Чтение онлайн

– И все равно не понимаю, причем тут Макс. Он же не шан. Вроде бы.

– Нет. Он обычный анир. Такой же, как я, только рангом повыше. А магия подчинения, как я уже сказал, бывает разный. Плетение, запертое в этом сагиме закрывает от любой. И так как я давал клятву быть верным аниру Шаррэну, но при этом оставаясь верным собственной алие, то, чтобы я выполнил приказ, противный моей сути, ему пришлось бы подчинять меня. А это невозможно, пока у меня сагим. Понимаешь?

– Кажется… Но что мешает снять сагим и тогда наколдовать на тебя все, что нужно?

– То, что снять сагим может только тот, кто его надел.

– Круто... Но разве помогая мне сейчас ты не нарушаешь клятву, данную Максу?

– Нет. Я не делаю ничего, чтобы шло против моей алие и его приказов. Мне приказали не выпускать тебя из этой комнаты и следить, чтобы с тобой все было хорошо. Как видишь, я выполняю приказ. Да и если бы я нарушил клятву, магия уже отомстила бы мне.

– Как?

– Очень больно. Поверь. И это бы все увидели и поняли.

– Ясно… А что такое алие? И не знаешь, где мне взять такой же сагим для себя?

– Алие – это суть. Не знаю, как тебе объяснить… Это то, что отличает нас от животных.

– Душа?

– Душа? Странное слово. Может быть. Я не знаю. Ну пусть будет – душа. А сагим возьми мой. Повесь на шею под одежду, или куда-то еще, где бы его не видели. Никому не показывай и храни его. Только запомни, чары истончаются, если они активны.

– То есть, его нельзя открывать? – уточнила, сразу же делая, как сказал Саар и проверяя, что медальон надежно скрыт под лифом платья и в узком вырезе горловины случайно не мелькнет серебряная цепочка.

– Нет. Открывать можно. Но каждый раз, когда кто-то попытается тебя подчинить, плетение будет тускнеть. А когда магия исчезнет полностью, сагим нужно напитать заново.

– Чем?

– Сырой магией. Плетение-то никуда не денется.

– Знать бы еще, как это делается…

– Отдашь мне, – пожал плечами Саар, одеваясь. – Как я понял, в тебе нет магии.

– Кажется, нет, – сомневаясь в этом, но так и не решаясь рассказать о странном «телевизоре» из собственной тени, согласилась я. – Спасибо. Огромное. Но зачем ты помогаешь мне? И как ты будешь без него?

– За меня не переживай. А зачем помогаю?..

Страж выпрямился в полный рост, оправил на себе одежду.

– Затем, что, то, что ты рассказала – невозможно. Такого не бывает! Людей не ведут из других миров. И что это за ритуал? Впервые вообще слышу про такую магию. Но за весь рассказ ты ни разу не соврала мне. Чары, что сейчас раскинуты здесь, выдадут твою ложь любому, с кем они соединены. А соединены они со мной и владелицей замка. Так что я понял бы, что ты солгала. Получается, ты говорила правду... Но при этом все это просто невозможно! Тебя здесь быть не должно!

– Но, как видишь, вот она я.

– Вижу. И очень хочу знать, зачем? Ты знаешь?

– Ну-у, – немного путаюсь, не зная, стоит ли рассказывать Саару столько обо мне. Но он выслушал меня и только что подарил мне защиту, которая поможет сохранить волю! Так что я честно призналась: – Чтобы заменить Нариссу на Отборе и вылететь с него.

– Только Избранных невест больше шанов, которые будут на Отборе в числе женихов. Чтобы не стать женой одного из них, нужно просто никого на этом на этом Отборе не выбрать. Никто не заставит Избранную выйти замуж за шана против ее воли.

Вот ведь!

– И что? Получается, меня обманули?

– Да.

Обдумать эту мысль не успеваю: за дверью в комнату вдруг раздаются решительные шаги и через мгновение в спальню входит ее хозяйка. Перекошенное лицо, в глазах сверкают белые искры не то от злобы, не то от магии, губы плотно сжаты, прическа слегка растрепана. Нарисса быстро находит нас взглядом, удивленно дергает бровями, явно не ожидая увидеть такую картину, и прищуривается.

Саар невозмутимо церемонно кланяется, быстро стрельнув в мою сторону глазами. Да понятное дело, что мне нужно сейчас быть очень осторожной. Я же со всей доступной грацией встаю с кровати, не желая предстать перед двойником в слабой позиции.

– Ты? – ледяным тоном обращается Нарисса к Саару. – Что тут делаешь?

– Успокаивал анирэ. Она расстроилась из-за того, что ей нельзя выходить отсюда.

– Расстроилась, значит, – Нарисса змеей приближается к нам. Я смотрю на нее в упор, не чувствуя страха. Только ярость. Никогда не думала раньше, что так сильно возненавижу кого-то с таким же лицом, как у меня. Но теперь не знаю даже, как буду смотреться в зеркало без отвращения. – И как именно она расстроилась?

– Разбила руку об дверь, анирэ, – отвечает Саар, кивая в сторону двери, где на светлом полотне действительно темнеет окровавленный след моей ладони.

Нарисса даже не смотрит туда. Она гипнотизирует нас, как удав добычу.

– Успокоил? Возвращайся наружу. А ты… Хартово отродье… С тобой мы сейчас поговорим.

Хартово отродье? Какая прелесть!

– Поговорим, – делаю шаг вперед сразу же, как только за Сааром закрывается дверь. Нет, я могла ответить ей и при нем. Саар-то меня только что видел в куда худшем состоянии. Но подставлять стража перед «начальством» не хочу. Не стоит ей знать о его помощи. Он мой первый добровольный союзник в этом мире! Дракон не в счет, с ним не совсем понятно. Но создавать Саару проблемы точно не хочу. Да и его сагим теперь у меня. И хоть он сказал, чтобы я за него не волновалась, кто знает, что Нарисса и ее бой-френд сделают с парнем, беззащитным перед чарами подчинения.

И все равно своим ответом я сильно удивляю Нариссу. Кажется, она ждала от меня другого. И пока она теряется, продолжаю:

– Только о чем «поговорим»? Может, о том, что вы прячете меня, как постыдный секретик? Или о том, что с вами будет, если обо мне все-таки узнают те, кто не должны? Те старцы, например. Как их… Советники? Или шаны, перед которыми вы трясетесь от страха.

Нарисса захлебывается воздухом, как рыба, выброшенная на берег. Остатки маски снежной королевы слетают, как иней, крошась нам под ноги серебристыми искрами, срывающимися с кончиков ее пальцев.

Она готова приложить меня магией. Это точно. Наверное, мне все-таки должно быть от этого страшно. Но лимит страха давно исчерпан, а доверия к двойнику больше нет. Она мой враг – понимаю и принимаю это окончательно. И танцевать под ее дудку я не намерена!

– Ты будешь последней курицей, если выдашь себя хоть кому-то! – рычит Нарисса, надвигаясь стеной. – Тогда не видать тебе своего мира! Да и тут жизни не будет! Тебя казнят!

Звучит убедительно и отвратительно. О чем-то таком я и предполагала. Да только: