Из записок районного опера
Шрифт:
3. НАПРАСНЫЕ ПОИСКИ
Теперь мы хотя бы точно знали, кого ищем. Сориентированные нами свидетели давали всё новые и новые приметы подозрительной парочки, мелькавшей в их подъезде во время каждой из очередных краж. Мы уже знали, что парню на вид — действительно лет тридцать, а вот его подружка хоть и казалась некоторым его ровесницей, но большинством свидетелей описывалась как намного моложе его, — лет двадцати — двадцати двух (потом мы узнали, что ей ещё меньше — лишь 19-ть). Оба — высокие, причём она — не худощава, а скорее — среднего телосложения, можно даже сказать — крупного… Одеты в плащи и куртки. У парня — голос с хрипотцей, девушка — крашенная блондинка. Больше сказать о них никто из свидетелей не мог. Наш специалист по описаниям составил фоторобот, но, как неоднократно доказывала практика, собственную тёщу — и ту разыскать по такому приблизительному портрету затруднительно…
Дни ползли, шагали, летели один за другим. Прочее ворьё тоже не дремало — лезло в квартиры косяками, и чуть позднее исправно нами вылавливалось. Но неуловимость именно этой парочки у оперов уже была в печёнках.
Собрали в РОВД ранее судимых за квартирные кражи и освободившихся из мест заключения в последние 12 месяцев, — таких в районе оказалось около 60-ти. Крепко поговорили с каждым. Тех, кто не представил надёжное алиби, или просто показался нам подозрительными — побеседовали по жёсткому варианту… Пусто!..
Из горУВД приезжали опера из «линии» по квартирным кражам, — сидели, советовались, шуршали бумажками, по «территории» походили… Ничего!..
Поактивничай наша парочка ещё месяц-два в том же духе, и сумей потом слинять не разоблачённой — такой валун краж — = «висяков» на головы начРОВД и начрайугро свалился бы, что удержаться на своих местах они смогли б, лишь привинтив себя к ним шурупами… И с удвоенной яростью они накидывались на нас, а мы уж и не бегали, а прямо — таки летали по «территории»!..
После той пятилетней Наташеньки они ещё какое-то время осторожничали, бомбили только те хаты, где на звонок открывали слабые на вид женщины или пенсионеры. Обязательно уточнялось перед этим, нет ли дома кого-либо ещё… Но потом они стали нагло ломиться вообще к любым жильцам.
Угрозыск угрюмо дивился резко возросшей агрессивности их разбойничьей тактики. Вначале нож у горла хозяина держал Ромео, в то время как его дама лихорадочно шарила по ящикам и загашникам в поисках ценностей. Но потом они сообразили, что на быстрый осмотр громоздкого интерьера с последующей упаковкой понравившегося барахлишка требуется грубая мужская сила, тогда как острую финку у гортани спокойно может подержать и нежная девичья ручка… С того момента началась вообще неслыханное в анналах РОВД: она держала хозяев под лезвием, а он — собирал добычу!..
…Поздним вечером Ромео и Джульетта вломились на квартиру почтенной супружеской пары Никулиных. «Откройте, пожалуйста, мы из горгаза!», а когда те открыли — загнали хозяев в ванную, и пока Ромео шарил по сокровищницам и сусекам семейства, его подружка с финкой дежурила на пороге ванной, дабы перепуганные супруги не орали и не стучали в стены и потолок… Впрочем, глава семейства, очень почтенного вида, из заслуженных гидростроителей, от ужаса даже обмочился, и парализовано застыл у стены. Зато его моложавая супруга (товаровед по специальности) хоть и тряслась за свою жизнь и здоровье супруга, но при этом внимательно ощупывала глазками фигуру разбойницы, и потом во время беседы с операми сообщила прямо-таки сенсационную и довольно пикантную подробность: Джульетта была… беременной!.. По её примерной оценке — на 6-м месяце…
4. ЛОЖНЫЙ СЛЕД
Каждое утро, дежурно бросив двести грамм на грудь, на поиски неуловимой парочки среди прочих участковых отправлялся капитан Тадыбердыев. Начальник РОВД пригрозил ему недавно, что если до конца квартала капитан самолично не выловит дуэт домушников, то перейдёт на работу в ЖЭК, дворником. То же самое начРОВД говорил каждому из участковых по отдельности, и все восприняли это как обычный для начальства юморной дебилизм. Лишь один Тадыбердыев, приняв всё всерьёз, испугался. Идти в дворники ему не хотелось!..
Вот и решилл он энергично поискать концы… С утра прочёсывал «территорию» вдоль и поперёк, отлавливая всевозможных алкашей, нарколыжников, недавно освободившихся (их издали можно узнать по землистому цвету лица, а также по привычке разговаривать, сидя на корточках), а так же и просто тех, у кого — «подозрительнвя морда!»…
Волок в РОВД, и, запершись в кабинете, легонько поколачивал, время от времени повторяя: «Говори всю правду, а не то хуже будет!»
А поскольку от первых же ударов рёбра его собеседников начинали ощутимо потрескивать, то многие из них и рады б поскорее расколоться, и всё поведать, да вот беда: хитрый участок никому не говорил, что же конкретно его интересует! Вовсю шифровался, справедливо полагая, что если наткнётся на действительно в чём-либо повинного, и будет бить его по нарастающей и безостановочно, то рано или поздно тот и сам во всём сознается… Но если сказать прямо, что именно ментуру интересует, то тогда возможен самооговор, — трать потом время попусту на проверку, с последующим опровержением…
В общем, от страха и боли кололись многие и на многое, начиная с хранения наркоты, и кончая кражонками всевозможных сортов и калибров…
Но все эти исповеди мрачный участок неизменно отвергал (точнее — брал на заметку со словами: «В другой раз сгодится…»), назидательно тыча сухоньким, но жёстким кулачком в очередную закровянившуюся харю, и приговаривая: «Нет, ты мне в с ю правду скажи… В с ю!.. Понимаешь?..»
Ну и однажды дождался: очередная уродуемая им личность, чуя треск собственных костей, и справедливо опасаясь, что при таком раскладе не дожить ей до окончательной победы капитализма в нашей стране, завопила: «Ой, не надо!.. Всё скажу!.. Знаю… знаю одного парня!.. Сенька Богодухов, из 45-го дома по улице Монтажников! Он, вдвоём с подружкой, хаты бомбят одну за другой, точняк!..»
И о чудо!.. Только что ничего не слышавший и не слушавший, равномерно наносящий свои удары участковый вдруг словно бы споткнулся… Остановил занесённый было для нанесения очередной затрещины кулачок… Затем и вовсе опустил его, пригасив зловещий блеск в полуобезумевших глазищах… Вместо тигриного рычания и невнятных угроз — вполне по-людски, очень даже спокойно поинтересовался: «Чё ты там насчёт домушника с подругой тёр?.. Ну-ка, базарь дальше…»
Раскрасневшиеся кулаки, впрочем, далеко от допрашиваемого не убирал, намекая, что если тот кинет сейчас п у с т ы ш к у, то месяц реанимации с пожизненной группой инвалидности впоследствии — самое меньшее, что ждёт болтуна за злостный обман органов…
Но информация оказалась важной и точной…
Спустя сутки Сенька Бог (погоняло — от фамилии) был схвачен на своём адресе поджидавшей его засадой, и на первом же допросе — дал правдивые показания относительно своей преступной деятельности в последние месяцы. Да — бомбил хаты… Да — помогала ему в этом Дианка Ручникова, кликуха. Рукавичка. Стояла на шухере, помогала вынести добычу, сбывала её потом на рынке… Но — никаких разбойных нападений, никаких ножиков у горла, никакой беременности… И от силы — пяток эпизодов… Не то!.. Ложный след!
5. ИСТИННЫЙ СЛЕД
И вот однажды, где-то в половине шестого вечера, решил я в очередной раз прошвырнуться по притонам, начав с квартиры Клавки Рябенковой, кликуха «Жаренная». Тварь среднего пошиба, втихую приторговывает краденым, варит ш и р л о…Подошёл к обшарпанной двери, но решил сразу не ломиться, а постоять и послушать, что в квартире творится. Сперва ничего не было слышно, потом донеслось приглушенное: «Бу-бу-бу…» Не иначе как Жаренная очередного клиента выпроваживает!.. Удачно. Не вслепую на притон ломишься, а с прицелом застукать наркушу с дозой!..