Чтение онлайн

— Не беспокойся. Этого не будет, — ответил старый маг. — Я был рядом с ректором, когда он осуществлял наказание. Дорнблатт вовсе не собирался оставлять его в таком виде навечно. Твой друг снова станет человеком уже через сутки.

— Да, вот еще что, — повернулся Борланд к Даргору и Лой. — Надеюсь, произошедшее здесь останется между нами? Вы ведь не скажете герцогу, что я — не настоящий маг?

— Мы и не собирались, — пожала плечами волшебница. — Ты теперь нам вовсе не интересен.

Даргор протянул Борланду Пентакль Света.

— Ну, вот и отлично! — Весельчак сунул медальон в карман штанов, взял свой меч и подошел к лежавшей посреди усыпальницы туше дзерга. — Не возражаете, если я воспользуюсь плодами вашей победы?

На исходе следующего дня Борланд, бывший главарь разбойничьей шайки и бывший придворный маг, навсегда покинул Билану. Отбросил мысль о прощальном вечере в «Кирке и кувалде» и поспешил убраться восвояси, покуда Фирен не прознал, что его несколько дней водили за нос.

Коня ему, правда, раздобыть не удалось. Оно и не удивительно, если учесть, какая обстановка царила в городе. Герцог объявил жителям, что с беспорядками покончено, но прежний покой все равно вернется еще не скоро.

Отсутствием лошади Весельчак особо не тяготился. Пешком пришел — пешком и ушел, скакуном можно будет и где-нибудь по дороге обзавестись. Тем более что при желании он мог позволить себе купить их целый табун. Герцог Фирен, получив отрубленную голову Архун-Коллака, не поскупился — Весельчак отправлялся домой почти таким же богатым, каким был до предательства Шанкара и Тронга. Все волшебные артефакты, кроме Пентакля, подаренного ему с разрешения сущности Ангуса, Борланд отдал Даргору.

Денег могло быть еще больше, но половину своей награды Борланд отнес в дом Заффы и отдал его сестре Кларе. Через несколько часов изгнанник Академии станет человеком, придет домой и узнает, что ему можно больше не думать о том, как идут дела в лавке.

А если разобраться, Заффа сделал для города гораздо больше, чем человек, назвавшийся Кедриком. Что же сделал сам Кедрик? Выходило, что и вовсе ничего! Разве что неудачника Я'Ли изловил, да и с того оказалось толку, что с козла молока…

«А впрочем, заслуг у меня все же поболе», — подумал Борланд, и это в принципе было верно.

Именно его появление в Билане стало событием, связавшим воедино жизни нескольких людей и одного нелюдя: Заффы, Эйнарса, магов из Дома хранителей и упыря Ревенкрофта. И направившим действия всех этих персонажей так, что все разрешилось наилучшим образом для каждого из них и для всего города. А не будь Борланда — кто знает, чем закончилась бы эта катавасия?

Правила приличия не позволяли Борланду просто так бросить женщину, что была рядом с ним в течение этих дней. Весельчак предложил Эрис пойти вместе с ним. Ее ответ его особо не заботил, но когда девушка отказалась, Борланд испытал что-то вроде облегчения — не нужно будет брать на себя ответственность еще и за нее.

«Ты нравишься мне, Кедрик, — сказала девушка, — но быть рядом с тобой чересчур опасно. Вампиры, дзерги, разборки с магами — это не для меня».

Борланд купил ей золотое ожерелье и серьги с изумрудами. И подарил тысячу харазов. Этот жест был для него чем-то вроде попытки искупить грехи прошлого, когда его появление не приносило окружающим ничего, кроме боли.

Весельчак уходил из города той же дорогой, которой явился сюда несколько дней назад.

Несколько дней… Как же много переменилось за эти дни!

Кроме одного, пожалуй: находиться поблизости к Борланду по-прежнему было очень опасно.

А уж каково приходилось ему самому!

— Ну, здравствуй, командир! — произнес над ухом грубый голос, который Борланд узнал бы из тысячи.

Поперек горла Весельчака легло лезвие ножа. «Как же нелепо будет умереть подобным образом после всего, через что мне пришлось пройти», — пронеслось в голове.

— Тронг? — Борланд начал прикидывать, как ему выкрутиться. Он не мог воспользоваться ни магией, ни оружием. Подлый одноглазый предатель не оставил ему ни единого шанса! — Зачем тебе это, Тронг? Испугался моей мести и решил ударить первым? Или не хочешь, чтобы существовал кто-то, знающий о твоем разбойничьем прошлом? Так знай: я уже не держу на тебя зла. Ты поступил мерзко, но… я ведь был таким же, как ты: выброшенным на обочину жизни бродячим псом. И я не знаю, как сам поступил бы, окажись на твоем месте.

— Какая глубокая, прочувствованная, бьющая в самое сердце речь, — цинично промолвил Тронг. — Я бы даже похлопал, да руки заняты. Мы с тобой все же разные, Борланд. Ты вот сказал сейчас, что был бездомным псом, готовым на все ради паршивой гнилой кости. Да, ты был им — я это прекрасно помню. Со мной же все по-прежнему, командир. Я как был, так и остаюсь готовым на все чудовищем. Мне тебя заказали, Борланд. И ставка слишком высока, чтобы я мог отказаться. К тому же, как ты сам только что подметил, твоя смерть и впрямь будет мне только на руку.

— Сколько тебе посулили? Как насчет откупа, беспринципный пес?

— Ха-ха, в самую точку. Я как раз такой и есть. И если бы речь шла о деньгах, я бы, может, еще подумал. Того, что было мне обещано, ты дать не сможешь.

— Ну что ж, тогда убивай, — безразлично произнес Борланд. — Пусть богиня покарает тебя за это. Что же ты медлишь?

Тронг не ответил. Нож выпал из его руки и звякнул о камни у ног Весельчака. Борланд мгновенно развернулся и увидел невероятную картину — одноглазый громила стоял, прижавшись спиной к фонарному столбу, а лицо его исказила гримаса боли. Все потому, что длинная стрела с изящным оперением пригвоздила его левое ухо к деревянной поверхности.

— Как-то уж слишком быстро меняются расклады в этом городе, — пробормотал Борланд, ногой отбросив нож Тронга в сторону.

— Никогда не любил чувствовать себя должником, — негромко сказал кто-то у него за спиной. — Полагаю, Кедрик, теперь мы с вами в расчете?

Этот голос Борланд тоже узнал.

— Разумеется, сударь эльф, — сказал он, повернувшись. — Какими судьбами?

— Совершенно случайно. — Индалинэ вышел к свету фонаря, держа в руках лук. — Иду домой, в Кандар.

— Надо же, какое совпадение, — улыбнулся Борланд. — Я тоже покидаю город.

— Вот как? Решили оставить службу при дворе?

— Срок моего контракта истек. Возвращаюсь в свои родные края. Я ведь сам не биланец. И надо ж так — встретил старого врага.

— Весьма неприятный субъект, — промолвил Индалинэ, бросив взгляд на Тронга, который корчил рожи от боли, но молчал, понимая, что его побили но всем статьям.

— Еще бы, — улыбнулся Весельчак. — Убийца, разбойник, вор. Клейма негде ставить.

— Ай-ай-ай! — Эльф неодобрительно покачал головой. — И как только их земля носит?