Чтение онлайн

– И сколько же тебе?

Но Кучер оставил вопрос без внимания.

– Давай спустимся вниз, – предложил он, пружинистым движением покидая удобное место. – Я обратил внимание, что здесь весьма приличный ресторан. Как ты смотришь на то, чтобы пропустить по рюмахе-другой? Дорога изрядно измотала меня.

– Пойдем, – согласился Платон. – Времени свободного, я думаю, у нас еще с избытком. Аякс не произвел на меня впечатление человека энергичного.

Он прошел к шкафу, распахнул обе створки и опустил револьвер в карман пальто. Однако облачаться в него не стал и остался в рубахе.

Москвичи покинули нумер и спустились на первый этаж. Торопиться им, действительно, было пока некуда. Но, как вскоре выяснилось, в своих предположениях относительно расторопности Аякса Платон ошибался. Казанский уркаган явился в «Глассон» уже через час после своего ухода и застал москвичей все в том же ресторане на первом этаже.

Кучер пропустил две рюмки водки и теперь с интересом разглядывал двух сидящих у стойки девиц, принадлежность которых к древнейшей профессии не вызывала у него никаких сомнений. Однако подходить к девицам и заводить с ними разговор Кучер не торопился.

Платон заказал себе третью рюмку и попросил присовокупить к ней чего-нибудь съестного. Им подали креветок.

Аякс грузно опустился за столик столичных гостей.

– Рекрут сказал, будет ждать вас сегодня в «Фортуне» к девяти часам, – доложил он, зябко потирая шелушившиеся от ветра руки.

Платон удивленно вскинул вверх кустистые брови. К стоящей перед ним рюмке, равно, как и к креветкам, он еще не притрагивался.

– Я думал, он сам придет к нам навстречу.

– Нет, не придет, – Аякс рад был возможности плеснуть масла в огонь. – На то он и Рекрут. Сам никуда не ходит, а ждет только, чтобы к нему на поклон все являлись. Передать, что вас это не устраивает?

– Не надо, – Платон взял рюмку и покрутил ее двумя пальцами. – Мы сходим на встречу с ним. В «Фортуне» в девять? Так тому и быть, значит.

Казань. Предмостовая площадь

– Кондрат Сергеевич? Это Паленый.

Жиган говорил тихо, прикрывая рукой трубку и время от времени осторожно оглядываясь через плечо. Однако кондитер, занятый своими делами, похоже, не обращал на него никакого внимания. А с появлением в его заведении очередного клиента, приход которого был озвучен мелодичным позвякиванием дверного колокольчика, хозяин кондитерской и вовсе забыл о присутствии Паленого, попросившего воспользоваться местным телефоном пару минут назад.

– Я слушаю вас, Прохор Матвеевич, – сухие интонации в голосе Сверчинского совершенно не походили на те, которые Паленому доводилось слышать при их последней с чекистом встрече. – У вас есть для меня что-то ценное? Говорите.

Паленый почувствовал, как внутри у него все похолодело. Сердце болезненно сжалось. Он снова оглянулся через плечо. Кондитер с широкой улыбкой на лице любезно беседовал с посетителем.

– Мне не хотелось бы по телефону... Мы можем встретиться, Кондрат Сергеевич?

– Конечно. Где вы сейчас находитесь?

– Я рядом... Рядом с вашим ведомством, – последнее слово жиган и вовсе произнес с благоговейным придыханием. – На Предмостовой.

– Хорошо. Давайте встретимся минут через десять в Центральном парке, – предложил Сверчинский. – Хотя нет. Постойте! – поразмыслив секунду, чекист решил, что не стоит назначать встречу с Паленым там, где он обычно встречается с Григорием. Мало ли что. – Лучше спуститесь до Набережной. Это всего двумя кварталами ниже. Я буду ждать вас у пирса. Все через те же десять минут. Успеете?

– Успею, – заверил невидимого собеседника Паленый и тут же поспешно повесил трубку.

Высоко подняв воротник полупальто и поглубже надвинув картуз на глаза, жиган сухо поблагодарил кондитера, обогнул стоящего у него на пути добротного розовощекого мужчину и вышел на улицу. Быстрым шагом двинулся к Набережной. Глубоко засунутые в карманы руки предательски потели. Паленый знал, что после его встречи с чекистом пути назад уже попросту не будет. Сверчинский не позволит ему так легко спрыгнуть с «крючка», на который так удачно насадил жигана. Слово-то он свое, бесспорно, сдержит и отпустит матушку Паленого, но, предав Рекрута и прочих своих подельников, информатор не сможет вернуться к прежней своей жизни. Это все равно, что вечно балансировать над краем пропасти. Паленый отлично понимал это, но изменить каким-то образом ситуацию в свою пользу он уже не мог.

До боли стиснув зубы, Паленый свернул на Набережную и направился к пирсу. Высокую, ладно скроенную фигуру чекиста в поблескивающем на солнце кожаном плаще он заметил издалека. Сверчинский, как и обещал, уже ждал своего информатора.

– Ну? – Кондрат Сергеевич щелкнул крышкой часов и убрал их под плащ. – Что у вас за информация, Прохор Матвеевич?

Видно было, что чекист торопится, да и для Паленого это было как нельзя кстати. Ему совсем не улыбалось торчать здесь, на хорошо просматриваемом с двух сторон пространстве, в обществе представителя ЧК. Вероятность того, что в этот час на Набережной мог появиться кто-нибудь из жиганской братии, конечно, была ничтожна, но Паленый не мог отделаться от ощущения, что опасность подстерегает его где-то совсем близко. А посему, чем скорее он расквитается с этим делом, тем лучше.

– Сегодня ночью Рекрут планирует налет на поезд, в котором из Москвы будут доставлены казначейские деньги. Я не знаю точного времени налета, но вы ведь можете выяснить, во сколько должен прибыть этот самый поезд. – Жиган говорил быстро, стараясь при этом не смотреть в глаза собеседнику. – Включая Рекрута, в налете будут участвовать двенадцать человек. В том числе и Резо. И я тоже, – неохотно добавил он.

– Место встречи? – уточнил Сверчинский. – На вокзале?

– Нет. Резо сказал мне, что сбор будет в «Лагуне». Ближе к вечеру.

– Что значит ближе к вечеру?

– Ну, обычно это происходит часов в восемь или в девять. Вы собираетесь устроить облаву там?

Сверчинский не ответил, сосредоточившись на собственных мыслях. Для задержания двенадцати жиганов ему потребуется существенная поддержка. Но Кондрат Сергеевич верил, что Лепеха не откажет ему в подобной просьбе. Арест такого человека, как Рекрут, того стоил. И брать группировку действительно лучше всего было на малине, а не на вокзале в момент налета. Таким образом сокращалась вероятность того, что при перестрелке мог пострадать кто-то из посторонних.

– Где эта «Лагуна»?

– На Лососинской, – Паленый ждал этого вопроса. – В самом конце улицы. Там тупик, и если вы хотите провести облаву в трактире, то перекрыть достаточно будет только основной подход к «Лагуне». Со стороны Малого Вражека. А время... – жиган помолчал, быстро производя в уме какие-то нехитрые подсчеты. – Лучше явиться туда аккурат к девяти часам. Не ошибетесь, Кондрат Сергеевич. И Рекрут будет на месте, и остальные.

– Ясно. Спасибо за содействие, Прохор Матвеевич.