Чтение онлайн

— Прямо-таки божественное чуд…

Не договорил, как в нескольких сантиметрах от моего лица пронеслась огромная лапа.

Я отошел на самую большую дистанцию, которую позволяла взять комната, и метнул кинжал по епископу, голем защитил его, так как тот был его источником энергии.

Голем недолго стоял у хозяина, и бросился на меня. Я понял, что его мне не победить, и решил сконцентрироваться на епископе, но голем оставался проблемой.

Я бросил в него плащом, чтобы на время оставить его без зрения, но мой план был провальным, так как его глазами был хозяин.

Дымовая завеса была единственным выходом. Тем более, я был в лаборатории на размышления времени не было, поэтому я уклонившись от еще одной атаки, свалив все реагенты с одного из столов на пол. Что дало результат, комната заполнилась туманом с ужасным кислотным запахом, который прямо-таки разъедал глаза, и если у меня был такой эффект, то и на уродца оно подействовало так же. Я резко рванул на него и был прав, из-за тумана он не мог точно координировать действия голема.

Я уклонился от удара голема, и ударил кинжалом по горлу епископа. Он захлебнулся в собственной крови, но голема это не остановило, он начал бесконтрольно атаковать все без разбора.

Что говорило мне о том, что контролировал его Армус, а вот энергию он брал не от него. Не зря же девушки были прикованы, вот они-то и были источником энергии.

Я решил, что в первую очередь надо выбраться из комнаты, а голема оставить на рыцарей.

Сняв сапог, я бросил его в дальний угол комнаты, а сам ринулся к выходу.

Отрыв дверь, я побежал в сад, через который вошел, но там уже было несколько рыцарей, которых в обычных условиях я бы победил, но не когда надышался кислотными испарениями.

Я решил, что единственный шанс на то чтобы покинуть собор — это спрятаться и дождаться пока голем привлечет внимание рыцарей, чего долго ждать не пришлось. Уже через десять минут ожиданий, в покои архиепископа побежала куча латников.

Вернувшись ко входу в сад, я увидел нескольких послушников, которые убирали тела убитых мной стражей.

Я не обращая внимания, пробежал у них под носом, но они на мое удивление поклонились и поблагодарили меня.

Также, указали мне дорогу к запасному выходу из собора.

Покинув собор, меня так же покинули силы. Зайдя в переулок, я упал без сил. Тело не слушалось, испарения дали о себе знать.

***

Я проснулся от сухого кашля, и мысли что сейчас выкашляю легкие.

Но тут же мне дали выпить какую-то микстуру, от которой стало значительно легче.

Старик, в котором я узнал травника сухо заговорил.

— Наемник, который чтобы убить цель поднял народное восстание. Знаешь, если бы тебя притащила не Лия, я бы выбросил тебя, до того, как ты проснулся.

— Лия?

— Последняя девушка, которую собирались сжечь, и которую ты использовал в качестве катализатора для восстания.

— Я заплачу, в долгу не…, - фразу прервал кашель.

— Заплатишь, и не сомневаюсь, но не мне, а Лие. Ты в уплату долга выкупишь ее.

— Выкуплю, у кого?

— У таверны в которой она работает проституткой. Ее взяли туда еще маленькой, и в уплату долга продают ее мусору вроде тебя, а ей всего лишь семнадцать вся жизнь впереди.

— Если такова цена, то хорошо. А теперь расскажи, сколько времени прошло, с момента как я убил епископа?

— Уже неделя. Ты все время пролежал в горячке, думал ты не отойдешь, но то что ты вдыхал кислотные пары, значительно повредило легкие.

— И как ситуация на улицах?

— Успокоилась, когда люди узнали, что епископа убили, уже из столицы успел прибыть новый орден. Старый распустили. Всем взятым под стражу проституткам, и невинно осужденным церковью объявили амнистию, также назначили регента города.

— Событий на целый том исторических хроник произошло.

— Мне надо в городские конюшни, там моя награда. Сразу же заплачу выкуп за девушку, и покину город.

Травник рассмеялся.

— Ты, я думаю, и до нужника без одышки не дойдешь. Не говоря уже о том, чтобы уехать из города в такие морозы.

— Старый это уже не твоей головы беда… — и снова кашель.

Одевшись с приложением большой силы, я пришел в конюшню где стоял обещанный мне конь и деньги в сумках, сто двадцать золотых. Те, кто держат бордели неплохо живут, подумал я. Могу свой открыть, и начать вести спокойную жизнь. Но это уже в другой жизни.

Взяв деньги, я заплатив конюшему за пищу лошади и стойло еще на неделю.

Я отправился в таверну. Внутри было немного людей, чему я не удивился, на улице был белый день.

Подойдя к стойке где была та самая женщина, которая предлагала мне девушку, и она очень удивилась, увидев меня.

— Где моя сумка, которую я оставил в комнате?

— По правилам, если постоялец что-то оставил это становится собственностью заведения, — она улыбнулась, да так что захотелось выбить ей зубы.

— Я заплачу, — сдержался я, ибо выбить зубы выбью, а вот отбиться от стражи сомневаюсь, что выйдет.

Ехидно улыбнувшись, она пошла в кладовую, и вытащила мою сумку.

— Это ваше кажется?

Не ответив, я бросил золотой на стойку. Женщина вылупила глаза, будто увидела самого бога.

Но ее тут же отпустило, и она предложила постой в таверне.

— Постой меня не интересует, но другое что вы можете для меня сделать это привести хозяина.

— Для каких целей?

— Целей, которые не для твоих ушей, — и снова кашель. Срочно надо найти целителя подумалось мне. Но мои мысли прервал тощий человек, представившийся Лютером, владельцем таверны недолго думая он спросил.

— Для каких целей вы меня вызвали господин?

Я понял, что с ним дешево не сойдусь.

— Хочу выкупить одну из ваших рабынь, — ответил я максимально сухим голосом.

— И какую же из них?

— Лию.

— Лию значит? Это получится вам не дешево, я за нее много заплатил, — очевидно, соврал хозяин.

Ненавижу таких людей подумал я, они сделают все для того, чтобы выбить наибольшую цену.

— Назовите цену.

— Сорок золотых, все же она одна из лучших, — ответил он и улыбнулся так что захотелось дать ему по зубам, которых и без того не хватало.