Чтение онлайн

К сожалению, от идеи выбраться через лоджию, пришлось отказаться. Быстрый осмотр показал, что балконная стена снаружи не имеет выступов или рельефов. А еще под ним нет никаких построек. То есть, если я хочу выйти наружу так, мне придется или спускаться по канату, или прыгать на головы жителям, которые теперь снова занялись привычной им суетой.

Сбежать так тайно точно не получится. Ну, это еще если я не убьюсь насмерть от прыжка со второго этажа. Покалечусь-то уж точно.

Но был еще один вариант. Смутный, непонятный и очень рискованный. Не очень веря в то, что он получится, я вернулась на лоджию и подошла к одной из боковых стен, около которой стояло всего пара огромных вазонов с алыми цветами, похожими на пионы. Стройной девушке легко можно было обойти эти вазоны, не сдвигая их.

Одна из причин, почему Нарисса приносила мне клятву здесь, а не в спальне, была в том, что выход из тайного хода, которым мы пришли с детской комнаты, вел именно сюда – на лоджию. И творить магию здесь ей было просто быстрее.

Думаю, такое расположение тайника было продумано специально. Ведь сюда можно было сбежать от недоброжелателя, ворвавшегося в замок снизу, так, чтобы он подумал, что добыча выпрыгнула с окна. А на деле же – она спряталась внутри замка.

И если я была права, открываться проход должен был очень быстро. Изнутри для этого достаточно было просто нажать на рычаг, замаскированный под держатель для фонаря. А снаружи?

Нужный камень, нажав на который, я услышала характерный звук срабатывающегося механизма, нашелся тогда, когда я уже морально была готова признать идею провальной. «Кнопка» оказалась у самого пола. И это был самый маленький камень в стене. Случайно задеть его было нельзя. А вот специально надавить – запросто.

И когда от повторного нажатия на саму стену я почувствовала, как та легко поддается, наконец-то открываясь, моему счастью не было предела. Но только до тех пор, пока передо мной не оказался черный зев потайного хода, лишь у самого входа, освещенного светом, проникающим сейчас с лоджии. Да забытый одинокий фонарь, висящий чуть поодаль, горел слабым желтоватым огоньком.

Ну и куда теперь идти? Особенно там, внутри.

Сперва я думала, что разберусь, как только открою эту дверь. А теперь чувствую себя очень глупой. Там же целый лабиринт коридоров! Темных, холодных и каменных.

Да и не встречу ли я в этой темноте кого-нибудь жуткого, типо хартов? Нарисса ведь говорила, что они могут напасть в лесу даже днем. Хотя в замке их и ночью-то не было. Но откуда я знаю, почему и что это была за магия?

Так что, оказавшись в шаге от желанного, я нерешительно замираю. И что же делать-то?

Дэрек

– А тут мило, – скучающе замечает Одар, опускаясь в одно из глубоких кресел и окидывая равнодушным взглядом темноватую обстановку кабинета. – По меркам моды аниров, наверное, даже роскошно. Но, все равно, согласись, настоящее богатство не в дереве и коже. А в металле и магии.

– Им и не нужно столько металла и магии, сколько нам, – бросаю в тон ему, следя за кузеном краем глаза и делая вид, что мне безумно интересны корешки книг, выставленные на полках.

Просто упускать из вида Одара нельзя. Особенно когда он вот так показательно безразличен. Я слишком хорошо знаю его, чтобы не сомневаться: для него происходящее со мной – прелюбопытнейший спектакль. Единственное, чего никак не могу понять: он просто развлекается за мой счет или все-таки приложил к этому свою расчетливую когтистую лапу?

Вот то, что именно он стоит за тем, что отец отправил меня на Отбор я даже не сомневаюсь. Но зачем я там, если отец сам в числе женихов? Хотя ответ знаю. Он хочет увеличить шансы на то, что некая великая сила достанется нашей семьей. А быть отцом Повелителя Мира ведь ничуть не хуже, чем быть самим Повелителем, да?

Но мне достаточно того, что есть у меня, и эта сила мне не нужна. Титул тоже не имеет значения. Какой от него прок ученому? Как и от войны, которая тянется так давно, что никто уже не помнит, с чего все началось.

Я вообще не понимаю, какой в ней смысл. Благо, не только я. За последние годы между нашими странами всего-то было стычек пять-шесть. И то, правящие шаны устроили показательные драки на определение сильнейшего – и разошлись в разные стороны, пусть не очень целыми, но вполне живыми.

Думаю, еще несколько лет, и война стихнет сама собой. Хотя бы потому, что харты давно стали куда более важной проблемой, чем алчный интерес правителя соседнего государства. Да и нет уже давно ни у кого этого интереса. Границы так или иначе определены, торговые связи проложены.

И тут это нелепое Пророчество! Откуда оно только взялось?

С одной стороны, я ему даже немного рад. Появится тот, кому никто ничего не сможет противопоставить – и воевать дальше точно не будет смысла. Он сможет решить оставшиеся между шанами претензии, распределит ресурсы мира… С другой: единоличное правление и ответственность за все, в сочетании с полной безнаказанностью, – звучит пугающе. Если такой шан ошибется хоть в чем-то, наш мир окончательно исчезнет.

Слишком глобальная фигура. Его силу все равно надо будет как-то сдерживать и ограничивать. А лучше – направить на борьбу с хартами.

Только вот способ получения этой силы вызывает оторопь. Правда, отец не видит ничего особенного в том, что уготовано невестам. Но разве можно придумать что-то более подлое? Меня мутит от того, что, возможно, придется сделать это. Но, к счастью, не только меня. Думаю, именно поэтому Совет решил, что выжившие девушки действительно станут женами тем из нас, кого выберут, несмотря на их настоящий потенциал и силы. Но разве это – равноценный обмен?

Так что я надеялся на то, что среди невест не будет ни одной, которая решит обратить на меня внимание. И собирался приложить к этому усилия.

Но насколько ужасным я должен быть, чтобы та, для которой стать женой шана – высокая честь, сказала бы, что я ей противен? А если она, к тому же, каким-то образом умудрилась оказаться связанной со мной Долгом Жизни?

Ведь пока Нарисса мне должна, я в ответе за ее жизнь. И даже могу решать, что ей есть и пить. Не говоря уж о том, за кого выходить замуж и выходить ли вообще.

Но хоть у кого-нибудь, кроме шанов и шанни раньше возникали такие связи? Неужели эта анирэ настолько магически сильна? Или она в родстве с кем-то из правящих домов? Только как же она тогда могла не справиться с воздушным элементалем?

Еще сбивало с толка то, что печатью я обзавелся пока спал. Чего просто не бывает. Нет, ну серьезно! Не могла же связь появиться из-за какого-то кошмара? Да и в том самом сне девушку звали по-другому.

Все это даже мысленно звучит неправдоподобно. Только вот печать вполне реальна. С самого утра жгла руку, пока я не проявил ее. А после – привела сюда.