Чтение онлайн

Чего ты хочешь?
– бросил Торин.

Объединитесь! Люди, эльфы и гномы должны сражаться вместе!

Зачем?
– криво усмехнулся Дубощит.
– Ты прав, мы ждем Даина. Если армии орков придут, мы откроем ворота армии Железных Холмов. Зачем же нам сражаться? Помочь людям и эльфам? Тем, кто угрожает нам, желая получить золото?

Ты ни о ком не хочешь думать, кроме себя и своего золота!
– вскричал в гневе Бард.

А о ком думаешь ты, Бард?
– столь же резко отозвался Торин.

Сидите в своей горе!
– с досадой бросил наследник Гириона.

Именно, - Дубощит вдруг стал спокоен.
– Мы и армия Железных Холмов можем просто отсидеться за стенами Эребора. Эти войска опасны в первую очередь людям и эльфам.

Они пришли ради золота!
– возразил Гэндальф.

Они тупы и потому столпятся у туши дракона, отдирая сокровища, - пожал плечами Торин.
– Там и можно их окружить.

Туша у нас, - поморщился Бард.
– Кое-кто... некоторые из войска самовольно отправились туда, куда ты указал. И перетащили тушу к нам. Они хотят отодрать все ценное.

Торин от души рассмеялся.

Что ж, тогда эти твари и вправду больше всего угрожают вам и вашей жадности.

Ты отказываешься помогать нам?
– хмурился Гэндальф.

Я не говорил этого, - покачал головой Король-под-Горой.
– Я сказал, что нам нет смысла помогать тем, кто с оружием в руках пытался добиться того, что принадлежит нам. Но я готов помочь вам. И уверен, что Даин меня поддержит. Однако взамен люди и эльфы откажутся от своих требований. Я держу свое слово, и потому за все, чем снабдил нас Эсгарот, я заплачу по справедливости. И я готов забыть о шантаже, после победы над армией общих врагов я обещаю приложить все силы на восстановление торговли Эребора с Эсгаротом, но только лишь на условиях, выгодных обоим нашим народам. Вот мои условия! Ответь же мне, Бард, наследник Гириона, считаешь ли ты их справедливыми? Принимаешь ли?

Его собеседник молчал.

Ты ставишь меня перед выбором. Дав согласие тебе, я могу потерять поддержку Лесного короля.

Торин только усмехнулся, словно говоря, что он знал об истинной причине, почему под стенами Эребора появилась вооруженная армия.

Не время пререкаться!
– вновь встрял Гэндальф.
– Опасность угрожает всем свободным расам Средиземья.

И, думается, что эльфам больше, чем гномам, - хмыкнул Торин.
– Темные силы давно пытаются занять Лихолесье.

Пусть так, - наконец решился Бард.
– Я не даю тебе слово бургомистра Эсгарота, сын Траина, ибо это не в моих силах. Но я ручаюсь тебе своим словом. И если эсгаротцы нарушат слово, то пусть твоя помощь будет направлена на восстановление Дэйла и торговли с ним.

Дубощит кивнул. Он не сомневался в разумности Барда. Союз с гномами сулил отличное оружие, металл, золото и драгоценности, в обмен гномы возьмут еду и ткани. Союз с эльфами не давал ничего, Лихолесье могло лишь поддержать лучниками, но и гномьи воины были не хуже. А потому если выбирать союзника, то Бард предпочитал Торина, а не Трандуила.

Я услышал тебя, - произнес Король-под-Горой.

Гэндальф довольно кивнул, отпуская Барда.

Ты позволишь мне поговорить с Софи?
– обратился он к Торину.
– Или даже теперь ты не откроешь ворот Эребора никому, кроме Даина и его войска?

Отчего же? Входи!
– слегка поклонился Торин.

Софи была несказанно рада визиту мага. У нее накопилось столько вопросов! Но когда Гэндальф появился перед ней, девушка совершенно позабыла, о чем хотела спросить.

Фили обнимал невесту за плечи, остальные гномы были в стороне, на таком расстоянии, чтобы не слышать чужие разговоры. Маг зыркнул на принца, давая понять, что тот лишний. Но Фили только упрямо сжал губы и гордо поднял голову, показывая, что никуда не двинется.

У меня нет тайн от жениха, - поспешила заметить принцесса.
– Я только не успела еще кое-что ему рассказать.

Гэндальф кивнул.

Полагаю, что знаю, о чем ты. Я желал поблагодарить тебя за это. Возможно, ты спасла ему жизнь.

Надеюсь, что и остальным тоже, - с тоской произнесла она.

Фили хмуро глянул на нее.

Примерно об этом я и хотел поговорить. Тоже, - важно проговорил волшебник. – Как и Бильбо, ты очень изменилась за время похода.

Наверное, - равнодушно пожала плечами Софи.

Ты – очень сильный маг, - продолжал Гэндальф.

Маг? – растерялась девушка. – Нет, вы ошибаетесь. То, что я делаю, это не мои силы, я не умею ворожить…

Нет, я не ошибаюсь, - покачал головой волшебник. – Ошибаешься ты, думая, что не управляешь этой силой. Она рождена тобой, она часть тебя, и потому ты с ее помощью можешь очень многое.

Это невозможно, - пробормотала Софи, совершенно теряясь. – Я не в силах… Я слишком ничтожна…

Напротив, - улыбнулся Гэндальф. – Только так это и возможно. Я думал о том, откуда ты черпаешь свои силы. И понял, что они из твоей веры. Эта вера позволяет тебе укрывать щитом тех, кем ты дорожишь, но не позволяет убивать.

То есть если я позволю ей…

Ты позволишь себе. И эта сила сможет не только укрывать тех, кого ты держишь за руку. Я не могу сказать точно, на что ты способна, девочка. Но, думаю, совсем скоро это предстоит узнать.

Софи даже не приблизится к месту битвы! – хмуро встрял Фили.

Это не тебе решать! – нахмурился маг.

Как раз это решаю я! – отрезал принц. – Маг она или кто еще, но с этого дня она шагу не сделает за ворота Эребора без моего согласия!

Фили, подожди, - робко возразила Софи. – Ты не все знаешь… Понимаешь, этой ночью… Я приняла решение за тебя. И за всех вас.

Ты о чем?

Бильбо… Это он нашел камень. И хотел отнести его Барду, чтобы тот вынудил Торина согласиться на его условия. Я забрала Аркенстон, хотя Бильбо предупреждал меня, что это означает войну. Я… я за вас решила, что лучше воевать, чем идти на уступки людям и эльфам. Ты говоришь о том, что решаешь ты… Но этой ночью решила я. Да, я была не вправе. Тем более рисковать вашими жизнями.

Софи говорила тихо и отрешенно. И не обращала никакого внимания на то, что маг как-то переминается с ноги на ногу, поминутно пытаясь прервать ее речь. Она сообразила, что что-то не так, лишь услышав позади себя холодный голос Торина:

Очень любопытно. Я так и знал, что взломщику нельзя доверять. И чувствовал, что девочка что-то скрывает.

Торин! – жалобно начала было Софи.

Что ж, я убедился, что могу доверять невесте наследника, - спокойно продолжил Дубощит. – Рад, что ей не пришло в голову, что я дорожу своей жизнью больше, чем реликвией предков.