Чтение онлайн

Поставление Митрополитом Даниилом инока Макария еще раз свидетельствует о связях двух монастырей: Пафнутиево-Боровского и Иосифо-Волоколамского. Кроме того, это свидетельствует о духовных достоинствах Макария, который из простых иноков был возведен сразу в архимандриты. Но, поскольку диаконская и иерейская хиротонии не могут быть совершены над одним лицом во время одной литургии, возведение пафнутиевского инока с предшествующими степенями в диакона состоялось, по всей вероятности, на предыдущих богослужениях.

Покидая обитель преподобного Пафнутия, инок Макарий, очевидно, так же как ранее и преподобные Иосиф Волоцкий, Даниил Переяславский и Давид Серпуховской, взял с собой какую-либо икону в благословение от ставшей дорогой Боровской обители. Престольный праздник и в Лужецком, и в Пафнутиевском монастырях приходился на один и тот же день – 8 сентября – Рождество Пресвятой Богородицы.

Так, Промыслом Божиим в монастыре, основанном преподобным Ферапонтом Можайским († 1426; память 27 мая), началось самостоятельное, уже не под игуменским началом, послушание будущего Первоиерарха.

Интересно, что и здесь архимандрит Макарий встретился с монашеской традицией преподобного Сергия Радонежского, так как преподобный Ферапонт, так же как и Пафнутий, являлся духовным учеником и последователем великого игумена Земли Русской [122] . Преподобный Ферапонт был близок также к преподобному Кириллу Белоезерскому († 1427; память 9 июня). Первоначально они вместе подвизались в Московском Симоновом монастыре, откуда ушли на север, где основали новые монастыри – Ферапонтов и Кириллов. Но Господь судил преподобному Ферапонту продолжить свои дни в его родном Подмосковье, близ города Можайска [123] . Здесь в местности под названием Лужки по настоятельной просьбе сына благоверного Димитрия Донского († 1389; память 19 мая), Можайского князя Андрея Дмитриевича, он основал в 1408 году монастырь в честь Рождества Пресвятой Богородицы [124] . Как и преподобный Пафнутий, преподобный Ферапонт был рукоположен Митрополитом Фотием († 1431; память 2 июля).

Можайские пределы Русского государства были известны не только в связи с именем подвизавшегося здесь преподобного Ферапонта. Вскоре после его кончины недалеко от Можайска явилась Колочская чудотворная икона Божией Матери. При перенесении в Москву она была торжественно встречена Митрополитом Фотием, а после ее возвращения уже упомянутый Можайский князь Андрей воздвиг на месте явления иконы Колочский Успенский монастырь [125] . Издревле почиталось в Можайске и резное изображение святителя Николая Можайского [126] .

Точных сведений о том, кто был преемником преподобного Ферапонта, в монастыре не сохранилось, но в актах упоминается о настоятельстве здесь в середине XV века архимандрита Кассиана [127] , а под 1506 годом – Макария I [128] . Таким образом, в 1523 году настоятелем обители был поставлен Макарий II.

Можайский период – самый короткий в жизни Митрополита Макария. Его попытался осветить Лужецкий настоятель XIX века архимандрит Дионисий (Виноградов) [129] , однако он исходил из неверного положения о том, что Святитель настоятельствовал в монастыре двадцать лет [130] – с 1506 по 1526 год, тогда как в действительности он пробыл здесь всего три года, о чем узнаем из известия Хронографа 1599 года [131] .

Сохранились сведения и об отношении к Святителю Великого князя Василия III. Псковский летописец, сообщая под 1526 годом об архиерейской хиротонии святителя Макария, отмечает: «Князь же Великий любляше его зело» [132] . Это позволяет думать, что они могли видеться и познакомиться еще ранее. Из летописных сообщений можно предположить, когда это могло произойти. В 1513 году «июня в 14 день поиде князь Велики Василей Иванович всеа Русии с Москвы в Боровск, а из Боровска поиде князь Велики к Смоленску» [133] . В 1523 году Боровский инок назначается настоятелем Лужецкого монастыря в Можайске, опорном пункте борьбы с Литвой. А два года спустя «ездил князь Велики Василей с Великою княгинею в объезд на Волок и в Можаеск» [134] .

Несомненно, по прибытии в Лужецкий монастырь новый его настоятель архимандрит Макарий был торжественно встречен братией обители [135] . С этого времени начался непродолжительный в его биографии можайский период. С именем архимандрита Макария исследователи связывают построение соборного храма в Лужецком монастыре. Так, А. Зимин пишет следующее: «Под Можайском, куда часто ездил Василий III “ на потеку”, архимандритом Лужецкого монастыря Макарием (будущим Митрополитом) был выстроен каменный храм по канонам московской архитектурной школы» [136] . Подобно этому и высказывание Б. Карлова: «В годы строительства Рождественского храма настоятелем монастыря был Макарий, будущий крупнейший политический и церковный деятель Руси, Московский Митрополит» [137] . Однако данные сообщения основаны на убеждении в том, что архимандрит Макарий был настоятелем обители с 1506 года. А поскольку он прожил здесь, как теперь выяснилось, только три года, то подобные соображения не являются бесспорными и требуют конкретных исторических подтверждений. Наряду с вышеприведенным мнением существует, впрочем, и другое: «Каменное строительство в монастыре началось в первой половине XVI в., очевидно, на денежный вклад, сделанный между 1526 и 1542 гг. Новгородским архиепископом Макарием – бывшим архимандритом Лужецкого монастыря. В это время были сооружены существующий собор и трапезная, впервые в документах упоминаемая в 1547 г. Ктиторство этого крупного церковного деятеля, будущего Митрополита Московского, косвенно подтверждается устройством в соборе придела Макария Египетского, патрона вкладчика» [138] .

Архимандрит Дионисий (Виноградов) в конце XIX века отмечал, что архимандрит Макарий, будучи настоятелем, устроил в соборе придел во имя преподобного Макария. «Вероятно, усердием сего Макария, – писал он, – явилось существование при соборной церкви придела во имя преподобного Макария Египетского, существовавшего до начала XVII века: поводом к сей догадке служит то обстоятельство, что Макарий архимандрит имел сие имя в честь Макария Египетского, как видно из записей Вкладной книги» [139] .

Подводя итог различным высказываниям по данному вопросу и учитывая, что в последние годы пребывания инока Макария в Пафнутиевом монастыре там велись строительные работы, а его святительская деятельность в Новгороде и Пскове также отмечена особой активностью в области строительства, можно предполагать, что Митрополит Макарий имел отношение к возведению собора в Лужецком монастыре. Однако следует повторить, что отсутствие прямых исторических свидетельств времени его настоятельства не позволяет считать этот факт бесспорным.

Ко времени пребывания в монастыре архимандрита Макария относится начало ведения здесь Вкладной книги [140] и установление соборного поминовения почившей братии обители: «В 15 день генваря ежегодно творить поминовение “о всех настоятелях и братиях сего монастыря преставльшихся”» [141] .

Более того, основываясь на представлении о двадцатилетием периоде настоятельства Святителя в монастыре, архимандрит Дионисий высказывает следующее предположение: «Да и самый капитальный труд его – составление Четьих Миней, – вероятно, начался в Лужецком, по крайней мере, должно быть, здесь созрел у Макария план его, а на епископской кафедре он мог сей план привести к исполнению – при умножении средств материальных у Макария и при возможности привлечь к тому труду большое количество оригиналов» [142] . По данным более позднего времени в Лужецком монастыре в период настоятельства архимандрита Макария было 75 человек братии [143] . Преемником Святителя стал архимандрит Феодосий.

Согласно грамоте, данной монастырю Великим Московским князем Василием III в 1506 году, во владении Лужецкой обители были: слобода на реке Москве, «да слободка за рекою Москвою, да слободка на Всполье, да что их села и деревни в Можайском уезде в Ужецком стану, село Костентиновское, да сельцо Григорьевское с деревнями, да в Зарецком стану сельца на Мелком броду с деревнями, да в волости в Подрелье село Мышкино с деревнями и с починки, да в Калужском уезде в Городцком стану сельцо у Юрия святаго, да в Можайском же уезде в Зарецком стану… деревня Румянцева» [144] .