Чтение онлайн

Так и ходишь ежедневно на адреса к намеченным на изъятие нарколыжникам, регулярно принюхиваясь около их дверей, дожидаясь, когда наконец-то запахнет «дурью»…

Недостатки метода: ждать приходится порой очень долго, да и «варить» могут лишь глубокой ночью, когда порядочные люди, включая и оперов, беспробудно дрыхнут, а не по чужим подъездам со шмыгающими носярами шастают… К тому же далеко не все наркоманы — «варщики», многие ведь — не умеют, а у прочих — условий подходящих нет… В основном годится этот способ лишь как массовый, для профилактической работы с широкой наркоманской общественностью, когда регулярно посещаешь все «нарко-адреса», отлавливаешь зарвавшихся и наказываешь… Когда же надо посадить кого-то конкретно, да ещё и в сжатые сроки — приходится прибегать к более радикальным методам.

Таким, как третий вариант — использовать осведомителей. Это когда купил наркоман «дурь» и по наивности проболтался об этом своему лучшему другу, который, оказавшись моим стукачом, тут же просигнализировал мне: у, допустим, того же Рыжего — полный «фанфырик» товара!.. Мигом делаем налёт на квартиру Рыжего, находим отраву, половину отдаём осведомителю как плату за информацию, а оставшееся — вносим в протокол на изъятие… Недостатки метода: Рыжий может оказаться не болтливым, или же сообщить о покупке «ширла» кому угодно, кроме моего агента, или же, наконец, пока сексот доберётся до меня, и пока я раскачаюсь и нагряну с визитом на адрес, свою «дурь» Рыжий запросто может исколоть или перепродать кому-то, и я опять-таки останусь с носом…

Так вот, гарантию того, что дело будет сделано быстро и верно, может дать только последний, четвёртый из вариантов — п о д с т а в а.

Обычно при нём тоже используется агентурная сеть, с применением различных оперативных комбинаций. Вот одна из любимых мною: агент приходит к тому же Рыжему в гости и угощает его «ширкой», а через пять минут после его ухода к Рыжему врываются группой оперативники… Или такой вариант, ещё более популярный среди оперативников: заявляется к Рыжему его давний приятель с безупречно — нарколыжной биографией, и просит о небольшом одолжении: достал-де он «соломы» и хочет «разварить» «ширло», но у себя на хате не может, тёща гундосить начнёт, или же соседи, как они уж не раз грозились, учуют запах и звякнут в ментуру… Так вот, приятель этот хочет «варить» своё пойло на адресе у Рыжего, а в качестве платы — отдаст ему энную часть конечного продукта, скажем — четверть или чуть больше… Ну а чё Рыжий?.. С радостью согласился!.. В назначенный день и час мой агент приходит к Рыжему, и начинает «кулинарить», а потом в самый напряжённый момент «варки» дверь слетает с петель, и ворвавшиеся в квартиру менты начинают вопить как недорезанные: «Стоять!.. Милиция!. Все лицом к стене, быстро!» И хозяин, и гость застывают на месте с поднятыми руками. Варящаяся на плите отрава — у всех на виду, осталось только звать из соседних квартир понятых и оформлять всё как положено. Потом — волокём «сладкую парочку» в РОВД…

И вот тут начинается самое интересное. Под нашим напором Рыжий вынужден признать, что находящееся в процессе переработки нарковещество принадлежит… ему!.. Да-да, именно ему, потому как скажи он, что это гость принёс «солому», а Рыжий лишь предоставил ему свою жилплощадь для «варки», и мы вмиг пришьём хозяину квартиры статью «содержание наркопритона», причём ответственность за неё — больше, чем если б «ширка» принадлежала одному Рыжему… И получается в итоге, что его приятель как бы лишь случайно зашёл в гости за минутку до нашего визита, оказавшись невольным свидетелем изготовления «дури»… Рыжий выбирает из двух зол меньшее, понимая, что его загнали в глухой угол, и разница только в том, отсидит ли он теперь год-полтора или же два-три года…

И, главное, даже своего гостя заподозрить ему не в чем, тот же не виноват, что менты не вовремя на адресе Рыжего появились!.. Наоборот, это гость вправе сделать Рыжему предъяву: «Почему не предупредил, козлина, что опера около твоего адреса пасутся — я б куда-нибудь в другое место двинул… Из-за тебя столько «соломы» пропало!..»

Провокация, скажете вы?.. Отвечаю: самая обыкновенная ментовская п о д с т а в а. А вы думали, милиция с преступниками в белых перчатках войну ведёт?.. Ага… Меньше фильмов про сыщиков смотреть надо, там вам такого покажут!..

Главное требование к врывающимся на наркоманский адрес: быстрота и натиск!.. Если стучать в дверь и ждать, пока тебе откроют, то, во-первых, могут и вовсе не открыть, и, во-вторых, в считанные минуты, если не секунды, начисто уничтожаются все следы присутствия наркотиков в квартире: «ширку» выливают в унитаз, мешок с «соломкой» — опорожняют в окно. Поди докажи потом, что разбросанная ветром по окрестностям маковая соломка имеет какое-то отношение к хозяевам данного адреса!.. А если в квартире находится какой-нибудь отморозок с больной психикой, то он может успеть достать нож или обрез, — только нам и не хватало на вооружённое сопротивление нарваться…

4. НАРКОМАНЫ СРЕДИ ОПЕРОВ

Интересный вопрос: употребляют ли наркотики опера?.. Отвечу категорически: нет!..

Что с водкой мы корешимся, хлобыщем винцо и пузатимся пивом — это да, такое сплошь и рядом, даже совсем конченных алкоголиков в угро — сколько угодно, а вот с наркотой — шалишь, не балуемся… Хотя и сталкиваемся с нею практически каждый день, и у каждого опера есть где-либо укромная нычка с запасами «дури» на случай оперативной надобности. Казалось бы — только и колись в такой обстановке!..

Но ведь в понимании типичного сотрудника уголовного розыска, насмотревшегося на всевозможные деяния и преступления нарколыжников, любая наркоманская морда — это тварь, подонок, нелюдь, недочеловек… Души подобных — изуродованы, лица — омерзительны…Вся практика общения с ними свидетельствует, что наркоману — любому!!! — нельзя ни в чём верить, уважать наркомана — невозможно, любить его — безумие… При первой же возможности, почуяв в человеке слабину, практически каждый наркоман предаст лучшего друга, продаст по дешёвке родную мать, ограбит любимую, а если любимая разорётся и пообещает обратиться в милицию — запросто прирежет, спихнет в яму и закопает, ещё и на могилку потом помочится… Это — с одной стороны.

С другой — бесправен, запуган, унижен жизнью и властями наркоманский гнилушный люд. Боится он державы и её представителей, потому и беспомощен перед ними. Наркомана можно совершенно безнаказанно обругать, оскорбить, ударить, отполировать по-чёрному, бросить (без особой нужды, а так — для одной лишь профилактики) на несколько часов в райотделовский «обезьянник», а если расстараться — то и в ИВС на несколько дней, или же на несколько месяцев — в СИЗО, а то и на несколько лет — в «зону»… И всё он воспримет как должное, и всему будет рад, и к тебе завсегда — с уважением (а иначе ведь и в зубы от тебя схлопочет!).

В любом случившемся на моей «земле» тяжком преступлении без очевидных фигурантов наркоманы — первые подозреваемые, их пачками свозят со всей территории в райотдел и допрашивают по усиленной программе. Пусть даже потом всех придётся отпустить за невиновностью, но сколько перед этим они намучаются!.. И это ведь — тоже лишь для профилактики, не про все их вины мы узнаём своевременно, некоторые и вовсе остаются навсегда вне поля нашего внимания, вот пусть профилактические побои «за это» станут как бы наказанием и «за то»…

А если найти подлинного преступника так и не удастся, а под рукой оказывается какая-либо наркушная харя с подходящими для данной цели данными, то спокойненько вешаешь делюгу на него, ибо на суде — не отмажется (нет у подавляющего большинства денег на приличного адвоката), и по жизни подленькой своей «зоны» он так и так давно уж заслужил, просто до сих пор ни на чем с поличным поймать его не удавалось… Среди осуждённых наркоманов невиновных — нет, уверен в этом на все сто. А просто некоторые осуждены не за те преступления, которые они в действительности совершили, а формально — за другое, ими не содеянное… Ну и что?..