Избранное. Молодая Россия
Шрифт:
Очевидно, Пушкин, как и Гераклит, мыслил мировое пламя невещественным, – оттого «чистый пламень», но этому пламени, как и у Гераклита, присущ один физический признак – свечение: он блестит; в черновой у Пушкина было:
Где в блеске новом утопаетНесовершенство бытия.Этот образ чистого бытия еще более уясняется другим стихом той же черновой:
толь, где вечный свет горит,и, наконец, стихом из черновой другого стихотворения тех же лет (1822—23) – «Надеждой сладостной младенчески дыша»:
Предел —Где мысль одна горит в небесной чистоте.Получается вполне гераклитовский образ Единого начала: невещественный, светящий огонь – мысль; и в тех немногих случаях, где Пушкин хотел представить полное погружение индивидуальной души в Абсолютное, – смерть не запятнанного грехом, – он неизменно изображает Абсолютное, как царство света. Так, о смерти Марии в «Бахчисарайском фонтане» сказано:
Она давно-желанный свет,Как новый ангел, озарила.и об умершем ребенке М. Н. Волконской:
В сиянии и радостном покое…II
Следующий этап в миросозерцании Пушкина, доступный изучению, – его представление о сущности земного бытия. И здесь обильный материал приводит к неоспоримому выводу: он мыслил жизнь как горение, смерть – как угасание огня. В «Кавказском пленнике»:
Он ждет, чтоб с сумрачной зарейПогас печальной жизни пламень;там же в другом месте:
И гасну я, как пламень дымной,Забытый средь пустых долин:о самом себе Пушкин говорит:
Уж гаснет пламень мойи множество раз он определяет смерть просто как угасание
О Занд, твой век угас на плахе Ты угасал, богач младойРано друг твой незабвенныйНа груди твоей погаси не менее пяти раз о Наполеоне:
Угас в тюрьме НаполеонВсему чужой, угас Наполеон Там угасал Наполеон,Чудесный жребий совершился:Угас великий человекОн угасает недвижим,Итак жизнь – горение, Поэтому Пушкин называет животворящую силу весны огнем:
Пригорки, рощи и долиныВесны огнем оживлены… Так в землю падшее зерноВесны огнем оживлено,Напротив, смерть он определяет, как холод и тьму – спутники угасания:
Когда, холодной тьмой объемля грозно нас,Завесу вечности колеблет смертный час…Уж гаснет пламень мой,Схожу я в хладную могилу,И смерти сумрак роковойС мученьями любви покроет жизнь унылу,III
Пушкин был не философ, как Гераклит, даже не поэт-мыслитель, как Гёте, но преимущественно лирик, Поэтому биологический и метафизический смысл его созерцания остались в нем нераскрытыми и несознанными: он глубоко разработал его, естественно, только в отношении духовно-чувственной жизни человека, Психология Пушкина, по существу тождественная с психологией Гераклита, несравненно полнее, подробнее и точнее ее, по крайней мере насколько последняя может быть теперь восстановлена.
Общую мысль Пушкина можно выразить так: жизнь, или что то же – душа человека, есть огонь, но души и в целом несходны между собой по силе горения, и каждая отдельная душа горит то сильнее, то слабее. Высшее напряжение жизненности в человеке Пушкин определяет словами: «пламенная душа». Но он не только констатирует это состояние души: он также оценивает его, именно – наивысшей ценою; он мог бы сказать вслед за Гераклитом, что огненная душа – наилучшая и мудрейшая. Таковы у него Руслан, черкешенка, Татьяна, он сам.
Воскреснув пламенной душой,Руслан не видит, не внимаетВпервые пламенной душойОна любила…Татьяна от небес одарена «сердцем пламенным и нежным» (II) и Онегин говорит ей:
того ль искалиВы чистой пламенной душой?Пушкин о себе в 1816 году:
Гасну пламенной душойи в 1826-м:
Так вот кого любил я пламенной душой…о гр. Закревской:
своей пылающей душой…о художнике:
И гаснет пламенной душой…В других местах: