Чтение онлайн

Кстати, семейная жизнь у неё тоже — наперекосяк. Кому охота иметь женой издёрганно-орущую очкастую фурию?!. Сменила нескольких мужей (от самого первого из них родила дочку, теперь уже — взрослую, студентку, наверняка мечтающую поскорее выйти замуж и зажить отдельно от скандальной мамаши)… Правда, с последним своим супругом каким-то образом общий язык она нащупала, живут уже вместе четвёртый год и всё не разводится, что для неё совсем не характерно… Может — подкаблучник какой-то попался, о которого можно каждодневно вытирать ноги, а может — наоборот, этакий супер-пупер, который сумел её прибрать к рукам и выдрессировать… Хотя я не могу себе представить, каким же образом ему бы это удалось?..

ЭКСПЕРТЫ-КРИМИНАЛИСТЫ

Из записок районного опера

…Во всех РОВД есть так называемый ЭКО — «экспертно-криминалистический отдел». О том, какова работа современных экспертов-криминалистов в реальности, а не в благодушно-розовых «милицейских» сериалах или в смутных, основанных на тех же сериалах и детективах представлениях обывателей, расскажу подробнее.

1. В СОСТАВЕ СОГ

…Допустим, обворовали квартиру. В прежние, проклято-тоталитарные времена каждый такой случай расценивался как ЧП, Немедленно на место событий выезжала следственно-оперативная группа в полном составе: следователь, опер, эксперт, помощник дежурного, водитель, кто-нибудь из райотделовского начальства. Сейчас же краж и прочих преступлений стало намного больше, а наличных средств и ресурсов у милиции — значительно поубавилось, равно как и желания ударно работать… Вот поэтому для начала на жалобные заявы граждан про бандитский налёт на их жилища вообще стараются не обращать внимание. Но если отвертеться от приёма заявления всё же не удалось, то на «отбомблённый» адрес хоть и не сразу после сигнала, а часа через два-три, но всё же выезжает (а зачастую ввиду отсутствия бензина — и просто выходит) СОГ в усечённом варианте. Это обязательно — следователь (кому-то же надо писать положенные в таких случаях для возбуждения уголовного дела бумажки — протокол осмотра места преступления, протоколы допросов пострадавших, свидетелей и подозреваемых), это непременно опер (не следаку же бегать по соседям и узнавать, кто чего видел или слышал, или просто случайно знает), ну и, наконец, это ещё и райотделовский эксперт-криминалист, задачи которого — тщательно осмотреть место преступления, на предмет поисков позволяющих уличить преступников следов и отпечатков, и должным образом зафиксировать то из обнаруженного, что представляет интерес для следствия.

По значению эксперт-криминалист — второй человек в СОГ после следователя, а по своим специфическим вопросам — и первый. Кто бы ни присутствовал на месте преступления из начальства (начРОВД, начгорУВД, начоблУВД или даже сам министр внутренних дел), эксперт имеет полное право приказать им не топтаться в комнатах, не следить и ни к чему не прикасаться, пока все потенциально доступные злоумышленнику предметы и поверхности не будут проверены на отпечатки пальцев.

Всё в комнатах перевёрнуто вверх дном, вещи распотрошены и разбросаны, мебель сдвинута и перевернута, в иных случаях домушники ещё и норовят нагло нагадить в центре каждой из обчищенных комнат, а ты, эксперт, будь добр часами (осмотр квартиры иногда длится и три, и четыре часа!) копаться во всём этом, — щупать, перебирать каждую фиговину руками, разглядывать, и не просто так, а с лупой и (если надо) фонариком, — нет ли на вещах и предметах чего-либо, хоть отдалённо напоминающего следы злодеев, и с каждого такого обнаруженного следа — снимать отпечатки. Перед этим у хозяев адреса и у всех, кто там присутствует, уточняется, кто чего перед этим касался, что и кем передвигалось в комнатах, и отпечатки их пальцев снимаются на дактилоскопическую плёнку. Понятно, зачем это делается — чтобы можно было среди различных обнаруженных отпечатков пальцев отличить пальчики «своих» от чужих, воровских. (Иногда, кстати, вором как раз кто-то из «своих» и является).

Отдавать свои отпечатки пальцев милиции людям куда труднее и неохотнее, чем кошелёк со всеми сбережениями — первому встречному жулику. Жертвы преступлений обычно вспоминают свои конституционные права, и кричат: «Я не жулик какой-нибудь, чтобы мои отпечатки пальцев хранились в милицейской картотеке! Без советов с адвокатом я на такое согласиться не могу!» А многие ведь и впрямь успели обзавестись личными юристами… чудики… Лучше уж не поскупились бы на бронированные двери и стальные решётки на окнах, тогда было бы 98 % гарантии, что и кражи никакой не случилось… Но что делать, приходится тратить время и доказывать таким, что ради их же интересов и стараемся, иногда — убеждаешь, а иногда — и нет…

2. ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ТОНКОСТИ

Само снятие отпечатков пальцев с предметов производится порошками из специальных химических компонентов. В зависимости от вещества (дерево, пластмасса, камень, стекло и т. д.) применяются порошки типа: «Топаз», «Малахит» и «Рубин». Берёшь шарик такого порошка специальной магнитной кисточкой и размазываешь ею по поверхности, изучая затем образовавшиеся узоры. Ну а отпечатки на металлической поверхности проявляются обыкновенной сажей. Выявленные отпечатки переснимаются специальной клеящейся лентой, а при её отсутствии — заурядным канцелярским скотчем. Отпечатки классифицируются по специально разработанной для таких случаев формуле и размножаются в 4-х экземплярах: для РОВД, горУВД, облУВД и столичного Главка МВД. Во всех этих инстанциях идёт проверка на предмет того, не мелькали ли уже подобные отпечатки в каком-либо из ранее совершённых преступлениях, и не снимались ли они у нашего подучётного элемента — ранее судимых, подследственных, арестованных, задержанных, привлекавшихся и т. д.

Кто при этих словах представляет себе равномерное гудение компьютера и склонившееся над дисплеем сосредоточенное лицо исследователя, тот сильно ошибается, во всяком случае — на уровне нашего РОВД. В нашенском ЭКО все отпечатки (десять тысяч — правой руки, и несколько тысяч — левой) хранятся в гигантском шкафу в папках, и в случае необходимости перебирать их приходится вручную, тратя на это кучу времени, да ещё без всякой гарантии, что в спешке и от усталости не пропустишь нужной карточки. Так какого-нибудь вора-рецидивиста Зубастого взяли бы за жабры на первой-второй кражонке, а так он ещё десяток хат отбомбит, вёдра чьих-то горючих слёз за своё утраченное имущество прольются гражданами, и всё — потому, что бедна нынешняя милиция как церковная мышь!..

Допустим, 2 тысячи долларов на приобретение более — менее приличного компьютера ЭКО ещё смог бы выбить из начальства, но где взять сто штук «зелени» на покупку необходимой для идентификации дактилоскопических отпечатков компьютерной программы?.. Так что мусолить пухлые папки с дактилокартами нашим экспертам — до скончания века!..

Время сохранения отпечатков на поверхности зависит во многом от окружающих условий. На улице при сырой погоде они могут сохраняться, к примеру, не более часа, а в квартире при постоянной температуре — и до года… Большинство всех выявляемых отпечатков к идентификации малопригодны из-за своей фрагментарности или смазанности. Опытный, матёрый бандит в чужую квартиру без перчаток не залезет, но, кстати, отпечатки на поверхности оставляют и перчатки. Округлые, неопределённой формы, с пупырышками — резиновые, и узорчато-клетчатые — тканевые.

Работа у экспертов-криминалистов не творческая, рутинная, пожалуй даже, что и скучноватая, не по душе многим. (Я в ЭКО ни за что не пошёл бы работать!). Высокий профессионализм проявляется здесь именно в тщательности осмотра, и ещё — в особом интуитивном чувству «угадывания», какое из направлений поиска надо выбрать в первую очередь, чтобы сэкономить силы и время на остальных. Ну и опыт, конечно… Допустим, обнаружен на полу след человеческой ступни большого размера. Начинающий эксперт воспримет это как данность: «Да, нога большая, ну и что?» А профи — мигом сообразит, что преступник был, скорее всего, очень высокого роста, и потому мог вполне оставить отпечатки пальцев и на высоте, недоступной для нормального человека. (С лестницей-стремянкой на дело обычно не ходят, и на табуретку без самой крайней необходимости не залазят, поэтому выше определённого уровня отпечатки обычно не проверяются). Проверил криминалист стены под самым потолком — точно, есть в двух местах случайно коснувшиеся их бандитские пальчики!..

Или другой пример. Вор залазил в квартиру через окно, стекла мокрые от дождя, кажется — ну какие на таком стекле могут быть следы?.. Новичок так и подумает, не станет заниматься оконным стеклом, а опытный человек — вынет стекло, занесёт в помещение, подождёт, пока оно высохнет, и зачастую — пригодные для идентификации отпечатки на нём находятся!..

Но, кроме опыта, знаний и интуиции, эксперту для результативной работы нужно ещё и желание, какие-то моральные и материальные стимулы, а где ж их взять, когда платят зарплату в ЭКО — нищенскую (у оперов она — мизер, а у экспертов-криминалистов — ещё на четверть меньше!), перспектив служебного роста без лохматой лапы и папы-генерала — ни малейших, должности — не престижные, звания — низкие (начинаешь с сержантского, и хорошо, если до пенсии успеешь дослужиться до «капитана»!)… Так чего стараться-то особенно?.. Вот зачастую и не стараются…

Скажем, по нормативу полагается с каждой обворованной квартиры снять не менее двух клеящихся лент с дактилоскопическими отпечатками. Но снимать их можно по разному, можно — все комнаты облазить в поисках подходящих следов, а можно взять с выпотрошенного вором комода обыкновенный будильник, и обе катушки с плёнкой израсходовать только на него. Дескать, показался он мне особенно подозрительным, и всё такое… Начальство потом, конечно же, вздрючит: «Лентяй!.. Бездельник!. Почему же ты мебель и стены не отрабатывал!..» Почему-почему… По качану!.. А почему зарплата — мизер, да и ту третий месяц уж не выплачиваете, педрилы?!.