суток, в любом месте готовы идти на рыбалку. Фанатики своего дела, можно сказать.