Избрание
Шрифт:
Сам Алавия не рискнул бы этим заниматься, не имей он прикрытия со стороны своего господина, Джанелло.
Пока были похищены лишь женщины, по званию не выше супруги или дочери графов, однако многие аристократы Ромлеи опасаются что если их вице-король станет императором, то подобные «продажи женщин на балах» могут коснуться уже всех без разбора — возраста и положения, женщин, а некоторые из паникёров, даже пугали рыцарей Ромлеи рассказами и о похищенных мужчинах, для утех особо испорченных восточных правителей…
Дезидерий глубоко вздохнул: он собирался в случае чего делать ставку именно на Джанелло, как на будущего императора, однако их личные встречи и данные от его агентов — доказывали что это могла быть очень большая ошибка и данного, практически неуправляемого, человека, невозможно было полноценно контролировать.
Далее выступали агенты Дезидерия с информацией про первого министра Гарданы, Поллиона — который являлся «тайным Старшим друидом» и по слухам, неоднократно ел, на ритуальных закалываниях на столах в «круге камней» — мясо юных девственных жертв, запивая его специальными настойками, на грибах и травах.
Проскакивала информация, что Поллион готовит большую встречу всех друидов и их сторонников в столице, и возможно, если их на это спровоцировать — можно будет устроить облаву на друидов инквизиции, вместе с имперскими гвардейцами и Поллиону тогда точно несдобровать!
Услышав последнее предложение, главный имперский министр вначале с улыбкой покачал головой, но обдумав его получше, решил что это очень даже возможно и план вполне реализуем: то что Поллион друид — это уже не вызывало никаких сомнений. Осталось убедить его и иных друидов в столице, а они здесь были и во множестве: не только как лекари, при уже покойном императоре, но и скрытые, тайные — почти со времён основания самого полиса, даже когда победил культ Солнца всё равно случались скандалы, когда выясняли что некоторые из жрецов, в храмах Светила — являлись тайными почитателями религии «Древ и камней».
Итак: если спровоцировать массовую встречу друидов в столице и устроить облаву на данное собрание — можно пристрелить, из арбалетов убийц Поллиона, «в спешке схватки» и тогда… Тогда пьяница и дурак Борелл оставался без своего первого министра и фактической няньки. Роль, на которую вполне мог претендовать, в дальнейшем, сам Дезидерий.
— Как мило бы всё сложилось… — мечтал про себя «престолодержатель», — ромлеянского идиота Джанелло оставим лекарям и инквизиторам, а мне следует выполнять при Борелле ту же роль, что сейчас играет Поллион: править за него и не подпускать других к общению с императором, пока тот веселится на пирах и охотах. Вот это было просто чудесно…
Начал выступать Сандро, агент министра в Кельрике. По его словам выходило, что сам Великий инквизитор Корсо особо ничем не выделяется: умерен в еде, питье и с женщинами, не любит дворцы и предпочитает роскоши хорошие книги или свою работу… Но! Даже умерший император обвинял его в излишнем рвении на поприще судов и казней, и это можно использовать: обвинив Корсо в самозабвенном фанатизме и излишней жестокости. Поверхностных, скорых на жесточайшие наказания, бесчестных судах и частых лютых расправах с инакомыслящими. В том числе и праведными достойными солнцепоклонниками, которые чем его прогневали случайно.
Рассказывать людям в подробностях о массовых казнях в Кельрике и говорить что подобная дикость вернётся и сюда, в столицу империи и вообще, абсолютно во все исконно имперские земли. Подобное способно напугать даже самых смелых из слушателей.
Ещё немного поговорили о добыче новых сведений и дальнейших провокациях против министров наследников.
Обсудили суммы для тайной выдаче мятежным Амазонии и Урдии, что бы те как можно скорее могли начать формировать свои всё новые боевые отряды и укреплять бастиды, перед возможным походом имперцев на них.
Агенты объяснили какие именно письма желательно заказать в мастерской Брейхеля и как им их следовало передать, с какими паролями и сопровождением в виде гонцов или охраны.
Ближе к трём часам пополудни все распрощались и третий секретарь Дезидерия, Рикульф, тайно вывел всех его агентов прочь из императорского дворца, заодно сообщив хозяину что «нужный слуга, для успеяния дела вашей личной стражи — уже прибыл и его экипируют на малой летней кухне одного из павильонов, при постройках для прислуги».
«Престолодержатель» улыбнулся. Это была вторая, из трёх частей, его сегодняшнего, в меру сложного плана действий и возможно — самая главная.
Ему пора было обзаводиться собственной боевой дружиной, способной оказать сопротивление попыткам запугать министра со стороны боевиков наследников и небольшая провокация, в имперском дворце, которую он тщательно готовил и разрабатывал, с помощью своих доверенных слуг — должна была ему в этом помочь.
Дезидерию следовало как можно скорее пройти в парк, при главном входе и подождать слугу, о котором сообщал ему ранее его секретарь Рикульф…
Потом, после короткой встречи с данным человеком — начать в спешном порядке формировать собственную охрану, из заранее вызванных из провинций обедневших имперских рыцарей и сержантов, ветеранов многочисленных походов умершего правителя.
Раз императора сейчас пока что нет — не следовало спрашивать его личного разрешения на создание подобного отряда и можно было обзавестись своим собственным подразделением личных телохранителей, в обход людей и соответственно, глаз и ушей, начстражи имперской гвардии Магинария Имерия.
Подобная скрытность и защищённость, в период яростных придворных интриг — являлась основной задачей для каждого, из участников заговоров или скрытых переговоров.
Дезидерий коротко яростно взмолился к Солнцу, что бы ближайшая встреча с данным «слугой» прошла удачно и глубоко вздохнув — направился в небольшой, в меру заброшенный парк при императорском дворце. Ибо уже точно никто не мог сказать когда его полностью убирали или следили за ним. Парк, что занимал слегка одичавшие, от пренебрежения, территории, примыкавшие к северо-западной части императорского дворца.
На стенах и многочисленных переходах дворца и пристроек стояли посты охраны на дежурстве — состоявшие из дворцовой императорской гвардейской стражи, однако в самом одичавшем парке, а не на его окраинах, близ ворот или калиток через которые пропускали людей — никого из них не было.
Когда Дезидерий добрался до середины открытой поляны, видимой со всех сторон постам дежуривших дворцовых гвардейцев стражников, его доверенный секретарь Рикульф, только что приглашавший министра в парк и сейчас удачно спрятавшийся в огромных, выше человеческого роста, кустах, указал на спину главного имперского министра какому то человеку в зелёном плаще и голубых штанах, и тихо произнёс: «Он! Как договаривались: три быстрых коротких удара в спину или живот, лишь туда! Потом, сразу же бросай кинжал ему под ноги и беги прочь со всех ног, к замшелой старой каменной арке, что прямо возле выгребных ям в парке. Давай! Действуй! Завали этого хряка и получи награду!»