Из переписки моих родственников. Военные годы: 1941-1945
Шрифт:
Родные мои, дорогие, как мне тяжело без вас и как я одинока, можете себе представить. Я не представляла себе, что человек может столько пережить и дойти до такого предела отчаянья и ужаса, какой является жизнь наша здесь.
Обнимаю вас. Нина
Катюша ничего не знает.
Дорогая Лидочка, отправил тебе вчера мрачную открытку, извини, я очень расстроился, столкнувшись с человеческой грубостью в самой неприкрытой форме. Теперь все умялось и жизнь кажется более розовой. Вчера был у Лу. Муся получила приказ начальника Академии немедленно явиться и 28-го января уехала в Самарканд. Ребята остались пока здесь, но Муся, ознакомившись на месте с условиями жизни, должна телеграфировать, следует ли им выезжать за ней вслед. Это очень интересно с точки зрения вашего приезда. Вчера получил твои открытки и телеграмму, узнал подробности о самаркандских планах. Здесь находится Людмила Владимировна Лурье [207] , она узнала от мужа Евгении Григорьевны о том, что я здесь, и просила меня позвонить. Я ее не застал, она сейчас не работает из-за болезни Игорька. Уеду из Свердловска скорее всего в воскресенье. Продукты здесь сильно подорожали за январь, но все-таки здесь гораздо лучше, чем в Салде. Получил открытку от Гоги. Он пишет, что купил 2 кг меда. Он переехал в комнату в общежитии, но просит писать по-прежнему до востребования. Очень соскучился по вас всех. Крепко-крепко целую. Будьте здоровы. Мара
207
Не знаю.
Дорогой дядя Марочка! Большое спасибо тебе за внимание, с которым ты расспрашиваешь обо мне во всех письмах.
Поздравляю тебя с днем рожденья и от души желаю исполнения всех твоих желаний. «Живи тысячу двести лет», – как говорит тетя Сара.
Крепко-крепко целую тебя. Н<аташа>
От Катеньки сегодня получили письмецо. У нее все хорошо, только холодно. Кормят их хорошо. Письмецо от 25/I. Посылочку твою она получила и ответит тебе. Н<аташа>
Дорогая Кисанька, 6-го я получил койку в гостинице, и условия существования стали несколько легче. Сообщаю последние новости, которые узнал здесь. Муся получила вызов из Самарканда и уехала туда. Ребята пока еще здесь, по приезде на место она телеграммой сообщит, выезжать им туда или нет. Лу обещала написать мне о том, что пишет им Муся о жизни там. Влад. Ос. Роскин на днях уезжает в Москву. Его сын на фронте под Ленинградом [208] . Нина Георгиевна больна уже около месяца ангиной. Ее учреждение [209] переводят в Москву, и Григорий Осипович не знает, куда ему ехать, с женой в Москву, или в тот город, где находится его университет [210] . Встретил тут одного инженера, который присутствовал в Томске на консультации, которую давал Матвей Густавович [211] . Выглядит он хорошо, но положение у него прежнее. Напиши об этом Нине, я не помню адрес Любочки. Нина Марковна Оль [212] устроила мне передачу еще одной посылочки Катюше. Я послал ей конфеты, пряники, браслетку (некрасивую!) и ожерелье. Скоро будет оказия к вам!
208
Иосиф (Ося) Роскин – сын В.И.Роскина от первой жены, которую тоже называли Муся (настоящего ее имени я не знаю). Ося погиб на фронте под Ленинградом в 1942. Ему посвящена повесть Ю. Нагибина «В те юные годы» («Юность», № 1, 1982).
209
Не знаю, какое учреждение.
210
Московский университет в октябре 1941 года был эвакуирован в Ашхабад, где занятия начались в декабре 1942 года, а в конце июня 1942 года университет переведен в Свердловск. См. подробнее в Летописи МГУ http://letopis.msu.ru/letopis
211
М.Г. Шлезингер был репрессирован. Связать слова о «положении» Матвея Густавовича и о консультации, которую он давал, можно только, предположив, что он сидел в «шарашке». В списках жертв сталинских репрессий удалось найти не Матвея Густавовича, а Марка Густавовича. Цитирую: Шлезингер Марк Густавович (варианты имени: Маркус). Родился в 1893 г., Виленская губ.; образование высшее.; Старший инженер тепломеханического сектора треста «Теплоэлектропроект». Проживал: г. Ленинград. Арестован 28 августа 1940 г. Приговорен: Ленгорсуд 23 января 1941 г., обв.: 58–10 ч.1. Приговор: 8 лет заключения. В заключении в ОТБ (Ленинград, "Кресты"), конструктор, старший инженер. Освобожден 28.08.1948.
Источник: Архив НИЦ «Мемориал» (Санкт-Петербург) http://lists.memo.ru/d37/f125.htm
При этом, внук М.Г. Шлезингера, сообщая об ошибках, допущенных в упоминаниях о своих родственниках, пишет, что деда звали и Марком и Матвеем: «Мой дед по материнской линии Марк Густавович Шлезингер не сын судостроителя Густава Федоровича, а сын провизора Густава Абрамовича Шлезингера, умершего в 1928 году и похороненного на еврейском кладбище в СПб (могилу я посещаю). Дед по образованию был судостроителем (Политехнический институт). Был у деда и младший брат Зигфрид (1901–1947), также похороненный на еврейском кладбище в СПб. Возможно, сведения о детях Густава Федоровича не верны, тем более что деда звали и Марком, и Матвеем. Мои воспоминания о деде действительно хранятся в Петербургском «Мемориале». Автор сообщения: Борис Лихтенфельд 5.19.254.10 12:40, 11 января 2013 (UTC) Пролистал воспоминания Л.Л. Ильиной: в них упомянут мой дед Марк Густавович Шлезингер, а не сын Густава Фёдоровича Шлезингера. Значит, ссылка на эти воспоминания в данной статье [то есть в статье о Густаве Федоровиче, кораблестроителе – И.Р.] ошибочна. Автор сообщения: Борис Лихтенфельд 5.19.254.10 13:05, 11 января 2013 (UTC).(биография Б.Лихтенфельда, где он говорит о своем деде).
Поскольку Любовь Михайловна Шлезингер и Марк Густавович Шлезингер похоронены в одной могиле (см. Преображенское кладбище в Ленинграде), полагаю, что Марк и Матвей действительно один человек. Так как ОТБ (Особое техническое бюро) Кресты – это именно «шарашка», то, видимо, имеется в виду Матвей (Марк) Густавович. Совпадает также география (Томск и Пермь, которая еще будет упоминаться как местонахождения М.Г.): ««ОТБ УНКВД Ленинградской области организовано в целях всемерного использования заключенных специалистов для выполнения специальных конструкторских работ оборонного значения. Основной задачей ОТБ является устранение выявленных конструкторских дефектов в морских и береговых артиллерийских системах, изготовленных по чертежам ленинградского завода «Большевик», а также разработка проектов и рабочих чертежей новых артиллерийских систем и модернизация систем, состоящих на вооружении флота и береговой обороны». Основной задачей ОТБ являлась разработка проектов и рабочих чертежей артиллерийских систем и модернизация систем, состоящих на вооружении флота и береговой обороны. ОТБ работало по плану, утвержденному 3-м Главным Управлением Наркомата оборонной промышленности. Размещалось ОТБ на территории тюрьмы «Кресты». В 1941 г. ОТБ было эвакуировано сначала в г. Томск, потом в г. Молотов (ныне Пермь) и вошло в состав завода № 172 (Мотовилиха). С этого момента за ОТБ закрепилось название ОКБ-172. В Перми ОКБ-172 функционировало до 1944 г., когда оно было возвращено в Ленинград опять в те же «Кресты», где и находилось до своего расформирования в 1953 г.».и http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=335
212
Жена архитектора А.А. Оля.
Целую всех крепко. Марк
Чулок для Катюши мне не удалось достать. Может быть, на деревне кто-нибудь свяжет?
Дорогая Кисанька, должен был сегодня уехать, но Кацинский задержал меня еще на день. Вчера я был у Г. О. Роскина, но застал дома не его, а Нину Георгиевну Клюеву. Она лежит уже около месяца с чем-то стрептококковым. Теперь она поправляется. Она очень милая.
От Нины Марковны Оль я узнал, что 300 ленинградских архитекторов должны выехать на днях сюда. Очень надеюсь, что Нина и Гриша окажутся в их числе. Жизнь там без воды, топлива и света очень тяжелая – я видел одного знакомого, который выехал оттуда 30 января. Нет ли у тебя чего-нибудь от Беллочки и Нины?
Киса, у меня заготовлено для вас много хороших вещей, но нет оказии: как тебе понравится, например, гусь? Или икра? Напиши мне адрес вашего отделения в Краснокамске, туда оказии бывают чаще, и, главное, я не знаю, насколько удобно посылать посылки через Козакова или Слонимского.
Пишу под вальсы Шопена в исполнении Рахманинова – передают по радио. Вспоминается дом, наш Бехштейн [213] , и так хочется воссоздать это вновь. Ужасно соскучился по всем вам. Крепко целую. Мара
Дорогая Катенька, получила твою открытку от 2/II уже три дня тому назад, теперь можно нам с тобой уже по-настоящему переписываться. У нас новость: ждем Сергея Дмитриевича, который в конце января уже был в Ярославле [214] и остановился там для подкрепления сил, затем прибудет сюда. Возможно, что тетя Белла тоже скоро приедет, со следующей партией. О маме и папе пока не знаю, правда, папа писал в конце декабря, что он записан в несколько эшелонов, но больше писем от них у меня не было.
213
Рояль известной немецкой фирмы.
214
Истощенных от голода ленинградцев вывозили в Ярославль, где многих госпитализировали или просто давали им несколько дней отдохнуть перед дальнейшей эвакуацией в так называемых «стационарах» (среднее между больницей и санаторием).
У нас пока жизнь идет своим чередом, у Жени три недели болели ушки, но сегодня он уже пошел в школу, остальные ребята здоровы. Малыши с ученьем очень смешные. Женя до сих пор плохо читает и во всяком случае плохо понимает что он читает, потому что ему это трудно. В задачах он тоже плохо соображает, а шумная обстановка лагеря не дает ему возможности сосредоточиться. Зато Лекушка соображает очень хорошо, читает отлично, но невероятный грязнуля, и по письму у него преимущественно «плохо». Это не мешает ему со смеющимися глазками всем сообщать, что он «почти отличник» и ему «только письмо подогнать», я с ними стараюсь заниматься дома, но это мне не всегда удается.
Ты просишь чулки, их здесь тоже не продают, но, если будет возможность, я тебе их обязательно пришлю. У Сережи пока есть.
Крепко обнимаю и целую, моя девочка. Лида
Дорогая Лидочка, посылаю тебе на всякий случай 600 р. На днях еду в Салду. О Свердловске писал и напишу еще. Твой Мара
Дорогая моя Катюшенька, я был в командировке в Свердловске, а вернувшись домой в Салду, застал твое письмо. Напиши поскорей, прошел ли твой грипп без осложнений, и как ты себя теперь чувствуешь. Я послал тебе из Свердловска еще одну посылочку, понравилось ли тебе ожерельице? Послезавтра я переведу тебе еще немного денег. Купили ли тебе валенки? Пожалуйста, не стесняйся и трать деньги на то, что тебе нужно. Из Ленинграда у меня по-прежнему нет никаких писем, ни от тети Беллочки, ни от папы с мамой. У тети Лиды тоже. Целую тебя, моя дорогая. Береги себя и больше не хворай. Твой дядя Мара
Дорогая моя Катюшенька, сегодня я перевел тебе по почте 100 р. Я думаю, что деньги тебе пригодятся – может быть, нужно что-нибудь починить или купить. Достала ли ты валенки? У нас сейчас совсем весенняя погода, и в валенках тяжело ходить, но несомненно, что еще будут большие морозы, так что валенки тебе пригодятся. Катюшенька, есть ли у тебя мыло? Моешь ли ты часто голову? При первой возможности постараюсь послать тебе мыло.
Тетя Лида писала мне, что она получила письмо от мамы от конца декабря. У них все в порядке, тон письма бодрый. Тетя Женичка Будде тоже получила хорошее письмо от папы и мамы.
Как твое здоровье, моя дорогая? Прошел ли уже грипп? Занимаешься ли ты каким-нибудь спортом? Как идут твои занятия? Занимаешься ли ты французским языком?
Пиши! Целую тебя крепко. Твой дядя Мара
Овдовевшая Нина Френк все еще в блокадном Ленинграде: