Из Тени Прошлого
Шрифт:
– А что нового показали пещеры? – выкрикнул Гайар. – Не томи уж, уважаемый Вещун!
– Тяжелые времена настали в землях униатских, - уныло продолжил Ерпич, - еще много огня, окровавленных мечей и плача случится в грядущие года. Но есть надежда на победу, неслучайно я пожаловал в ваш высокий терем, князь Ведимир. Видели вещуны в ледяных зеркалах храброго мужа подле вас, призывает его Ледяной Свет к себе для раскрытия истины всех времен его жизни. Не он ли восседает по правую руку от тебя? Одно лишь точно стало известно служителям снегов, что приходится этот воин тебе близким родственником, и что следует прийти ему в земли сиригов, но только непременно с тем, что может вас связать.
– Что же кроме нашей матери могло нас связать крепче даже железных пут и оков? – задумчиво произнес Ведимир, оглядываясь в сторону Ланса. – Да, уважаемый Вещун, вы правы, я привел в униаты великого мужа, своего брата Ланса! Лишь благодаря ему нынче Дерява занята велесами.
– Я лишь передаю слова наших старцев, - Ерпич низко поклонился Лансу, к которому и обращал свои слова. – Они говорили о цепи, что от одного переходит к другому. Вот и всё, что я должен был поведать. Тебя ожидают на скованных льдом островах, Ланс. Не медли с отправлением, чтобы воспользоваться тем прозрением, что дает Ледяной благословенный Свет!
В честь приезда сестры и северных гостей князь Ведимир наказал разбить навесы и шатры на лугу за стенами города, где бояре, дружинники и прочие приглашенные могли испить вина и угоститься ароматными блюдами. Но сам князь не предавался гуляниям. За плотными полами своей палатки он собрал верных людей для держания совета. Здесь были и сириги, и дружинники от кривличей, а также близкие друзья и воины, среди которых Ратмир, Гайар, Ланс.
– Как бы не хаяли нынче велесы дризов, что не исполнили ни одно из обещаний, данных Ториком моему отцу, я не намерен поддерживать злобу и ненависть между нашими племенами. Дризы не успели прийти на помощь под стены Дерявы, когда тинголы столь скоро и нежданно совершили мстительный поход, не имели они веских оснований для нападения на стольный град при полорах, ибо не дело вести войска в чужой двор, когда не ясно, кто хозяин дома, не сменил ли он свое лицо, ведь многие бояре Дерявы добровольно покорились жадным угнетателям, - обращался Ведимир к собравшимся друзьям, но речь его затихла, когда по ту сторону входа послышался гневный разговор.
– Немедленно пропустите меня к брату и заберите от меня ваши мечи, я и так прекрасно знаю, как вы умеете ими обращаться! – звонкий девичий голос был тверд и полон возмущения.
– Княжна Милара, - чуть слышно доносились ответы стражников, - мы не можем… вы не должны… князь велел… подождите…
– Тогда вызовите его ко мне для разговора. Великий князь может ведь уделить родной сестре несколько минут внимания наедине! Скажите, что я очень прошу и не намерена откладывать свои просьбы на следующий день, - в этот момент завеса, прикрывавшая вход в шатер, колыхнулась, и сквозь неё пробилась белоснежная тонкая рука девушки, но внезапно раздался её визг, и потасовка снаружи продолжилась.
– Там ведь стоит Елизар… - озабоченно промолвил Ведимир, поднимаясь со своего места. Князь быстро вышел вон из шатра, и по последовавшему громкому возгласу можно было догадаться о картине, что предстала его глазам. – Княжну Милару воистину порой следует носить на руках, но теперь лучше отпустить её на землю, иначе она перекусает и перецарапает всех моих воинов!
– Ведимир! Он не пустил меня к тебе, а я ведь так спешила к родному брату, надеясь лишь на его поддержку и милость. Из-за верных стражников я не могу даже поговорить с тобой как следует, - голос княжны по-прежнему был громким, так что до слуха мужчин, оставшихся в палатке, доносились все слова, произносимые братом и сестрой.
– Я думал, что ты желаешь сперва отдохнуть после долгого пути. Позже мы могли бы и поговорить.
– Но беседу об участи нашего брата невозможно откладывать на потом, Ведимир!
– Наш брат сам решит, как отнестись к словам сиригов! Ему и так ведомо многое и северные провидцы, даже ежели желают задержать его подобным способом в землях униатов, не смогут повлиять на его собственный выбор.
– Да не о том я говорю! Разве ты позабыл о Сигире, нашем младшем брате, сыне князя Ведимира?! Тинголы увели его с собой в Шафри, и следует немедленно потребовать его возвращения, так как законный князь велесов, то есть ты, мой брат, воссел на престол. Но, конечно, только словами это дело не решишь. Тебе необходимо снарядить богатые обозы с дарами как плату за кровного родича. Вместе с князем многие бояре отдадут свое имущество, так как их дети также были уведены в полон кочевников.
– Ха-ха-ха, - гулко засмеялся князь, - чтобы велесы гнули колени и преклоняли головы перед теми, кто вторгся на их земли?! Неужели княжна велесов предлагает уподобиться полорам, которые отдают ежегодную дань захватчикам фезов, или низам, или воличам, которые живут далеко, да платят всегда наперед, предпочитая заранее оградить себя от несчастий?! Нет, дарами тинголам мы станем еще хуже, чем прочие покорившиеся их воле униаты. Мы пойдем туда не как друзья с платой за мир, а как презренные слуги, признавшие силу победителя. Никогда такому не бывать!
– Но как же заложники?! – Милара говорила уже более тихо и смиренно. – Эти кровожадные дикари растерзают их, если уже не сотворили злодейства над беззащитными пленниками. Только ты, Ведимир, великий князь, можешь спасти нашего младшего брата. Ведь отец с матерью души в нем не чаяли. Княгиня Иза всегда готова была отдать всё ради блага своих детей!
– Княгиня Иза очень беспокоилась о счастье дочери, поэтому, поговаривают, она решила сама избрать ей мужа, точнее помешать собственному выбору своего дитя. Но после казни матери вы, княжна, ведь имели возможность спасти Сигиря, приняв предложение Атуба стать его женой. Ведь именно от этого зависит время освобождения нашего брата! Отчего же вы так и не выехали в земли любимых вами тинголов?!
– Вы прекрасно понимаете, я была слишком беззащитна в последние месяцы и не имела никаких гарантий того, что сумею сохранить жизнь Сигирю, а также себе!
– Теперь вы под надежной опекой! Отныне я, как и положено великому князю, твоему старшему брату, решу твою судьбу. Слишком уж жалким даром за Сигиря будет велеская княжна без должного приданного, для которого нынче казна пуста. Пойдешь замуж за Торика. Может хотя бы благодаря этому мы сумеем укрепить союз с дризами и вместе противостоять тинголам!
– Нет, за него не пойду! Уж лучше сбегу к Атубатану, чтобы в последний раз увидеть Сигиря!
– Ты будешь противиться воле князя? Елизар, проведи княжну Милару в её горницу, да следи за ней во все очи. Отвечаешь за неё головой. Пусть отдохнет и подготовится к принесению брачных клятв, моей сестре давно пора осчастливить достойного мужа!
– Никуда я не пойду! Не сделаешь же ты меня пленницей в родном тереме, Ведимир?! Пустите меня! Я ненавижу Торика! Я не пойду за него, уж лучше в омут с головой, чем к дризам! Да опусти меня на землю, бесчестный воин! Я тебе не седло и не мешок муки…
К союзу с дризами князь Ведимир стал стремиться пуще прежнего. Он делился с друзьями планами по сбору войска, которое к осени двинулось бы на земли полоров. С реки Пенной доходили известия, что тинголы нынче были заняты унятием беспокойств в покоренном Хафезе, жители которого спустя год после завоевания все-таки подняли десятки очагов восстания по всей стране. Князь велесов не намеревался терять драгоценное время для ответного удара. Он лично писал послания князю Торику.
– Думаю, что Торик не будет против моего предложения: чем быстрее он приведет к Деряве тысячи дризов, тем быстрее наш союз скрепится брачными узами, - поведал Лансу свои замыслы Ведимир. – Еще мой отец договаривался с князем дризов о замужестве Милары, теперь ей придется смириться с этим...