Чтение онлайн

На заседании совета министров 14 февраля Думерг ознакомил нас с текстом послания к обеим палатам, подготовленным Лебреном. Мы выразили опасение, что это послание, представлявшее правительство парламенту, несмотря на свои превосходные намерения, могло быть плохо истолковано. Затем был зачитан проект правительственного заявления. Состоялись небольшие, но весьма показательные дебаты. Я предложил добавить фразу о защите парламента. Я полагаю, что Тардье, Лаваль, Фланден и Марке оспаривали необходимость этого из чрезмерной осторожности. Я настаивал на своем предложении; меня поддержали Шерон и Барту. Была принята формулировка: «Защита парламентских институтов и республиканских свобод». Барту объявил о своем намерении подготовить доклад о международном положении, которое, по его мнению, является столь же серьезным, как и в июле 1914 года. Ряд министров потребовал применения санкций в связи с забастовкой государственных служащих. Думерг благоразумно отложил дебаты. Нервная напряженность общественности смягчалась очень медленно, несмотря на содействие всех организаций бывших фронтовиков, за исключением «Огненных крестов». Думерг уже несколько раз грозил уйти в отставку, если будут осложнять его работу. «От Парижа до Турнефейя не дальше, чем от Турнефейя до Парижа», – заявил он.

На заседании совета министров 15 февраля утверждались решения кабинета. Шерон зачитал нам выдержки из отчета Лекуве, справедливо протестующего против нападок на судебные органы и особенно против давления печати и политических адвокатов на судебных следователей. Наш коллега принял решение изъять из досье все рекомендации. По принципиальным соображениям он выступил с энергичным протестом против предоставления судебных полномочий комиссии по расследованию.

Барту дополнил свое вчерашнее сообщение об Австрии. Официально объявлено, что правительство восстановило порядок в Вене и является хозяином положения в провинции. Однако число убитых достигает 400 человек. Представляется очевидным, что именно Муссолини толкнул Дольфуса на борьбу с социал-демократами и на попытку установить фашизм по сговору с Италией и Венгрией [144] . Франция обратилась к Дольфусу с просьбой действовать умеренно и предприняла аналогичный демарш перед Ватиканом, что было сделано, как говорят, по предложению Леона Блюма. Франция предложила Италии и Великобритании опубликовать совместное коммюнике по вопросу независимости Австрии. Муссолини согласился. Великобритания отклонила это предложение.

Заседание палаты депутатов прошло без особых осложнений. Не могу сказать, что мне было очень приятно сидеть на скамье министров. Несмотря на реплики и выкрики коммунистов, Думерг сохранял добродушную улыбку, что произвело хорошее впечатление. Когда он назвал себя стариком, всех депутатов на какое-то мгновение охватило почтительное волнение. Выступил Бержери с одним из обычных своих фокусов. Голосование дало правительству перемирия партий большинство в 402 голоса, однако среди воздержавшихся было 26 радикал-социалистов. Куда девалось единогласие, которое мне было обещано, когда я входил в правительство?

В пятницу, 16 февраля, палата без труда утвердила статус комиссии по расследованию. По предложению правительства комиссии было отказано в предоставлении судебных полномочий. Вечером того же дня на заседании бюро партии было решено назначить на 7 апреля чрезвычайный съезд партии.

В субботу утром, 17 февраля, в министерстве иностранных дел состоялось совещание, посвященное предстоящему визиту Идена, в котором участвовали Думерг, Барту, Тардье, Петен, Пьетри, Денэн, Леже, Массигли и я. Обсуждался вопрос о том, какую позицию следует занять по отношению к британскому меморандуму от 29 января, в котором выдвигалось предложение «о заключении конвенции, предусматривающей отказ наиболее сильных в военном отношении держав от некоторых видов вооружений» (следовательно, это касалось и Франции). В меморандуме предусматривалась возможность немедленного, но частичного перевооружения Германии – артиллерия и танки, но без авиации. С нашей точки зрения британский меморандум имел тот существенный недостаток, что он не затрагивал вопроса о военизированных формированиях. Италия, не высказываясь о военизированных формированиях, предлагала сохранить статус-кво для наиболее сильных в военном отношении держав и удовлетворить требования Германии.

Было решено, что нам следует занять осторожную позицию и дожидаться, как предлагал сам Иден, результатов его поездки в Рим и Берлин. Чувствовалось, что дебаты обостряются и что предстоит принять серьезные решения.

Маршал Петен сообщил, что с учетом войск, находящихся под ружьем и прошедших военную подготовку резервистов, Германия уже сейчас обладает армией в 840 тысяч человек. По мнению генерала Денэна, она за три месяца сможет догнать нас в области военной авиации. Альфан пишет мне из Москвы, что Советы против ослабления Франции, будь то за счет разоружения сверх пределов, установленных ее ответственным военным командованием, будь то за счет согласия на перевооружение Германии.

Политика, которой я старался следовать, ушла в прошлое. Никто не считается с Лигой наций, которая оставалась верной нам при всех попытках добиться опасного соглашения с Германией, вышедшей из Лиги. По-моему, с момента заключения пакта четырех правильный курс был потерян. Я узнал, что 5 декабря 1933 года Поль Бонкур сделал Гендерсону ряд предложений относительно контроля и «принципов гарантии исполнения», подлежащих включению в условия конвенции по разоружению. В случае нарушения конвенции можно было бы прибегнуть даже к такой мере воздействия, как разрыв дипломатических отношений с государством-нарушителем. «Если начнется война, то возможна презумпция агрессии по отношению к государству, виновному в таком нарушении».

В общих чертах на 17 февраля 1934 года вопрос о разоружении, согласно официальным документам Лиги наций, представлялся следующим образом. В течение четырех последних месяцев вопрос этот обсуждался исключительно дипломатическим путем. Прийти к соглашению не удалось, однако переговоры способствовали прояснению ситуации.

1. Французское правительство, верное принципам, получившим в сентябре-октябре 1933 года поддержку Англии и США, выступает за существенное сокращение вооружения в два этапа. В течение первого этапа европейские армии были бы преобразованы в армии краткосрочной службы с ограниченной численностью, был бы организован и налажен всеобщий автоматический и постоянный контроль; наконец, было бы проведено пропорциональное сокращение на 53 процентов основных военно-воздушных сил параллельно с установлением контроля над гражданской авиацией. В этот период государства, связанные условиями мирных договоров, не должны были бы проводить никакого количественного увеличения своих вооружений. В течение второго этапа было бы начато постепенное уничтожение военной техники, превышающей установленные количественные нормы, причем бывшие вражеские государства могли бы получить те виды вооружений, которыми бы они не располагали в 1934 году и обладание которыми было бы разрешено конвенцией всем странам. Французское правительство стояло за эффективный автоматический и постоянный контроль. Оно подчеркивало необходимость дополнить конвенцию гарантиями исполнения.

2. Германское правительство противопоставило этому тезису свое предложение соглашения, сохраняющего статус-кво для государств, разоружение которых не было предусмотрено договорами, и предоставляющее Германии право преобразовать рейхсвер в 300-тысячную армию, основанную на всеобщей воинской повинности и оснащенную нормальным современным оборонительным вооружением (150-миллиметровыми орудиями и 6-тонными танками) и авиацией. СА и СС, невоенный характер которых был подтвержден Гитлером, не должны были подвергнутся каким-либо изменениям, но будут взяты под контроль. При этом германское правительство согласно с принципом постоянного автоматического контроля.

3. Британское правительство стремится к компромиссу между этими двумя точками зрения путем сочетания немедленного разоружения с немедленным, но частичным перевооружением Германии. В связи с этим оно считает, что уничтожение определенных видов военной техники, которое во французском плане приурочено к концу первого этапа, должно начаться с момента введения конвенции в силу. С первых же лет Германия должна получить требуемые ею артиллерию и танки. Однако ее перевооружение в области авиации будет отложено на два года, а по прошествии этого срока оно осуществится только в том случае, если не будет найдено общее решение проблемы военно-воздушных сил. Что касается военизированных формирований, Великобритания предлагает запретить всякое внеармейское воинское обучение, однако из этого не было сделано вывода о необходимости роспуска существующих формирований. Англия лишь подчеркивала необходимость установления контроля над этими формированиями. Наконец, проблема военно-морского флота была практически исключена из переговоров.

4. Итальянское правительство заняло позицию, весьма близкую к позиции Германии. Оно предлагало сохранить статус-кво для держав, не связанных договорами, при сохранении военных расходов на уровне 1934 года. Что касается Германии, то Муссолини, по-видимому, практически признавал ее требования. Он не высказывался по вопросу военизированных формирований, однако из его заявлений нашему послу де Шамбрену видно, что он является сторонником включения этих формирований в общую численность вооруженных сил. С другой стороны, Муссолини согласен на установление контроля.

Таким образом, в то время как конференция по разоружению вела до сих пор работу в направлении поэтапного сокращения существующих вооружений, допуская лишь в отдаленном будущем ограниченное перевооружение бывших вражеских государств с целью уравнения их в правах, в настоящее время предпринимаются попытки заменить эту формулу немедленным перевооружением данных государств.

Нота, направленная Луи Барту 10 февраля председателю конференции по разоружению, уточняла позицию Парижа. Французское правительство, – говорилось в ней, – «по-прежнему считает, с одной стороны, что контролируемое сокращение вооружений должно проводиться поэтапно до того уровня, который позволит установить равноправие всех наций в условиях режима безопасности. С другой стороны, необходимы действенные гарантии исполнения». 13 февраля французское правительство направило Германии новую памятную записку.