Чтение онлайн

Когда Хэлтор с Гуннаром подошли к сосне, девушка и скальд утаптывали снег у ствола дерева. Отложив в сторону лапник, парни присоединились к ним и через какое–то время уже сидели на мягкой подушке из еловых веток. Их тела образовали крест, видимо сказалась привычка к круговой обороне, а может быть на пороге неизвестного, каждый хотел видеть и справа и слева тех, кого знает, и быть уверен, что твоя спина тоже защищена. Гуннар протянул руку и нашел пальцы Солингер. Она ответила на его пожатие, но потом ее ладонь выскользнула из сжимавший ее пальцев.Девушка улыбнулась и закрыла глаза.Время ожидания начало свой бег...

Безмолвие не нарушалось никем. Молчал Хэлтор, сосредоточенно всматриваясь в одну точку – уходящее в закат солнце. Яркий луч, остывающего светила ослепил Правителя, и он закрыл глаза. Угомонился Гуннар... Какое–то время он ерзал на лапнике и все крутил головой, словно ища места, в которых можно было устроить засаду, но постепенно его лицо расслабилось. Он перестал всякий раз возвращаться взглядом к сидящей рядом девушке. Теперь на его обветренном лице блуждала неведомо откуда взявшаяся улыбка. Даже не улыбка – ее тень. А девушка? Девушка давно закрыла глаза и, уткнувшись в меховой воротник носом, словно дремала. Эйнар прислонился в сосне спиной и, обхватив колени руками, положил на них голову. Мысли, бродившие в его мозгу, прочертили четкую вертикальную борозду на лбу. Порой веки его закрытых глаз сжимались, словно он не хотел видеть того, что мелькало перед его мысленным взором. Их окружала абсолютная тишина, в которой не было звуков подтаявших и падающих с ветвей снежных шапок, пенья птиц и свиста их крыльев... Ночь раскинула свои крылья над горами Северных Земель, но никто из сидящих под сросшимися соснами этого не заметил...

– Ну, здравствуй, Правитель Северных Земель, – Хэлтор резко вскинул голову и прищурился, привыкая к темноте. В десятке шагов прямо перед ним, посреди белоснежной поляны стоял высокий старик, опиравшийся одной рукой на крючковатый посох, а второй, придерживающий распахнутую калитку. Ограды не было. Хэлтор стремительно встал и шагнул вперед.

– Вечности в здравии тебе, Ил’мар! – поклонился Хэлтор, прижав правую руку к сердцу.

– И тебе вечности, – усмехнулся старик, – вечности в любви. Ты хочешь ответ на свой вопрос? – он приподнял правую бровь и усмехнулся, что ж – встань на крыло! Ты вновь обретешь свою любовь. Ты защитишь свою дочь. Ты спасешь свой народ. Я ответил на твой вопрос?

Хэлтор остановился в шаге от калитки и замер, всматриваясь в лицо собеседника. Неожиданно пришла мысль, что он смотрит в глаза отцу, да и весь старик выглядит так, как помнит отца его сердце. Только вот он старше. Старше на те годы, что прошли без него. Словно однажды, уйдя за полог смерти, он продолжал жить и стареть.

– Да. Ты ответил. Но твой ответ породил другие вопросы. Жаль, что я мог рассчитывать только на один ответ, – Хэлтор склонил голову в знак благодарности и развернулся. Ил’мар дал отойти ему на пару шагов и, словно пытаясь задушить смех в зародыше, медленно протянул:

– Ответ на один невысказанный вопрос, – Хэлтор резко, будто споткнувшись, остановился, – но не разочаровывай меня Правитель. Поговорить с тобой я не отказывался, – и Ил’мар захохотал. Хэлтор обернулся и успел заметить, на какой–то миг, вспыхнувший огонь в глазах старика. Он махнул рукой приглашая, повернулся и пошел, и с каждым его шагом пространство искажалось, снимая пелену с тропинки, ведущей от калитки к дому, в окнах которого играли в догоняшки всполохи горящего в очаге огня.

Они говорили всю ночь. Хэлтор, сидя на полу и расслабленно откинувшись на стену, глядел на пламя очага и рассказывал старику, сидящему рядом, о Сванвейг, а потом о рождении Айсы. Они дружно смеялись над ее детскими проделками и всерьез обсуждали ее будущее… но время неумолимо, и оно всегда резко подводит черту, когда любой разговор становится в тягость. Хэлтор тряхнул головой, провожая ночь и с сожалением хлопнул себя по колену:

– Загостился я у тебя, старик. Друзья там в сугроб, наверное, превратились, а я…– вот такой дрянной друг: ем, пью, у огня сижу. И всё же, отец, скажи, как нам справиться с Черным?

– Ты хочешь, чтобы я не только указал тебе направление, но и провел тебя по дороге? Нет. Каждый должен пройти свой путь сам и только в его конце придёт понимание – верное ли ты принял решение, встав на него. Но решение должно быть только твоё. Прощай, Хэлтор, береги любовь тех, кто верит в тебя. Огонь в тебе горит… Ну, что? В путь!

10- Эйнар

Хэлтор вдруг понял, что стоит посреди заснеженной поляны и держится левой рукой за калитку. Шагнул и рука потянулась ее прикрыть, но он вдруг вспомнил о своих спутниках и вновь ее распахнул, сделал еще шаг и тут его взгляд уперся в спину Солингер. Она разогнулась и подняла свою дорожную суму. Развязала шнурок, стягивающий горловину котомки, и заглянула внутрь.

– Хмм, не думаю, что мне скоро понадобится смена одежды и прочая бабская дребедень, – и разжала пальцы, отпуская ее на снег.

– Что тебе сказала старуха? – Гуннар перехватил руку девушки и развернул ее к себе лицом.

– Ста–ру…ха? –девушка откинула голову и захохотала.

– Какая старуха? Ил’мар, конечно, не молод, но стариком его можно назвать только с первого взгляда, – вклинился Хэлтор в их разговор.

Они уставились друг на друга, а потом синхронно оглянулись и дружно выкрикнули: – А, где Эйнар?.. Эйнар? Где?

– Ко мне ли ты, воин? – звонкий девичий голос разорвал пелену снежного сна. Эйнар вскинулся, вставая и покачнулся, не веря глазам.

– Ты? – он сделал шаг вперед, глядя в смеющиеся глаза девушки, стоящей на нижней перекладине раскачивающейся на ветру калитки, а… с неба лил дождь.

– Ты… – большой палец Эйнара коснулся губ девушки и медленно заскользил по ее щеке, открывая дорогу всей ладони. Пальцы зарылись в ее волосы, обнимая затылок, сжались и притянули к себе.

–Хельга, скажи, что я не схожу с ума. Скажи, что это ты, – обе его ладони взяли в плен ее лицо, всматриваясь в него. Она улыбнулась и потянулась к нему.

– Я…

– Не спеши. Т–шшш. Не спеши. Я века не целовал тебя. Подожди… Ты мне скажешь то, что должна… Потом… Всё потом, иди ко мне, малышка, – он прижал ее к себе, подхватил на руки и сел на сырую землю прямо в створе распахнутой калитки, устраивая Хельгу на своих коленях, – я почти погиб без тебя. Нет. Я погиб без тебя, – он обнял ее, качая в своих объятиях, уткнувшись лицом в ее волосы.

– Нет, – она покачала головой и звонкий смех смешался со звуком падающих капель, – нет. Ты почти погиб без себя. А я всегда с тобой. Вот здесь, – она рассмеялась и ткнула пальчиком ему в грудь, – и я скоро вернусь. Очень скоро. Ищи меня. Опрокинь небо для меня! Поймай меня!

Ее голос стал тише, а потом и вовсе умолк. Ее руки гладили его лицо, вспоминая и запоминая. Его губы пробовали ее на вкус и ощущая давно забытое. Мир сомкнулся, отгородив их от всех стеной дождя. Дождя, который эти двое не замечали, пряча друг друга под крыльями любви.

– Светает. Ты уйдешь?

– Ты же знаешь, что уже ушла. Давно…

– А сейчас? Сейчас ты пришла зачем?

– Забрать твою боль, любовь моя…

Эйнар нашелся тут же. Там же где сидел ночью, только сейчас он просто лежал в снегу, раскинув руки, пялился в небо и счастливо улыбался. Нет, он не просто улыбался – он весь излучал счастье.