Чтение онлайн

— Ты здесь не мерзнешь? — поинтересовалась я, пробираясь вслед за мальчишкой по лабиринтам проходов полуразрушенного дома.

Нет, — ответил мне Эрик, протискиваясь с узкий проход. — Когда слишком холодно, я огонь развожу. Вот мы и на месте.

Проследовав за своим провожатым, я очутилась в небольшой комнатке, в углу которой были свалены какие-то тряпки, заменяющие парню, судя по всему, постель, в центре около разведенного костра нас уже поджидали шесть мальчишек в возрасте от десяти до пятнадцати циклов, причем на глаз. Насколько я знала, Эрику двенадцать, но выглядел он только на восемь, поэтому утверждать, что самому старшему из них пятнадцать, я не бралась. Вполне возможно, что и больше.

Такие же, как у моего сопровождающего, у всех присутствовавших мальчишек были худые фигурки, скулы выделяющиеся на узких лицах, но яркие глаза, в которых блеск решимости, да, они настоящие маленькие воины, которые не боятся пойти против существующего порядка.

Настороженности избежать, конечно, не удалось, но уже после первых проб выпечки, что я захватила с собой, дети явно подобрели. Вот и скажите мне после этого, что путь к мужчине, пусть и маленькому, не лежит через желудок.

Завязался простой, ни к чему не обязывающий разговор, пока один из мальчуганов не заметил:

— А я, когда вырасту, вступлю в ряды освобождения Сектора от рабства. — уверенно проговорил кнопка, которому от силы десять.

Я даже восхитилась его решимостью, с которой он сделал это заявление перед практически незнакомым ему человеком.

Правда, Эрик говорил, что поделился подробностями нашего с ним знакомства с друзьями.

— Кто ж тебя возьмет? — весело рассмеялся паренек постарше.

— Возьмут, — настаивал.

— Ты хочешь, чтобы все были свободны? — поинтересовалась я у смельчака.

— Этого все здесь хотят, — заметил самый старший.

— Да, Лика, — подтвердил Эрик, — жаль, что у нас на планете нет никого, как Ург Кархош.

— Вы умеете читать? — неподдельно изумилась я. — Читали труды Кархоша?

И мое удивление, действительно, не знало границ. В голове не укладывалось, что эти юные умы способны понять мысли, что Ург пытался донести в своих трудах. Не каждому взрослому-то будут понятны те идеи, что гениальный политик вкладывал между строк.

— Нет, — смутился белобрысый паренек, — нам вот, Конс читал вслух, он знает.

Я перевела удивленный взгляд на самого старшего.

Он же и сказал:

— Ну и, что если я могу, а малые нет, — глядя прямо мне в глаза, вызывающе сложил руки на груди.

— Молодец! — успокоила его, — а научить ребят читать не пробовал?

Сама не заметила, как в голосе проскользнули укоряющие нотки.

— Пробовал. — насупился Конс, и тут же сдал свои друзей. — Не хотят они. Говорят, что еще маленькие читать.

— А стремиться попасть в ряды освобождения не маленькие? — укоряющее посмотрела на склоненные головы вмиг усовестившихся ребят.

— Мы все равно туда попадем, — наконец упрямо ответил Эрик, глядя на нас с Консом из под бровей..

— Да, и будем защищать наших родителей, — поддакнул паренек рядом.

— А я сейчас могу быть как малышка Эль, — возбужденно произнес темноволосый землянин.

— Кто? — непроизвольно вырвалось у меня.

Я, конечно, сомневалась в совпадения, но…

— Эль! Ты, что никогда не слышала о ней? — поинтересовался Эрик.

И все тут же заинтересованно посмотрели на меня. В их глазах явно читалось осуждение, что такая большая тетя не знает элементарных вещей.

— Нет, а что я должна была слышать? — вот действительно дела, неужели речь и правда идет обо мне? Малышкой Эль меня называл только Ардэн, и вероятность того, что это прозвище будет известно за пределами системы, тем более в столице, равнялась нулю, но оказалось, я ошибалась.

— Эта самая неуловимая среди борцов за независимость, — пояснил мне все-тот же Эрик.

А самый маленький участник наших посиделок скромно заметил:

— Мой хозяин служит в разведке, так вот он часто говорит, что все равно поймает ее, — поделился он сведениями явно подслушанных разговоров.

И тут, со всех сторон, перебивая друг друга, посыпалось:

— А еще говорят, что она связана с Лидерами освобождения.

— Вот бы встретить ее.

— Ага, она бы сразу привела бы в движение.

— А еще она смелая.

— И добрая.

— Она в операциях по освобождению рабов в своей системе участвовала.

— Ну, а это-то откуда вам известно? — степень моего недоумения не поддавалась описанию.

— Ну, я так думаю, — немного смутился паренек, — но она точно должна была участвовать.

— А я слышал от мамы, что на крайних системах совсем другая жизнь, — заметил еще один собеседник.

— Там рабам проще, чем нам, — пояснил другу Эрик.

— Врешь! — заметил самый молчаливый мальчишка. Он в основном сидел и слушал своих друзей.

Позже Эрик пояснил, что мальчишка долгое время скитался по улицам, пока его не забрала добрая женщина, но вот хозяин у нее не такой добряк, поэтому мальцу нередко достается из-за чего тот и замыкается в себе, но друзья его не бросают и помогают, как могут.

Хотя, что могут эти отважные маленькие борцы за свободу?

Если бы не вынужденная необходимость держать маску, то обняла бы каждого и пообещала, что обязательно заберу всех, что каждый из них тоже сможет внести свою лепту в общее дело.

Однако так поступить я не имела права. Ведь моя главная цель, ради которой мы и прилетели на эту планету, не достигнута, а значит, продолжаем собирать всю свою волю и выдержку в кулак.

— Вот и не вру. Зуб даю, что там движение не просто существует, а занимается важными делами.

— И Эль тоже оттуда, — поддакнул третий участник спора..

— А к моему отцу приходили странные джаншу, — поделился темноволосый землянин, — расспрашивали про освобождение, но папа ничего им не сказал, хоть и знает кое-кого.

— И кого же? — игриво спросила я.

— Это секрет, — важно сообщили мне. — Но если ты пообещаешь, я познакомлю тебя с папой. Он знаешь, какой смелый, даже не боится ночами у себя собирать своих друзей.

— А как же хозяин, — спросили его друзья.

— Хозяин у нас добрый, — пояснил малыш.