Чтение онлайн

2) Раздачу жалованья производить не по третям года, а помесячно.

3) Остающиеся затем свободными от певчих — 202 р. 60 к., музыкантов — 326 р. 50 к. и учеников — 56 р., всего 585 р. 10 к., равно от могущего быть в хорах некомплекта и заработанные деньги певчими и музыкантами у частных лиц должны быть записаны заведующим хорами в особую денежную приходо — расходную книгу, куда записать и оставшиеся к январю 1862 г. — 2477 р. 55 к. сер.

4) Из наличной суммы, кроме покупки для хоров вещей и других расходов по улучшению их быта во всех отношениях, назначать, с утверждения Наказного Атамана, в награду деньги тем из певчих и музыкантов, которые своими способностями, усердием к службе и добрым поведением будут заслуживать этого поощрения.

5) Вычет из жалованья певчих и музыкантов на обмундирование прекратить и делать им постройку обмундирования на счет суммы, сберегаемой на снабжение хоров, как выше объяснено, вещами (585 р. 10 к.) в год. Числящийся же за ними долг в 543 р. 40 1/2 к. сложить. Если бы в будущем не хватало на это запасного капитала, то в таком случае производить удержание из жалованья, но не более 3 рублей в год с каждого певчего, музыканта и ученика.

Кроме того, Наказный Атаман вошел с ходатайством к Главнокомандующему о разрешении: 1) добавить к имеющимся уже 18 ученикам еще 42, т. е. по числу певчих и музыкантов, на каждого по одному; 2) на содержание войсковых хоров, вместо отпускаемых из войсковых сумм 2666 руб. 10 к., отпускать 4500 руб. сер. в год; и 3) на ремонт инструментов, покупку нот и проч. отпускать особо из войскового капитала по 400 р. в год, как это делается в войске Донском.

Главнокомандующий армией, имея в виду, что доходы Кубанского казачьего войска недостаточны на покрытие текущих расходов и что хор певчих до этого времени обходился без учеников и был удовлетворителен, не изъявил согласия на добавление учеников в певческий и музыкантский хоры, а также и на добавку на содержание хоров, до тех пор, пока не позволят этого доходы войска.

По распоряжению Наказного Атамана 27 июня 1862 г. состоящий при нем для особых поручений войсковой старшина Языков был назначен Заведующим войсковыми хорами, причем в его ведение были переданы все имущество хоров и денежные суммы.

В начале октября 1861 года по распоряжению командующего войсками в Кубанской области графа Евдокимова войсковой музыкантский хор бывшего Кавказского казачьего войска, состоявший при штабе войск Кубанской области в г. Ставрополе в составе 35 чел. музыкантов со всем инструментом и прочим имуществом хора, был передан командированному Наказным Атаманом Кубанского казачьего войска помощнику старшего адъютанта хорунжему Петрюку и доставлен последним в г. Екатеринодар, где он поступил в общий состав музыки Кубанского казачьего войска.

<…>

1 марта 1863 года капельмейстер Галашек ушел с должности, а 4 марта принял хор в управление фон — Стадлинг, пробывший всего четыре месяца; его сменил 12 июля того же года саксонский подданный Циммерман, но и этот последний пробыл всего только до 1 января 1864 года. По условию оба эти капельмейстера обязаны были сверх 24 человек, составлявших оркестр пехотного строя, и 18 учеников обучать еще 35 человек, составлявших оркестр духовой музыки кавалерийского строя, и 5 ч. учеников и, кроме того, обучать музыкантов бального оркестра.

К празднику Рождества Христова в 1863 г. выдано было с разрешения Наказного Атамана в награду музыкантам и певчим, отличившимся особым усердием, знанием своего дела и поведением, 346 р. сер.

По распоряжению Наказного Атамана войсковой старшина Языков, 7 января 1864 года, сдал заведывание обоих музыкантских хоров и певческой капеллы со всем принадлежащим к ним имуществом и денежными суммами адъютанту Наказного Атамана, Северского драгунского полка поручику барону Унгерн — Штернбергу.

Наказный Атаман граф Сумароков — Эльстон, находя подчинение войсковых музыкантских хоров Войсковому Правлению несоответствующим, так как они по прямому своему назначению принадлежат к военному составу войска, приказал хоры эти передать в непосредственное ведение Войскового Дежурства со всем инструментом, имуществом и денежными суммами.

Передача эта состоялась в апреле 1865 года.

Тогда же граф Сумароков — Эльстон заведывание музыкантскими хорами поручил адъютанту своему, сотнику Орловскому, вместо есаула барона Унгерн — Штернберга; заведывание же певческим хором возложено было им на личного своего адъютанта, есаула Пентюхова.

В сентябре 1861 года войсковой певческий хор при проезде через гор. Екатеринодар ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА АЛЕКСАНДРА II — го удостоился исполнять в присутствии ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА некоторые песни, преимущественно малороссийские, за что был осчастливлен МОНАРШИМ вниманием и одобрением, причем ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО соизволил милостиво отметить стройность пения войскового хора и выдающиеся голоса, имеющиеся в хоре.

Это МОНАРШЕЕ внимание и одобрение лучше всего указывают на то обстоятельство, что войсковой певческий хор в то время находился на высокой степени совершенства.

В мае 1862 года Наказный Атаман генерал Иванов, имея в виду, что урядники Терпилец и Бибик, стоящие во главе певческого хора, не закончили полного курса и потому для занятия места регента окончательно не подготовлены, и в то же время озабочиваясь поддержанием и развитием певческого хора, удостоенного ВЫСОЧАЙШЕГО одобрения, просил разрешения у главнокомандующего Кавказской армией об отправлении в Петербург на полный курс в ИМПЕРАТОРСКУЮ придворную капеллу двух способных певчих для приготовления их в регенты.

Военный Совет в конце 1863 года разрешил отправить двух певчих в придворную капеллу с отнесением необходимого на это в течение трех лет расхода<…>.

Вследствие этого разрешения были выбраны из хора два певчих: урядник Константин Белинский и казак Трофим Бондаревский, оба 18 лет от роду, и к августу 1864 г. отправлены в Петербург.

Но уже в конце декабря этого же года директор придворной капеллы уведомил Войсковое Правление, что урядник Константин Белинский, при всем его старании и прилежании, оказался вовсе неспособным к изучению этого трудного регентского искусства, почему он и был возвращен обратно в войско; вместо же него Наказный Атаман приказал другого не посылать в капеллу.

Казак Трофим Бондаревский с успехом окончил положенный в капелле трехлетний курс и 9 августа 1867 года прибыл обратно в войско.

Чувствуемая войсковым певческим хором крайняя необходимость в способном деятельном регенте и невозможность отыскать такого из среды местного населения была близко принята к сердцу Наказным Атаманом графом Сумароковым — Эльстоном, и он в апреле 1864 г. просил в особом письме директора придворной капеллы оказать свое содействие и прислать в войсковой хор опытного регента<…>.