Чтение онлайн

Кэсси была дочерью Дэша и Элизабет. Маленькая девочка в течение нескольких месяцев в позапрошлом году была предметом настоящей охоты, когда один из наркобаронов узнал о том, что она — результат скрещивания человека и койота/волка. Не подозревая, что доктор, который проводил процедуру оплодотворения, не использовал сперму ее мужа, Элизабет сначала не смогла понять, почему кому-то так нужна ее дочь. Кэсси удалось спасти их обеих, когда она завязала по переписке знакомство с бравым Дэшем Синклером на одном из школьных кружков. Дэш прибыл сразу же, как к нему попала просьба о помощи. Дэш и Элизабет с тех пор уже успели завести здорового сына, но шумиха в прессе вокруг них не стихала.

— Я не Аманду искала, — сказала Кэсси со вздохом. — Моя фея захотела, чтобы я пришла сюда и поговорила с твоей феей.

Он растерянно заморгал.

— Твоя фея что?

Иногда с Кэсси было лучше не спорить. Она была странная маленькая девочка и частенько разговаривала с чем-то, чего остальные не видели.

— Фея, которая присматривает за тобой, — сказала Кэсси ласково. — Я видела ее раньше. Но мне не разрешается разговаривать с ними, пока не попросят.

Кайове иногда хотелось, чтобы и с реальными людьми Кэсси говорила только когда попросят.

— У меня есть фея? — его губы сложились в усмешку.

— Она очень печальная, — прошептала Кэсси. — Она говорит, что ты забыл ее одеяло.

Он замер. Это был настоящий удар.

Кайова уставился на девочку.

— Что ты сказала? — он держал свой голос под контролем, но внутри бушевали эмоции.

— Ты забыл одеяло, которое она сшила для тебя, Кайова, — сказала она тихо. — Она шила его и рассказывала тебе о своей любви, и ее любовь была в каждом стежке и каждой нитке. Одеяло должно было защитить тебя. Она хотела, чтобы ты узнал, что она — твоя мама, и что она любит тебя.

Он наклонился к ней, стараясь не двигаться слишком быстро, чтобы не напугать. Кэсси смотрела на него со слезами на глазах, ее руки сжались в кулачки.

— Ты видишь ее? — спросил он. — Она здесь?

— Она говорит, что всегда с тобой, — прошептала Кэсси. — Когда ты спишь и видишь сны, она приходит через ловца снов и пытается передать тебе свою ласку и любовь. Она помогла тебе встретиться с Амандой. Но ты должен вернуться и забрать одеяло, Кайова. Она сшила его только для тебя.

***

Одеяло. Он оставил его в доме и никогда не накрывался им, как бы холодно ни было.

— Сюда, маленький ублюдок. Она купила это для тебя, чтобы ты не замерз. Я пытался сказать ей, что животные не чувствуют холода… — Дед бросил одеяло в сторону Кайовы, ненависть в его голосе почти звенела.

Кайова оставил одеяло валяться, а когда дед ушел, тщательно сложил его, игнорируя исходящее от ткани тепло, и спрятал в металлическом шкафу на кухне. Он оставил его там, когда ушел в горы.

Кайова помнил об одеяле. Но он не хотел иметь ничего общего с женщиной, которая обрекла его на жизнь, которую он вел.

***

— Она плачет из-за того, что он сделал, — сказала Кэсси. — Прости ее, Кайова, она не знала.

Кайова стиснул зубы, грудь сжало от боли.

— Она всегда знала, что у тебя есть душа…

Он быстро выпрямился, едва сдерживая желание убежать прочь от маленькой девочки, стоящей у его порога.

— Кайова, не уходи, — позвала Кэсси. — Ты оставил Аманду, а она нуждается в тебе. Ты ведь можешь помочь ей быть сильной? Или можешь только переживать свои обиды, накопленные за все эти годы?

Он остановился, обернулся к ней.

Кэсси стояла, очерченная лучами солнца и окруженная странными тенями. Холодок пробежал по его спине, а потом он понял, кто она. Маленькая девочка, созданная из измененной спермы Волка и Койота, была медиумом. У нее не было феи; девочка видела призраков, и они говорили с нею.

— Скажи ей, что я любил ее, — сказал Кайова хрипло, вспоминая свои детские сны и ощущение счастья, которое они ему дарили.

Кэсси медленно кивнула.

— И она всегда любила тебя, Кайова. Она спрашивает, знал ты о том, что она тебя навещала. Те люди знали о тебе и о ней, и она навещала тебя украдкой уже после того, как вас разлучили. Она плакала из-за тебя.

Кайова поморщился, его губы задрожали, а голова откинулась назад. Его сердце разрывали боль и гнев, и они пытались вырваться наружу.

— Позволь себе видеть сны, Кайова, — прошептала Кэсси. — Позволь ей снова утешить тебя.

Кайова отвернулся от нее. Он не выдержал больше, он развернулся и понесся прочь.

А призраки так и кружили тенями вокруг Кэсси. Призраки, терзающие его собственную душу.

Ему хотелось сбежать в лес, чтобы там, в одиночестве, усмирить демонов, бушевавших внутри. И он так и сделал бы, если бы не телефонный звонок. Рыча, Кайова расстегнул прикрепленный к ремню чехол и ответил.

— Да.

— Возвращайся в дом, Кайова. Сейчас же.

Голос Дэша были низким, тон не терпел возражений. Кайова даже не стал отвечать, он нажал на кнопку отбоя и понесся с горы вниз. Измененная генетика и собственная мускулатура позволили ему оказаться у главного дома в два счета.

Дэш уже ждал его у двери.

— Слушай меня, — он оттолкнул Кайову от двери, не позволив войти внутрь. — Ей больно, Кайова. И это ужасно. Но она должна пройти все до конца. То, что происходит прямо сейчас, слишком важно, чтобы остановить это.

Дэш был бледен, его синие глаза блестели тревогой и знанием.

— Какого черта вы делаете с ней? — Кайова попытался вырваться из его хватки, и потребовались усилия Кэллана и Кейна, чтобы не пустить его в дом.

— Я вас прикончу! Всех! — зашипел он тогда.

— И я тебе рад, — рявкнул в ответ Дэш. — Только повремени. Сначала вот что. У тебя есть пара, которая решила сделать то, что должна, и для этого ей нужен ты. Мы не можем ее удерживать, Меринас и Элизабет тоже. Ты должен будешь помочь, Кайова. Она не справится одна.

— Вы спятили, — теперь он мог это слышать. Ее крики… — Твою мать, пустите меня!

— Кайова, послушай. Они кое-что в ней нашли, — Дэш яростно затряс его, глаза его сверкали. — У нее овуляция, и сперма готова прижиться. Это важно, Кайова, слушай же! К счастью для всех нас, ее матка выделяет гормон, которого мы прежде не знали. Кайова, его так мало, что требуется время, чтобы взять образец. Доктор Грейс займется им, пока Мартин будет исследовать овуляцию. Слушай же!

Глаза Дэша блестели в ярости, он почти кричал.