Чтение онлайн

Значение песни «Ты, Кубань, ты наша родина» в малой летописи нашего отечества исключительно: без преувеличения можно сказать, что с песни А. Головатого начиналась история Кубанского казачьего войска, песней К. Образцова она заканчивалась.

Все крупные события своей истории казачество всегда стремилось воплотить и осмыслить в песне. Прежде чем то или иное событие народной жизни становилось достоянием истории, оно пропевалось: если певцу удавалось сложить песнь, если мысли, дела и чувства современников ложились на музыку открытого и чистого голоса — значит, верно были приложены силы и нет места заблуждению, ведь злое, согласно неписаному нравственному закону, не поется. «Господь сила моя и песнь!» — восклицали вместе с псалмопевцом казаки, чтя наряду с политиком, полководцем и певца — творца внутренней и наиважнейшей истории — истории народной души.

Это имя на Кубани известно только исследователям казачьей народной песни. Разбирая привезенные из США осенью 2001 г. документы архива кубанского казака и писателя Федора Ивановича Елисеева (1892–1987), я обнаружила интересную переписку с кубанской казачкой Марией Пухальской. Она была сестрой известных политических деятелей Кубани братьев Макаренко из станицы Новощербиновской. Закончив 1–ю Кубанскую учительскую семинарию, Пухальская преподавала в образцовой школе при семинарии в г. Екатеринодаре. Ее супругом был Ф. В. Пухальский, офицер Корниловского конного полка, которым в 1918–1919 гг. командовал Ф. И. Елисеев, бывший ему близким другом. В 1919 г. Елисеев благословил их брак. В 1920–м Пухальские эмигрировали во Францию, а после Второй мировой войны проживали в США, в штате Калифорния [99] .

В письме Елисееву от 24 января 1982 г. Пухальская благодарит его за сообщенное имя автора музыки кубанского гимна — песни «Ты, Кубань, ты наша Родина», как пишет она, «дабы не потерялась она где-то в забвении». Автором песни Елисеев называет «достойного терского казака, музыкально образованного, Михаила Петровича Колотилина». В одном из писем она также пишет о том, что в газете «Новое русское слово» в начале 1970–х годов ей уже приходилось читать заметку о Колотилине как об авторе музыки кубанского гимна, и обещала найти эту статью и выслать ее Елисееву.

Известная песня «Ты, Кубань, ты наша родина», ставшая народной, а впоследствии (1995 г.) и гимном Краснодарского края, звучит сейчас в обработке композитора, художественного руководителя Кубанского казачьего хора Виктора Захарченко. В словах и музыке этой песни отражены величие и красота Кубани, ее история. Автор слов песни — священник 1–го Кавказского полка Кубанского казачьего войска о. Константин Образцов (1877–1917).

Впервые стихотворение «Ты, Кубань-ли, наша Родина» было опубликовано 12 июля 1915 г. в «Кубанском казачьем вестнике» № 28. Стихотворение также было напечатано вместе с другими стихами автора под заглавием «Плач кубанских казаков» в книге, изданной в Тифлисе в конце 1915 г.

Песня на стихи К. Образцова уже в 1916 г. исполнялась во многих казачьих полках на Кавказском фронте. Донской атаман А. П. Богаевский писал: «Удивительная задушевность, глубокое чувство к родному краю, красота строя и напева делают ее одним из высоких образцов народной поэзии. И недаром все мы, казаки какого бы войска ни были, так искренне любим эту прекрасную песнь».

Описание истории создания песни впервые было опубликовано в 1930 г. далеко от родины, в Париже. Ф. И. Елисеев издал брошюру «История войскового гимна Кубанского казачьего войска». Автор стихов, по сообщению Елисеева, в самом начале революции был расстрелян большевиками в Тифлисе [100] .

По приказу атамана Кубанского казачьего войска в эмиграции Вячеслава Григорьевича Науменко (1883–1979) от 25 февраля 1921 г. в Константинополе песне «Ты, Кубань, ты наша Родина» был придан статус войскового гимна. В приказе атаман В. Г. Науменко так писал о значении песни: «…песня эта неоднократно играла историческую роль в жизни кубанского казачества. По возвращении кубанцев в родной край из 1–го Кубанского похода песня пелась во всех торжественных моментах жизни кубанцев. Ныне, когда мы выброшены на чужбину, пусть песня эта напоминает нам о славном боевом прошлом, о радостях побед и тяжелых страданиях трехлетней борьбы за счастье Родины и за свою свободу» [101] .

Документы Военно — исторического архива в Москве помогли восстановить биографию и деятельность терского казака композитора Михаила Петровича Колотилина (1863–1917). Он родился в станице Сунженской, имел хорошее общее образование и музыкальное, полученное в Тифлисском музыкальном училище и Императорской капелле. Природа одарила Колотилина звучным, редким по красоте голосом, что и определило его жизненный путь. В послужном списке Михаила Петровича указано, что на верность службе, к присяге он был приведен в январе 1883 г. Свою службу он начал регентом хора конвоя главнокомандующего Кавказским военным округом, с зачислением в 1–й Сунженско — Владикавказский полк, затем регентом хора конвоя наместника императора на Кавказе в Тифлисе. Находился он в этой должности до июня 1917 г. [102]

За время своей безупречной службы Колотилин был награжден серебряными и золотыми шевронами за сверхурочную службу, золотой Бухарской медалью 2–й степени, серебряной медалью с надписью «За усердие» на Александровской ленте за 10 лет сверхсрочной службы, за 15 лет сверхсрочной службы — золотой медалью на Андреевской ленте, серебряной медалью на Аннинской ленте и бронзовой медалью к 300–летию Дома Романовых.

Колотилин много потрудился над организацией хора, который в первое время состоял всего из 12 человек, а к 1913 г. хор стал уже одним из лучших на Кавказе. В начале XX в. Колотилин получил известность как композитор. Были изданы его произведения: «Терские казачьи песни» (СПб, 1897), «Сборник казачьих маршей и песен» (М., 1900), «Сборник кавказских военных песен» (Тифлис, 1907), «Историческая песня гребенских казаков» (СПб, 1913) и др.

В казачьих хорах в конце XIX — начале XX в. получили популярность его произведения: «В Маньчжурию», «Приветствие войсковому атаману», «Вспомним, братцы, дружно грянем, Тер — Гукасов с нами был», «Херувимская», «Бой под Иканом», «Не орел под облаками», «Кавалерийские сигналы», «Полно, когда-то», «Спишь, ты спишь, моя родная», «Марусенька, казачка, не грусти» и др.

В 1907 г. Колотилин организует в г. Владикавказе состязание певче — ских станичных хоров Терского казачьего войска. Лучшие хоры были представлены к наградам: серебряные кубки, золотые жетоны регентам и серебряные — певчим. Все станичные хоры в свой репертуар включали произведения Колотилина [103] .

Интересно отметить, что в 1911 г. наказным атаманом Кубанского казачьего войска М. П. Бабычем были изданы правила для конкурса на составление кубанского войскового марша. В правилах отмечалось, что «достоинство марша должно определяться помимо художественности и яркого настроения рельефным выражением характера и жизни кубанских казаков, наличностью музыкальных фраз и аккордов, особенно в каденциях, употребляемых малороссийским народом, а также, если автор найдет необходимым, и музыкальной характеристикой народов, соприкасающихся с кубанскими казаками». Среди музыкальных источников, предложенных в качестве примера, были и произведения Колотилина.

В начале XX в. большое внимание уделялось состоянию военных оркестров и хоров, в том числе и казачьих. Существенно улучшается общественный и материальный статус регентов и капельмейстеров. В 1910 г. императором Николаем II была утверждена комиссия по улучшению музыкального дела в армии и на флоте.

В 1913 г. в городах Тифлисе и Владикавказе торжественно отмечался 30–летний юбилей музыкальной и военно — служебной деятельности регента хора конвоя Кавказского наместника М. П. Колотилина. Во многих публикациях говорилось о его таланте и прекрасных душевных качествах.