Чтение онлайн

— Зачем он вообще пошел туда, в квартиру Анатолия? — спросила Глафира. От горячего супа ей стало жарко. А еще, может, от нервного возбуждения у нее, как ей показалось, даже поднялась температура.

— Сказал, что ему просто надоело сидеть в четырех стенах гостиницы, а города он не знал… В записной книжке был адрес Толи, вот он и пошел туда. Ах да, еще он сказал, что брезговал гостиничным душем, хотел нормально, в человеческих условиях, помыться. Ну, и надеялся, что застанет Толю у него дома.

— Что было потом?

— Он решил вернуться и поговорить с ней еще раз. Но девочки дома не было. Он поджидал ее около дома, потом решил прогуляться по парку в надежде увидеть ее, когда она будет возвращаться домой.

— Анатолий его не искал?

— Юра отключил свой телефон.

— Что произошло в парке? Он встретился с ней?

— Да. Но только, когда она увидела его, с ней случилась истерика. Она сказала, что посадит его. И все расскажет отцу. Она плакала. Говорила, что у нее все болит. Она собирается пойти в больницу, чтобы ей провели экспертизу. Сказала, что деньги ее не интересуют. Она швырнула их ему в лицо… Сказала, что все расскажет отцу… Ах да, я это уже говорила.

Она кричала. В парке голоса раздаются далеко… Он попытался зажать ей рот руками, а она продолжала издавать дикие звуки, кричала, а потом, как он мне сказал, он почувствовал под ладонями ее тонкое горло… И она затихла. Совсем. Он хотел, чтобы она просто замолчала, а сам — убил ее, понимаете?!

Тамара Васильевна повернулась к Глафире. Пожала плечами, развела руками — мол, что можно тут поделать? Слезы градом катились по ее бледным щекам.

— Затем он вернулся, — проговорила она, утирая обильные слезы, — вернулся в гостиницу. Потом туда явился Толя, они поехали в какой-то ресторан, где и пили всю ночь за новорожденного Толиного сына. А на следующий день за ними вернулся самолет…

— Экспертиза показала, что Полина была изнасилована родственником… Мы думали, что это сделал ее отец. И полотенце, которым вытирался Анатолий, когда заезжал домой помыться, тоже указывало на его присутствие в квартире…

— Толя?!

— Да, ДНК указывало на Анатолия… Если бы он немного задержался дома, ваш Юра застал бы его… И ничего бы не произошло. И если бы Анатолий сообщил своей дочери, что он в городе, тоже ничего не было бы. Она знала бы, что он рядом и сможет защитить ее. К тому же, знай она, что отец где-то рядом, разве позволила бы она себе так напиться и отдаться взрослому дяде?

— Маленькая дурочка, — поежилась Тамара Васильевна.

— Скажите, Тамара Васильевна, где сейчас ваш муж?

— Юра-то? Да вон он, там, у себя… — и она небрежно махнула рукой в сторону двери, ведущую в одну из комнат большой квартиры. — Не бойтесь, Глафира… Господи, какое же у вас красивое имя… Не бойтесь, он вам ничего не сделает…

Юрий Заточный, в домашнем халате, лежал в спальне, на полу. Словно бы спал. На столике стоял раскрытый ноутбук.

— Инфаркт. Или инсульт, я в этом не разбираюсь… Он ждал какого-то важного разговора по скайпу, кажется, в одиннадцать часов, и вдруг раздался грохот… Я вхожу, а он уже лежит. Мертвый.

— Разговор?

— Ну да. Когда он рассказал мне все, вернувшись из Крыма домой, в Москву, я сказала, что помогу ему. Он страдал. Ему было очень плохо. У него лицо сперва было серым, а потом — стало очень красным… Потом он зашел ко мне на кухню, я как раз поставила вариться курицу, устроился прямо на полу, возле моих ног, и принялся целовать мои колени. Я знаю, говорил он, что мне нет прощения. Потом сказал, что у него сеанс, телемост, как он любил шутить, говоря про скайп… В одиннадцать. И примерно в это время все и случилось… Он упал. Умер мгновенно. Господи! Завтра из Греции возвращается дочь с внуками… Что я им скажу?!

— Вы врача вызывали?

— Нет…

В дверь позвонили. Глафира вздрогнула. Для Дениса Васильева, коллеги, которого она вызвала из отпуска, было еще рано.

— Я открою… Спокойно!

Тамара Васильевна открыл дверь, и Глаша увидела Дениса. Тот обвел взглядом пространство вокруг себя, словно проверяя, прощупывая его на опасность.

— Я прямо из аэропорта… Собирался лететь в Хорватию, у меня и путевка на руках… Все в порядке?

Глафира всем своим видом показала, что все нормально, спокойно. Вот уж, воистину, он самый надежный человек в мире!

— Молодой человек, хотите куриной лапши? — Тамара Васильевна подошла к Денису и взяла из его рук зонт. — Идите мыть руки. А я согрею вам суп…

— Так почему же вы не вызвали врача? — Глафира повторила вопрос, потрясенная всем, что она узнала.

— Да потому, дорогая моя, — ответила женщина, — что мне до сих пор кажется: вот сейчас раздастся звонок и Юра вернется с работы… А кто лежит там, на полу… Я не знаю. Я больше ничего не знаю.

Вероника варила кофе в кухне, когда в дверях появился умытый бодрый Виктор.

— Какие планы? В больницу едем? За Денисом?

— Ну да… Проходи, Вик, выпьем кофе.

— Макс дома?

— Нет, он уже ушел в школу. Садись, что ты стоишь, как неродной? Надеюсь, ты хорошо спал? Немного успокоился?

— Не надо Дениса, — сказал он каким-то странным голосом.

— В смысле?..

Он сел. Вероника разлила кофе по чашкам.

— Ты что-то сказал про Дениса?

— Да, — сказал он неуверенно, придвигая чашку с кофе. — Я сказал: не надо Дениса. Ты не ослышалась.

— Не поняла. Почему не надо-то?

— Ты ничего не знаешь, Вероника. А я знаю все.

Она нахмурилась. Еще не оправившись от ревности к бывшей жене Дениса, к Кате, она не была готова услышать еще что-нибудь страшное.

— Говори нормально… Что ты знаешь?

— Я знаю, кто пытался его убить.

— Знаешь?! — Она медленно повернула голову. — И… кто же?!

— Ты же в курсе, что камеры видеонаблюдения не зафиксировали никого, кроме Макса и бывшей жены Дениса. Хотя они вообще тут ни при чем. Просто так сложились обстоятельства, что они побывали у него в тот роковой вечер.

— Виктор… — Она почувствовала, как кровь отлила от лица. — Говори, что ты знаешь?!

— Камеры никого не зафиксировали, потому что этот человек пришел к Денису еще утром. Но дом большой, люди утром так и сновали туда-сюда… И еще. Камеры установлены таким образом, что далеко не всегда можно увидеть лицо человека…

— Виктор, ты пугаешь меня…

— Я понимаю, ты переживаешь, ты вся на нервах и успокоишься, как тебе кажется, лишь в тот момент, когда Денис вернется к тебе. Но это ошибка. Он не вернется к тебе.