Чтение онлайн

— Великая Аранха, помоги нам, — прошептала Ариэна, обхватив спящего Тамрана за плечи.

У неё даже дух захватило от восторга, когда она, держа его в объятиях, медленно выплыла в распахнутое окно, а потом взмыла над плоской черепичной крышей, сверкающей в лунном свете, словно рыбья чешуя. Внизу кто-то вскрикнул — не то испуганно, не то удивлённо. Кто — она не видела. Узкие тёмные улицы остались где-то далеко. Впереди была мерцающая звёздами бездна, и Ариэна падала в неё, сжимая в объятиях своего спящего возлюбленного, уже дважды ею спасённого и совершенно безразличного — и к ней, и вообще ко всему на свете. Он не проснулся, но тоже обхватил её руками и прижался к ней — крепко-крепко, как ребёнок которому снится страшный сон. Всё это действительно походило на удивительный сон — звёздное небо, ветер и стремительный, захватывающий полёт в неизвестность. Ариэна не знала, сколько он длился. Она предпочла бы, чтобы он не кончался никогда.

И всё же ощущение реальности постепенно возвращалось. Ариэна вдруг почувствовала усталость и холод. Звёзды гасли одна за другой, небо побледнело и казалось прозрачным, а тьма как будто опустилась вниз и застыла там, превратившись в густую непроницаемо-чёрную массу. Ариэна поняла, что они летят над лесом, и взяла курс на аммеловую рощу.

Тамран не проснулся, когда они плавно опустились на влажную от росы траву недалеко от источника. А когда восходящее солнце окрасило всё вокруг в нежные золотисто-розовые тона, улы6нулся во сне так, как будто увидел что-то очень хорошее.

«Наверное, он только во сне и способен улыбаться», — с горечью подумала Ариэна.

Теперь, когда закончился этот волшебный полёт, она чувствовала себя разбитой и опустошённой. Её светлый парик сорвало ветром, на подоле туники темнели пятна крови. Вытащив из-за пояса кинжал, Ариэна долго смотрела на спящего юношу. Сейчас ей самой хотелось его убить. Того, кто взял её не глядя. Как последнюю… Но она же сама вызвалась сыграть эту роль. И он ей заплатил. Причём очень щедро. Она взяла эту монету только потому, что в тот момент плохо соображала, что делает. А потом, поднимаясь по тёмной лестнице, сунула её в маленький кошелёк, который носила на поясе…

Ариэна сняла испачканную одежду, забросила её подальше в кусты и хорошенько вымылась в источнике. Затем поднялась на дерево. Хорошо, что она на всякий случай оставила в дупле кое-какие вещи. Надев короткую тунику, гетры и кожаные башмаки, Ариэна села под старой пальмой и разревелась. Она не жалела о том, что сделала этой ночью, но на душе было скверно. Теперь она действительно достигла зрелости, как сказали бы в Зелёном Уре, да вот только случилось это совсем не так, как ей хотелось. При том, что ни о ком другом, кроме этого юноши, она и не мечтала. Что ж, дед был прав, когда говорил, что мечта и действительность имеют между собой не больше сходства, чем цветок и камень.

— Эй, малышка, что случилось?

Ариэна вздрогнула и принялась торопливо вытирать слёзы.

— Тебя кто-то обидел?

«Кто-то»… Впрочем, откуда ему знать? Он же был совершенно пьян.

— Мать-Паучиха… Что происходит? Как я тут оказался?

Тамран стоял посреди маленькой поляны, сонный, взлохмаченный, и озирался с таким искренним недоумением, что Ариэна невольно сравнила его с заблудившимся в лесу ребёнком.

— А ты что тут делаешь, девочка?

— Гуляю, — ответила Ариэна, отвернувшись. Она не хотела, чтобы он видел её заплаканное лицо.

— Одна? В лесу? Так… А я-то что тут делаю? Ничего не пойму… Девочка, ты из местных? Тут недалеко селение?

— Посёлков поблизости нет, — сказала Ариэна. — Если хочешь выйти к сетевой дороге, иди туда… — Она указала на север. — Только учти — идти придётся долго.

— Ну так пойдём вместе. Одну же я тебя тут не оставлю.

Он подошёл вплотную и наклонился, пытаясь заглянуть ей в лицо. Ариэна снова отвернулась. Когда он к ней прикоснулся, она как будто вновь ощутила стыд и боль, которые пережила этой ночью. Сейчас даже острее, ведь тогда её мысли были заняты другим.

— Кто тебя обидел?

— Никто.

— Ну хорошо, можешь не смотреть на меня, если не хочешь. Подожди немного. Я только умоюсь, и пойдём… Ты какая-то странная. И вообще… Всё странно. Не понимаю, что происходит. Люди иногда летают во сне, но никто ещё при этом не улетал на несколько меров от своего дома.

Пока Тамран умывался, Ариэна поднялась на верхнюю крону аммелы, спряталась среди широких листьев, а потом долго и не без злорадства наблюдала, как он ее ищет. Ей даже показалось, что он всерьёз обеспокоен. Теперь, когда этот странный человек скинул свою броню, в лице его появилось что-то детское и беззащитное.

Обшарив все ближайшие кусты, Тамран вздохнул и, махнув рукой, зашагал на север. Ариэна незаметно следовала за ним. Когда он вышел на дорогу и взял извозчика, она полетела к городу более коротким путём. Надо было забрать вещи из гостиницы.

Расплачиваясь с хозяином, она услышала разговор двух постояльцев.

— Этой ночью опять видели летающих демонов. Они поднимались всё выше и выше, а потом скрылась среди звёзд…

— А тот, кто видел, сколько выпил?

— Так их ведь многие видели. Даже дозорные. Ночь-то была лунная. Они летели в лунном свете, прямо как призраки. Вроде бы, это были мужчина и женщина.

— А может, это призраки и были. Говорят, Гиамара близко и скоро к нам пожалует.

— Не слишком ли много странного творится в последнее время в этом городе…

«Не расстраивайтесь, — подумала Ариэна. — Я уже улетаю. Этот город может спать спокойно. Я предпочла бы его забыть. И всё, что тут случилось…»

Забыть о той ночи оказалось труднее, чем она думала. Сперва Ариэна решила, что у неё обычная задержка, но время шло, а месячные не начинались. Однажды утром она проснулась от приступа тошноты. Ариэна знала, что в соседнем Ур-Даоле живёт старуха, у которой можно за приемлемую цену купить мёртвое зелье. Наверное, это был лучший выход из положения. Может быть, даже единственный. Если родится ребёнок, о школе при урматтарском Святилище придётся забыть. Ещё год-полтора — и сбережения деда закончатся. Вряд ли она много заработает, расписывая полотна на заказ. Кто станет заказывать картину девчонке её возраста, если вокруг полно опытных ткачих и художниц, а среди них есть даже те, кто учился в столичной школе. Промышлять охотой она тоже не сможет. Какая охота, когда у тебя на руках младенец, которого даже не с кем оставить…

Ариэна несколько раз отправлялась в Ур-Даол и с полдороги возвращалась. При мысли, что она убьёт ребёнка — его ребёнка — ей становилось не по себе. У неё совершенно пропал аппетит, она исхудала, как щепка, и почти не выходила из дома, лёжа целыми днями на ракхаловой шкуре возле камина.

— Что с тобой, девочка? — спросила зашедшая её навестить Тамана. После Мелоры она была старшей наставницей по живописи.

Тамана окинула удивлённым взглядом неприбранный дом.

— Ты заболела? Почему же ты не обратилась к лекарю? Хочешь, я приведу Кмера…

— Не надо, — еле скрывая раздражение, ответила Ариэна. — Мне уже лучше. Ещё дня два — и я снова начну ходить на уроки.

— И всё-таки… Может, тебе нужна помощь?

— Нет, госпожа. Я слегка простудилась, по, честное слово, скоро поправлюсь.

Вскоре после Таманы явилась Дамара. Ариэна увидела её в окно и притворилась, что не слышит стука, но поскольку дверь была не заперта, старая ткачиха вошла без приглашения. Ариэна продолжала притворяться спящей, а сама незаметно наблюдала, как Дамара расхаживает по дому, как будто что-то вынюхивая. Её явно заинтересовала чашка с недоеденными ягодами тавиги. Эти кислые ягоды кроме беременных женщин почти никто и не ел.