Чтение онлайн

— Землепашцев все равно во много раз больше, — напомнил Аббан.

Джардир кивнул:

— Возможно, но к тому времени даже лучшие из северных слабаков не смогут противостоять ха’шарумам, не говоря уже о даль’шарумах.

— Сколько воинов мы оставим защищать Копье Пустыни? — спросил Ашан.

— Ни одного.

Все удивленно посмотрели на Джардира, даже Инэвера.

— Ты заберешь всех? — переспросил Альэверак. — Кто же будет охранять город?

— Не только всех воинов, Дамаджи. Вообще всех. Мы оставим Солнечный Край позади. Все мы. Даже старики. Даже больные и калеки. Все мужчины и женщины, городские и сельские жители. Мы покинем Копье Пустыни и запрем за собой ворота. Пусть несокрушимые стены защищают город от алагай, пока мы не вернем его себе.

Глаза Альэверака загорелись фанатичным огнем.

— Избавитель, это опасный план, — предостерег Ашан. — Наша армия будет ползти, хотя должна передвигаться молниеносно.

— Поначалу — возможно, — согласился Джардир. — Но нам нужно удерживать зеленые земли, которые мы завоюем, и не тратить на это войска. Эверам поселил хаффитов в Солнечном Краю, как и нас. В зеленых землях хаффит, который чтит законы Эведжаха, окажется намного выше чина. Пусть они оседают следом и удерживают для Эверама землю, по которой маршируют шарумы.

Джардир заметил, что Инэвера рассеянно теребит мешочек с алагай хора. Она наверняка бросится задергивать занавеси, как только аудиенция закончится, но Джардир не сомневался, что кости подтвердят его правоту. Все в нем пело от осознания верности выбранного пути, и даже Аббан одобрительно кивнул.

— Когда ты скажешь остальным Дамаджи? — спросил Ашан.

— Не раньше чем мы будем готовы выступить. У Энкаджи и остальных не будет времени возразить. Мы должны закрыть великие ворота до того, как Дамаджи соберутся с мыслями.

— И куда мы отправимся? — спросил Аббан. — В Форт Райзон?

Джардир покачал головой:

— Сначала в Анох-Сан. Потом в зеленые земли.

— Ты нашел затерянный город? — спросил Аббан.

Джардир махнул рукой на стол, заваленный картами:

— На самом деле он никогда не терялся. В Шарик Хора все это время хранились подробные карты. Мы просто перестали его посещать после Возвращения.

— Невероятно, — произнес Аббан.

Джардир взглянул на него:

— Я другого не понимаю — как его отыскал Пар’чин? Бродить по пустыне можно целую вечность. Похоже, ему помогли. К кому он мог обратиться за помощью?

Аббан пожал плечами:

— На базаре десятки купцов якобы продают карты пути в Анох-Сан.

— Мошенники, — фыркнул Джардир.

— Очевидно, не все.

Джардир знал, что толстому хаффиту было не труднее балансировать на грани правды и лжи, чем дышать.

— Инэвера, — наконец сказал он, вскинув Копье Каджи. — Все, что происходит, творится по воле Эверама.

Глава 11. Анох-Сан. 332 П. В

Рассветный оазис был прекрасен. Меченые монолиты из песчаника защищали мягкую зеленую траву, фруктовые деревья и озерцо с чистой свежей водой, которое питала та же подземная река, что и Копье Пустыни. Под одним из монолитов в ала была вырезана лестница, которая вела в подземную камеру, освещаемую факелами, где можно было бросить сети и наловить рыбы.

Это был небольшой оазис. Порой здесь останавливались торговые караваны, намного чаще — одинокие вестники. Прокормить величайшую армию, какую мир видел впервые за много столетий, он, разумеется, не мог.

Полчища Джардира набросились на оазис, как саранча, раскинув вокруг монолитов тысячи шатров и палаток. Еще не все красийцы успели прибыть, а фрукты уже оборвали, деревья порубили на дрова. Скот подъел и вытоптал траву. Тысячи людей вымыли ноги и наполнили бурдюки в озерце, оставив после себя вонючую илистую лужу. В подземной камере забросили сети, но богатой по меркам каравана добычи не хватило даже на то, чтобы заморить червячка.

— Избавитель. — Аббан приблизился к Джардиру, осматривающему лагерь. — Я нашел кое-что достойное твоего внимания.

Джардир кивнул, и Аббан отвел его к большому блоку песчаника, изрезанному письменами. Какие-то линии едва виднелись, стертые временем, другие были четкими и свежими. Одни выглядели грубыми царапинами, другие — изысканными завитками. Все надписи были вырезаны нелепыми буквами северян, с которыми Джардир почти не был знаком.

— Что это? — спросил он.

— Отметки вестников, Избавитель. Весь оазис исписан именами вестников, которые останавливались в нем по пути в Копье Пустыни.

Джардир пожал плечами:

— Ну и что?

Аббан указал на большой кусок камня, изрезанный изящными завитками. Джардир оценил красоту букв, хотя прочесть их не смог.

— Здесь написано: «Арлен Тюк из Тиббетс-Брука», — прочел Аббан.

— Пар’чин, — произнес Джардир.

Аббан кивнул.

— Что еще здесь написано?

— «Ученик вестника Коба из Милна, вестник герцогов, известный в Красии как Пар’чин, верный друг Ахмана Джардира, шарум ка Копья Пустыни».

Аббан умолк, чтобы подчеркнуть значение своих слов, и Джардир поморщился.

— Читай дальше, — проворчал он.

— «Я побывал во всех пяти сохранившихся фортах, — Аббан указал на названия городов, помеченные обращенным вверх наконечником копья, — и почти во всех известных деревушках Тесы».

Аббан указал на более длинный список с десятками наименований.

— Те, что помечены наконечником копья, обращенным вниз, — руины, которые он посетил.

Купец указал на другой длинный список.

— Пар’чин не терял времени даром за пределами Копья Пустыни. Здесь отмечены даже красийские руины.

— Неужели?

— Пар’чин вечно искал на базаре легенды и карты.

Джардир снова посмотрел на список:

— А Баха кад’Эверам здесь есть?

Аббан ответил не сразу, и Джардир повернулся к хаффиту.

— Я не стану спрашивать дважды. Если пленный чин переведет мне надпись и я узнаю, что ты мне солгал…

— Есть, — признался Аббан.

Джардир кивнул.

— Выходит, Аббан наложил-таки лапу на остатки горшков Дравази…

Тот промолчал, но Джардир и не ждал ответа.

— Что написано здесь? — Джардир указал на надпись крупными буквами в конце списка, хотя и сам догадывался.

— Это последнее место, которое Пар’чин посетил перед Копьем Пустыни.

— Анох-Сан.

Аббан кивнул.

— Другие купцы умеют читать на языке северян?

Аббан пожал плечами:

— Возможно.

— Пусть этот камень раздробят в песок! — рыкнул Джардир.

— Чтобы никто не узнал, что Шар’Дама Ка идет по следу мертвого чина?

Джардир швырнул Аббана на землю. Толстый хаффит вытер кровь с губ, но без обычного нытья и жалобных криков. Их взгляды сошлись, и гнев немедленно покинул Джардира, сменившись стыдом. Он отвернулся. Перед ним простирался широкий след, оставленный в песке змеей армии. Не наступил ли кто-нибудь на занесенные песком кости его друга?