Чтение онлайн

Анализировать, что только что произошло, как я тут оказалась и что вообще происходит, некогда. Все мысли и правильные взвешенные решения – после. Сейчас нет ничего важнее того, чтобы спасти шана.

Если его еще можно спасти.

Быстро подползаю к нему. Плевать, как это выглядит со стороны. Некому сейчас смотреть – кроме нас тут не души. Спешно вспоминаю признаки смерти и правила первой помощи. Так, надо проверить сердцебиение, дыхание и зрачки. Если человек без сознания, последние могут не среагировать на свет. Значит, только пульс и дыхание. И нужно срочно остановить кровотечение!

Следующие пару секунд трачу на то, чтобы точно быть уверенной, травмы шеи нет и никаких жутких переломов не вижу. Рассечение затылка? С него пытались снять скальп? Или что?

Оставляю и эти вопросы на потом. Пока же зажимаю рану куском безжалостно оторванного от нижней юбки подола – белый лен тут же становится темно-красным, напитываясь чужой кровью. * (От автора: Способ определения признаков жизни и прием оказания первой помощи здесь и далее описаны с художественной условностью, хоть и основаны на реальных. Рассматриваться, как инструкция, не могут!)

Спешу проверить дыхание и пульс мужчины: моя щека около его полураскрытого рта, пальцы на сонной артерии…

Секунда-другая-третья...

И вот – тиски, все это время сдавливающие мое сердце, слабнут. Дэрек пока еще жив! Его грудная клетка медленно вздымается, пульс, хоть и ужасно слабый, но есть, а мою щеку едва-едва согревает чужой выдох.

И я выдыхаю вместе с ним, чувствуя, как по щекам текут соленые слезы.

Согласившись на предложение Макса принять участие в выездной игре, я, конечно, тронулась умом. Но не окончательно. Да, тогда я бы пошла за ним хоть на край света. Виноваты в этом были чары и зелья. Но думать-то я не разучилась! Поэтому кроме его программы «подготовки будущей Избранной», прошла еще и свою. И кто же знал, что пригодится!

Но рано радоваться. Надо спасать жизнь одного типа дальше. Если оставить все как есть, он все равно, судя по всему, умрет прямо у меня на руках. Шикарная перспектива! Очень хочу ее избежать.

Каким-то диким образом соорудив давящую повязку у него на голове из другого куска ткани, оторванного от стремительно теряющей нормальный вид нижней юбки, пробую снова кого-то позвать на помощь. Но и в комнатах шана, оказавшихся, кстати, просто огромными в сравнении с моей спальней, входящая система на двери реагирует красными огоньками.

Да чтоб вас!

Разозлившись не на шутку, я еще раз внимательно оглядываю помещение. А вдруг что найду? И, заметив накрытый к ужину стол, к которому Дэрек, кажется, даже не успел притронуться, я все-таки придумываю кое-что.

Раз у них еда и напитки для элиты зачарованы так, чтобы съевший это человек даже после бессонной ночи чувствовал себя прекрасно, то, возможно, они и с лечением ран как-то помогут? По логике ведь должны, если у их магии, конечно, есть логика. Но, как говорится, пока не сделаю, не узнаю. А других вариантов-то и нет!

Попробовав воду из графина и убедившись, что она на вкус похожа на что-то, что лучше назвать нектаром, пропитанным ароматами цветочного луга и летнего солнца, чем простой водой, решительно приступаю к лечебным процедурам. Хотя со стороны это выглядит так, что я просто медленно и осторожно обливаю Дэреку голову.

Первые две секунды это кажется дикой нелепостью! Но как только рана на затылке Дэрека начинает медленно затягиваться, черный туман, кружащийся рядом по комнате, снова уверенно принимает облик дракона, который тут же садится рядом и больше не скулит, а сам шан, закашлявшись, подает явные признаки жизни, я больше не считаю это глупостью. Да я вообще гений!

И так думаю ровно до той минуты, пока Дэрек окончательно не приходит в себя.

– What are you doing? – хрипит он, хватая за руку. Стальная прохладная ладонь сжимается на моем тонком запястье, словно кандалы. И по коже тут же волнами разбегаются мурашки: вроде даже приятно, но дернуться все равно нельзя. А уж взгляд зеленых глаз и вовсе прожигает насквозь. * (англ: «Что ты делаешь?»)

– Nothing. I'm saving your life, – отвечаю с легкой улыбкой чуть раньше, чем понимаю, что мы почему-то говорим на английском. И, судя по вытаращенным тут же глазам шана, кстати, совершенно человеческим, с обычными зрачками темно-графитового цвета, мой ответ почему-то его удивляет. * (англ: «Ничего. Я спасаю твою жизнь»)

– What? – переспрашивает он, присаживаясь, но не отпуская меня. А после – со скоростью света начинает сыпать вопросами, которые я уже просто не могу разобрать. Все-таки английский я знаю не настолько хорошо. * (англ: «Что?»)

– Подожди! – перебиваю, пытаясь аккуратно высвободить руку и поставить кувшин с остатками воды на пол. – Не так быстро. Может поговорим на русском? Ой! То есть… На киннатском? Или как это называется?..

– Как-э-то-на-зы-ва-ет-ся? – по слогам тянет Дэрек с хорошо знакомым мягким акцентом. Но зато мужчина наконец-то отпускает меня, позволяя встать с затекших ног.

Делаю это и оправляю смявшуюся и местами заляпанную его кровью верхнюю юбку. Да, это платье уже ничто не спасет!

Все мои действия провожаются прицелом очень и очень странного взгляда: словно я что-то диковинное и неправильное. И это очень напрягает меня!

– Так что?.. Поговорим? – нарушаю затянувшееся молчание первой.

– Поговорим, – соглашается шан, вставая следом и осматривая комнату и себя. Лужа крови на полу, сейчас еще щедро разбавленная «живой водой», и валяющиеся в ней куски когда-то белой льняной ткани, ему точно не нравятся. На своего дракона, сидящего на попе и изображающего милое домашнее животное, не понимающее, чего хозяева ссорятся, Дэрек и вовсе смотрит с огромным подозрением прежде, чем наконец-то возвращается взглядом ко мне: – Ты пыталась меня убить? Зачем?

– Чего?! – давлюсь воздухом и теряю остатки сострадания к мужчине, который хоть и остается мокрым, помятым и только-что-почти-убитым, но уже не выглядит ни смешным, ни нуждающимся в моей помощи. – С дуба рухнул? Я же сказала, я тебя спасала!

– Спасала? Я не успел войти в комнату, как сработали чары! И никого, кроме меня и тебя здесь нет! Ты следила за мной и напала из-за того, что я узнал твой секрет, да?

– Офигеть логика! И какой секрет? О чем ты вообще говоришь?

– О Тьме в твоих глазах! Это ведь из-за нее моя тень не нападает на тебя, да? Ты подчинила его как-то, чтоб убить меня!

– Что? Нет! Он привел меня сюда! Потому что он умнее тебя! Это же надо, такое придумать? Что бы я!.. Да...

Я хочу добавить что-то еще. Много чего. Но напротив вижу настолько перекошенное от злобы лицо, что силы во мне заканчиваются.

С самой первой секунды в этом мире я в постоянном напряжении. Но этот вечер побил все рекорды, стал бесконечным и вымотал окончательно... Я ведь не каждый раз перед сном спасаю чью-то жизнь! Только я не железная.

И пока Дэрек в ответ отвечает что-то резкое, колкое и такое же идиотское, как и предыдущие фразы, уже не слушаю его. В огромных хоромах, выделенных под комнаты шана, которых тут не три, как у меня, а пять, много разной мебели. И я просто иду к стоящему в углу симпатичному светло-кремовому кожаному диванчику и усаживаюсь на него. На самом деле, почти падаю, забыв сделать это красиво, как полагается анирэ. Да только плевать на все.