Чтение онлайн

Из окна своего дома мы через пару часов увидели, как экипаж сэра Блекетта отвез агента с его чемоданами к поезду. Очевидно, что леди Джейн сделала свой выбор, и магазин от сэра Блекетта получил солидный заказ.

Утром следующего дня Холмс предложил мне прогуляться на станцию. Там он подошел к окошечку телеграфиста и спросил, нет ли телеграммы на его имя. Телеграфист протянул ему бланк. «Письменные работы, — гласил текст, — представлены. Экзамены будут своевременно. Адамс».

Мы потихоньку отправились в свой флигилек. Там мы хорошо перекусили, закурили, и Холмс сказал:

— Не кажется ли вам, Ватсон, что наша сельская идиллия несколько затянулась и что мы достаточно отдохнули? Я думаю, что нам пора уже собираться в Лондон. Завтра мы еще побудем здесь, а послезавтра нам следует нанести прощальный визит сэру Блекетту.

До вечера Холмс что-то тихо играл на своей скрипке, погруженный в раздумья. Совсем стемнело, и мы вдруг услышали, что нас тревожно зовет тетушка Джуди:

— Идите сюда, джентльмены! Опять в небо поднялись ночные ведьмы!

Мы действительно увидели группу огней, бесшумно перемещающуюся в вечерней мгле. Напряженно следя за ними, мы наблюдали, как у этих «ведьм» начался какой-то шабаш: некоторые огни сближались друг с другом, потом отделялись и снова сближались. И вдруг один из огней направился в нашу сторону, повергнув в ужас обеих тетушек. Но он не дошел до нас, а опустился на близко расположенное дерево. Я не выдержал и, выхватив пистолет, выстрелил в «нечистую силу». Огонь соскользнул с дерева на траву. Тетушки присели от страха, ожидая, наверно, что там сейчас заполыхает костер. Мы же с Холмсом подбежали к дереву и увидели то, что приводило в смятение жителей округа. Это была самая настоящая сова, но перья у нее светились. С большим трудом мы уговорили тетушек приблизиться и посмотреть на убитую птицу. Холмс стал успокаивать их, говоря, что ничего сверхъестественного перед ними нет:

— Это пыльца светящегося растения Armillaria mellea. Оно среди других произрастает в оранжерее сэра Блекетта. Через два-три часа, я полагаю, свечение прекратится, и все ваши страхи окончательно развеются. Ведь свет гнилушек в лесу, такой таинственный и манящий, в ужас вас не повергает?

Старушки слушали его недоверчиво и заспешили к себе домой. Когда мы остались одни, Холмс сказал, что мой выстрел помог ему ускорить разгадку. Я сказал ему, что не заметил в оранжерее растения, о котором он говорил тетушкам.

— Само собой разумеется, — ответил Холмс, — ведь мы были там в дневное время. А я, пользуясь отсутствием сэра Блекетта, пробрался в его парк ночью и увидел свет в оранжерее, который и прояснил мне происхождение ночных ведьм.

Я усомнился:

— Но не могли же совы проникнуть в оранжерею, да еще в таком количестве?

— Они там и не были. Их дупла заражены пыльцой. И сделано это намеренно. Вы помните, что страх наводили не только эти «ведьмы», но и призрак со светящейся головой? Об этом вам и леди Джейн упоминала. Вы видели роскошную шевелюру садовника? Так это она и светилась, он именно и заразил дупла пыльцой по указанию сэра Блекетта, его и заметила леди Джейн в замке.

— Для чего же вся эта мистификация, Холмс?

— Это проще простого. Сэр Блекетт заметил увлечение своей воспитанницы Робертом Метлоком и, не подавая вида о своей осведомленности, решил избавиться от молодого человека без всяких нареканий. Он упрочил таким образом недобрую славу своего замка. Перепугались насмерть тетушки Метлока, пришли к выводу о необходимости покинуть свое насиженное гнездо. Таким образом, ему незачем будет приезжать сюда, и его знакомство с леди Джейн оборвется.

У меня создалось впечатление, что Холмс мне что-то не договаривает, но он этим ограничился, и я подумал, что у меня уже выработалось ожидание слишком уж замысловатого там, где его и нет.

Утром мы упаковали свои пожитки, а во второй половине дня отправились к сэру Блекетту отдать последний визит, поблагодарить за гостеприимство. К моему удивлению, я заметил в доме какую-то суматоху. Сэр Блекетт стоял на крыльце и отдавал своим слугам отрывочные приказания, получив которые они спешили в разных направлениях. Завидев нас, он взволнованно сказал нам:

— Случилось несчастье! Пропала леди Джейн. Утром она вышла погулять в парк, и ее след исчез. Я разослал всех на реку, в поле, в лес: может быть, заблудилась.

Мы вошли с ним в комнаты леди Джейн. Заметен был некоторый беспорядок. Холмс усадил расстроенного Блекетта и стал расспрашивать об обстоятельствах. Однако никаких подробностей из рассказа почерпнуть не удалось. Все было как обычно. Вечером леди Джейн ушла в свои комнаты. А утром долго не появлялась. Когда к ней постучали, то ответа не было. Решили, что она прогуливается в парке. Послали туда, но там никого не оказалось. Она исчезла, и поиски ее до сего времени безрезультатны.

Разговаривая таким образом, Холмс присматривался к обстановке в комнате. Вдруг он взглянул в окно и, видимо что-то там заметив, вскочил и кинулся к двери, крикнул мне:

— Ватсон! Быстро за мной!

Мы оказались по другую сторону двери. Он сунул мне в руки ключ, сказав на ходу:

— Заприте сейчас же и не отходите от двери!

Пока сэр Блекетт выбирался из-за стола, все было уже сделано. Он находился в запертой комнате, я стоял в коридоре у двери, а Холмс стремительно исчез. Блекетт стал стучать в дверь и требовал, чтобы его выпустили. Я не отвечал. Он стал ругаться и бить в дверь стулом. Через некоторое время ругань его сменилась воплями и криками, которые издает страшно перепуганный человек. Подумав, не случилось ли что в комнате с хозяином, я чуть было не открыл дверь. Но тут я услышал звон стекла и грохот. Я выскочил на улицу. Сэр Блекетт выломал оконную раму и выпрыгнул из окна. Комната была на первом этаже, но окно располагалось на высоте, превышавшей рост человека. Блекетт ушибся при падении. Когда я подбежал к нему, он смотрел на меня дикими глазами, в которых застыл ужас, но никаких физических повреждений я на нем не заметил. Оглянувшись кругом, я увидел, что к нам из аллеи спешит Холмс.

Вдвоем мы приподняли довольно грузного сэра Блекетта и отвели его в комнату. Помочь нам было некому: всех слуг он разослал в разные концы на поиски леди Джейн. Усадив пострадавшего в кресло, я стал приводить его в чувство. Вначале он никак не реагировал, только дико смотрел на нас обоих. Постепенно все же он пришел в себя и стал сидеть в кресле прямо, глядя на нас уже осмысленно. Холмс достал из буфета бутылку с вином и, налив уже бокал, предложил выпить. Тот подчинился и уставился на Холмса.

— Сэр Блекетт, — сказал Холмс, — я вижу, вы совсем уже оправились, и потому давайте поговорим, пока в доме никого нет. Это удобнее не только для нас, но и для вас, так как избавляет от широкой огласки. Лишние свидетели совсем не в ваших интересах. Прежде всего успокойтесь за сохранность леди Джейн. Ей абсолютно ничего не угрожает. Чтобы вы не надеялись, что вам что-то удалось скрыть от нас, я вкратце изложу вам суть. Вы — преступник, сэр Блекетт, и очень изощренный злодей. Вам удалось добиться опеки над леди Джейн, и, взяв ее к себе, вы стали распоряжаться ее довольно приличным состоянием. Не возражайте, пожалуйста, все это совершенно точно установлено. Вся беда для вас была в том, что девушка выросла и близился день ее самостоятельности. Ничего плохого в вашем к ней отношении усмотреть нельзя. Вы были к ней очень внимательны и ничем не обижали. Присоединить ее капитал к своему проще всего, казалось бы, было заключением брака с ней. Однако у нее к тому определенно не замечалось склонности, да и вы сами опасались такого брака после того, как от вас сбежала молодая жена. О чем, кстати, леди Джейн осведомлена достаточно хорошо. Как на грех, к своим тетушкам стал наведываться молодой Роберт Метлок, и леди Джейн с ним повстречалась. Взаимовлечение молодых людей ничего хорошего вам не сулило. Вы сделали вид, что ничего не замечаете, но решили сыграть на дурной славе вашего замка. Отсюда и полеты «ночных ведьм», переполошивших всю округу, а прежде всего тетушек Метлока, вознамерившихся уехать отсюда, подальше от нечистой силы. Однако гарантии, что Роберт Метлок смирится с таким положением, ваш способ не давал. Вы придумали другое, такое, что ни увидеть, ни услышать, ни пощупать нельзя. Мы представились вам как преподаватели колледжа, и вы, естественно, испытывая к нам недоверие, проверяли нас. Но доктор Ватсон самый настоящий врач, и для вас это было очевидным. А что касается меня, то наши беседы по парфюмерии рассеяли ваши сомнения: мои химические познания можно было проверить по самым солидным справочникам. А вот в той области, где вы хороший знаток, мы были совсем мало осведомлены. Это — акустика. Восстанавливая орган, вы и провели необходимые для вашего замысла работы. Воздух в орган у вас подается не мехами, по старинке, а моторчиком из специальной пристроечки вне здания. Я поинтересовался этим лично. Увидел, что от пристроечки идет не одна труба — к органу, а и другая, подходящая к комнатам леди Джейн. У включающего эту трубу устройства имеется пять клемм. Труба в ее комнатах представляет собой излучатель инфразвуков. Их не улавливает ухо, но организм их воспринимает. У попавшего под это излучение возникает чувство необъяснимой тревоги. Он пугается всего без причины. В таком состоянии вы и держали леди Джейн, рассчитывая, что она потеряет вкус к жизни. Если бы потребовалось, то и вообще нетрудно было привести ее в невменяемое состояние, со всеми вытекающими из этого последствиями.

— Что вы городите, Холмс!

— Ничего противного истине. Вас интересует, как я до этого додумался? Леди Джейн жаловалась на тревогу, внезапно возникающую у нее без видимых причин. Будучи с вами у нее в комнатах, вы помните, я хватился канифоли для своего смычка и прошелся вдоль окна, поглядывая на часы. Так это не часы были у меня в руках, а обычный компас с магнитной стрелкой. Он совершенно четко указал мне, что в стене имеется большая железная масса, скорее всего труба. Нам сейчас стоит только расковырять стену, как труба обнаружится.