Чтение онлайн

– Велесы всегда были честны с друзьями и врагами!

– Я думал только на западе так кичаться своей честью. Ведимир, враг коварен и хитер, у нас нет надежды на победу, если мы будем полагаться лишь на гралов. Иногда нужно самим падать, чтобы заполучить шансы на новый подъем, иначе нас растопчут.

– А ежели в Шафри не поверят этим словам? Я лишь нарушу обеты данные своим союзникам…

– Вот именно, Атуб не догадается, что гордые велесы решились приехать с прошениями, ежели находились бы в дружбе и мире с соседями. К тому же я смогу его убедить в своей правоте. Покуда я буду возле Атуба, тингол не воспротивится моей воле, - загадочно усмехнулся колдун.

– Твое предложение слишком хорошо и заманчиво, брат. Ты никогда меня не подводил с советами, - князь долго обдумывал ответ.
– Но только это посольство возглавлю я сам, чтобы у Атуба не возникло ни капли сомнения в словах князя велесов, которые он услышит из первых уст. А в Деряве с делами справится за это время князь Гайар.

Ланс согласно кивнул, принимая решение Ведимира о ставленнике на престоле, но желание сына Лиссы самому везти дань тинголам вызвало у него немалое удивление.

– Я знаю, что должен вернуть Сигиря, и если положу начало этому пути, то пройду по нему как князь, и как брат, - нахмурился Ведимир, осушив чарку терпкого вина.

Глава 5

ЗАПАДНЯ

Груженные сундуками и ящиками три открытые телеги, на которые были наброшены толстые холсты, со стороны походили на небольшой купеческий обоз. Лишь целая дюжина высоких статных молодцов, одетых в прочные кольчуги, с чешуйчатыми шлемами на головах наводила на мысли, что караван был не так беден, как хотел казаться издалека. И это не было излишним, охотников до чужого добра в землях униатах хватало всегда. Дружинники восседали на быстрых скакунах. Они мало, чем отличались друг от друга, лишь прислушивались не к богато наряженному купцу, а к одному из воинов отряда, по привычке величественно и уважительно называя его, несмотря на запреты, «Великий князь Ведимир».

В дороге минуло десяток дней, и посольство в восточные земли преодолело лесные края дризов, колеся по холмистым просторам улов. Небо было затянуто мрачными тучами, с которых на землю непрерывно лил холодный дождь.

– Что это за большая дорога, если её за день разнесло от ливней?!
– пробурчал Ведимир. Лошади под всадниками давно перешли на медленный шаг, в котором порой увязали по колено в жидкой грязи. Обоз тащился по зеленым лугам, превратившимся в болото. Кругом не виднелось ни одного поселения или пролеска, где можно было укрыться от непогоды. – Прозвали тракт Два Моста, как будто улы живут только лишь возле реки и встречают там путешественников, кто не увяз в этой трясине!

– Но, мой князь, вы же сами не пожелали оставаться в деревне, которую мы проезжали вчерашним днем, - слегка ядовито напомнил побратиму Ратмир. – А жители предупреждали, что до первого моста через Белу еще долгий путь по опасным местам. Зверье, болото да злые люди развелись тут в последнее время, ибо так до сих пор и не разрешили между собою споры улы и низы, кому надлежит охранять первый мост, что соединяет их границы.

– Эти униаты никогда не смогут договориться! – воскликнул Веди. – Но не оставаться же нам в поселке, где все дома и постоялые дворы заняты прочим бродячим людом, укрывшемся от дождя. Не ютиться же в грязных хлевах и сеновалах! Я уж думал, что гралы внемлили молитвам и приношениям сельчан, которые вышли в поля, где утопает рожь, а вода с утра вновь полила с неба как из ведра…

– Ваши гралы должны обладать огромной силой, если они умеют останавливать и вызывать столь долгие ливни, - заметил Ланс. – В Мории люди приписывают подобные деяния великому богу Морю, мало кто из морийцев осмеливается без почтения произносить его имя. В ваших землях я уже наслышался столь много о безликих гралах, что не ведаю, стоит ли им молиться или лучше пореже вспоминать их, дабы не призвать гнев духов на буйну голову, – колдун лукаво поглядел на спутников.

– Раньше у всех гралов были имена, люди знали их и всегда призывали в минуты горя и радости, - в беседу вступил Елизар, который также ехал в первых рядах всадников, медленно пробивавшихся вперед по черной жиже. – Но за прошедшие столетия вера людей в незримых помощников ослабла, их имена были позабыты. Среди северян, ныне зовущихся сиригами, распространилось поклонение новому божеству, тому, кто являл им будущее, а прочие племена слишком понадеялись на собственные силы, ибо был между ними заключен вечный союз, и жизнь долгое время в этих краях текла мирно и счастливо в трудах и заботах. А когда вступили в высокие терема новые правители, и начались новые раздоры и бедствия, взывания к гралам не помогли, так что наши предки, а вслед за ними и мы, стали жаловать духов лишь как соседей, что могут помочь, но не всегда желают это совершать. Гралы нам не боги, Ланс. Бог ведь никогда не покидает и не оставляет свой народ. Гралы могут помиловать лишь за что-то, это всего лишь своенравные божки, через раз решающие принять моление или остаться к нему глухими. Но такими стали и мы, - горько добавил кривлич, - ведь недаром души после смерти уходят в мир гралов, а потом возвращаются обратно в этот стареющий изменчивый мир.

– Я колдун и не нуждаюсь ни в каких богах, - уверенно заявил Ланс. – Молох из Деревни не раз говорил, что уверовать в них возможно только когда убедишься, что они делают нечто большее, чем сами колдуны. А ведь вызвать дождь или усилить ветер – это по силам некоторым из рода нелюдей,- он привлек к себе изумленные последними словами пары глаз и с усмешкой добавил: - Человеком меня уже нельзя назвать, а своего рода у колдунов нет, потому как, к сожалению, именно от человека мы рождаемся.

– Так почему ты не вернешь нам солнце, если приписываешь себе столько могущества, мориец? – вызывающе спросил Ратмир. – Не прими мои слова за обиду, в твоей храбрости и силе я успел убедиться, но если ты утверждаешь, что тебе, колдуну, доступно даже такое...

Ланс громко засмеялся:

– Пусть я колдун и чародей, но даже такие как я не в силах противостоять порой грозным явлениям, по причине их неотвратимости или по воле более яростного и мудрого соперника. Я смог бы вызвать такой ливень, но он пролился бы лишь на твою голову, Ратмир, - после этих слов мориец внимательно посмотрел на униата, собираясь применить чары, - но остановить разгулявшуюся стихию я не способен, как не имею знания, времени или умения задержать иногда собственные колдовские превращения.

На некоторое время показалось дождь затих, его непрестанная дробь по лужам умолкла, но спутники не успели обрадоваться доброму знамению, как яростный поток воды обрушился на одного из них. Ратмир и его конь вздрогнули от струи холодной воды, накатившей невероятным водопадом с неба на его шлем и кольчугу. А затем дождь вновь зашумел, с новой силой проливаясь на сырую уже насытившуюся влагой землю.

Своевольной выходке улыбнулся только колдун. Его товарищи не могли от удивления и поражения вымолвить ни слова. Они лишь усерднее стеганули по бокам лошадей, как новая неожиданность заставила потерять спокойствие. Яркая молния ударила посреди луга в нескольких шагах от отряда, а потом серое небо содрогнулось от раскатов грома. Все униаты, дружинники и кучера на козлах, мгновенно бросились ниц на землю, не взирая на то, что их тела и одежда окунулись в холодные лужи на размытом тракте. Ланс тоже спешился, хотя валяться в грязи ему совсем не хотелось. Гром уже отзвучал, и вскоре люди поднялись на ноги, при этом совершая непонятные для чуждого местным обычаям колдуна жесты.

– Жаль, нет соли, - пожаловался Ведимир. Князь одним из первых встал с земли, и, схватив в испачканные ладони комок грязи, швырнул его назад через правое плечо. – Соль больше приходится по вкусу гралам, когда следует защититься от небесного огня.

Вскоре воины вновь были готовы продолжить путь, но большинство лошадей, испуганных молнией и совсем изможденных на мокрой дороге, встали на дыбы и не желали слушаться хозяев, срываясь с поводьев, отвечая разъяренным ржанием и брыканием копыт.

– А с этим ты можешь что-то поделать? – пытаясь перекричать шум дождя, восклицал в сторону колдуна Ратмир.

– Я же не пастух и не коневод, чтобы управлять стадом. Пусть на что-то сгодятся и ваши гралы, - обрезал Ланс. Он знал, как опасаются униаты грозы, но о том, что сверкнувшая молния была неожиданным откликом на его колдовство, граф решил промолчать.

– А как же! Пора уже предложить им достойное угощение за погожее небо, - Елизар посмотрел на князя с загадочным выражением лица.