Чтение онлайн

Одар это никак не комментирует и не мешает мне. Дождавшись, пока я закончу маневры, что-то снова чарует на панели пальцами выводя какие-то узоры. Стекло капсулы медленно светлеет, показывая просто нереальный панорамный обзор мира вокруг, бескрайнего неба и огроменного замка под нами. И у меня в легких от восторга сразу же заканчивается воздух. Потрясающе!

– Ну что, – слышу снова слегка веселый голос где-то над собой, возвращающий в реальность, – куда летим?

– А мне обязательно выбирать?

– На самом деле нет. Но будущая жена шана должна хоть немного разбираться в наших обычаях. Вы, рунни, я заметил, вообще ничего не знаете, да?

Закусываю губу. И вот что мне ему на это ответить? Извините, Одар, я тут случайно оказалась и стать женой шана не планирую? Тем более, вашей? Что-то подсказывает, этот ответ он сочтет за грубость. А грубить мужчине, оказавшись вот в такой ситуации, как я сейчас – точно плохая идея. Мне бы для начала спуститься на землю!

– Никто не был заинтересован в том, чтобы я прошла это испытание, – нахожу более нейтральный ответ. – Поэтому, да, я ничего не знаю. Но, может, вы, Одар, расскажите мне хоть что-нибудь?

Окончание про «раз уж вы сегодня мой покровитель» так и висит в воздухе. Но этого я точно не скажу. Больно уж эти слова похожи на флирт.

– Хорошо, – но все-таки слышу в голосе сверху улыбку. – Но тогда и маршрут выбираю я, – категорично заявляет Одар и тут же по панели мото-космолета пробегают красные всполохи.

И машина или, что вернее, летный магический артефакт, плавно и легко, по-шмелиному гудя, двигается с места. А после – сворачивает куда-то в сторону, оставляя позади не только замок, но и мои несмелые надежды на то, что это все ненадолго.

Летим молча. Под руками Одара панель время от времени оживает новыми красными искрами. Но понять, как оно управляется, и как шан вообще ориентируется в небе, я никак не могу. Ведь над нами не видно даже звезд, чтобы хоть по ним маршрут сверять! Мы буквально окружены облаками!

Но Одару они, судя по всему, не нужны. Он просто летит куда-то, и я рядом с ним. И раз от разу мое сердце с трепетом замирает, когда под нами в очередном просвете пышных облаков мелькают изумрудные поля и леса, или блестят зеркала озер и рек. Правда, никаких городов или поселений не вижу. Где бы мы теперь не летели, люди здесь, кажется, не живут: слишком много дикой первозданной природы.

Мир внизу кажется игрушечным. Но если, летя на «тарелке», я все-таки боялась высоты, то сейчас этого не было. Что ж, не спроста тут так надежно закрепляют пассажиров! Да и капсула прекрасно защищает не только от ветра.

Возможно, доверяй я Одару, мне было бы даже весело. Но сейчас, как ни стараюсь, наслаждаться полетом в полной мере не могу. А чехарда мыслей в голове не дает покоя.

Они самые разные. Начиная от тех, каким был бы этот полет, управляй машиной Дэрек. И от этой идеи меня бросает в жар и трепет.

Но лишь на мгновение. Ведь я понятия не имею, жив ли Дэрек вообще. И от этого меня прошибает холодный пот. Только бы с ним все было хорошо!

Вдруг пока я спала, воевала со служанками и гуляла с Одаром по парку, убийца предпринял еще одну попытку? Более успешную, чем ночную. И тогда, получается, я зря надеюсь не только на новую встречу, но и на хоть какую-то помощь мне.

Последняя мысль вселяет ужас, от которого сердце колоколом бьется об ребра. Чтобы успокоить себя хоть немного, возвращаюсь к разговору с Одаром:

– Так вы расскажете, что обещали? – напоминаю ему, и мне плевать, насколько это дерзко сейчас звучит.

– Конечно. Но сперва кое-что покажу. Терпения, рунни, мы уже почти прилетели, – соглашается Одар, направляя мото-космолет в темное и плотное облако. И когда мы на полном ходу рассекаем эту тучу пополам, вижу самую необычную картину, которую когда-либо видела в жизни. А ведь я думала, что больше этому миру меня нечем удивить!

– Что это? – спрашиваю пораженно, позабыв даже о дыхании.

– Город шанов, – нарочито-небрежно замечает Одар, явно удовлетворенный произведенным впечатлением. – И я предлагаю прогуляться по нему.

С этими словами он направляет мото-космолет к ближайшей площадке, похожей на ту, с которой мы стартовали, только гораздо меньшую по размеру и круглой формы. И я, обомлевшая от восторга, с удивлением рассматриваю все вокруг, пока опускаемся на нее.

Назвать это место городом мне сложно. Скорее, это просто огромное количество висящих в воздухе замков. Или парящих? Не знаю, как правильно, потому что до этого видела что-то подобное только однажды: Парящий Остров, на котором проходит Отбор, точно такой же, хоть замок, стоящий на нем, выглядит куда проще этих.

Если тот – всего лишь высоченный готический собор, то дома шанов выглядят так, словно над ними чудил какой-то сумасшедший архитектор. И он сперва построил на земле много-много разных крепостей, ничуть не стесняясь в формах и дав волю безграничной фантазии. А после – выдернул их все вместе с кусками скал, лесов и озер, с обитающими в них птицами и животными, и поднял ввысь на самую разную высоту.

А уже потом, прямо в небе, на других чуть более мелких островках достраивал к этим крепостям причудливые башенки, парки и площадки с фонтами, статуями, круглыми беседками и тем, что Одар назвал полигоном, а я бы назвала космостоянкой.

И к этим пристройкам от замков вели причудливые мосты-лестницы: полукруглые и витиеватые. Они были не то высечены из камня, не то сделаны из дерева. Или же вовсе – из какого-то иномирного материала. Их резные бортики были достаточно высокими, чтобы там можно было идти и не бояться за свою жизнь. Но, благодаря резьбе, любоваться видом они ничуть не мешали.

От той космостоянки, на которую опустились мы, в разные стороны уходили сразу два таких моста. Каждый из них, насколько мне хватало обзора, уводил причудливую дорожку-лестницу все дальше и дальше – к другим площадкам.

Сами же замки занимали собой весь горизонт, скрываясь среди облаков и вися вокруг нас, кажется, со всех сторон. Их так много, что я даже не могу сосчитать, сколько. И это впечатляет.

– Здесь живут все шаны? – спрашиваю, стоит только оказаться ногами на земле.

– Да, – с интересом, с каким рассматриваю все вокруг, Одар рассматривает меня. И я снова чувствую себя под его взглядом странно. Но сейчас куда больше меня волнует совсем другое.

– Прям все-все?

– Совершенно. Это наш Город. Кроме нас тут живут только наши семьи и слуги.