Избранное
Шрифт:
На Хэллоуин мы опять отличились. Нет, тролля на этот раз не было, просто Гермиона затащила нас с Невиллом на смертенины к Почти Безголовому Нику. Бедный факультетский призрак переживал, что его не принимают в клуб Безголовых охотников, так что мы согласились немного подсластить горечь этой пилюли.
Честно говоря, это оказалось довольно скучное мероприятие, как почти все юбилеи. Атмосферно, готичненько, чем-то «Байки из склепа» напоминает, но скучно до зевоты... Даже речей в честь Ника не произносили, не успели: прискакали те самые Охотники и отвлекли внимание на себя!
Жаль было незадачливого призрака, но помочь ему мы ничем не могли. В смысле, был бы он жив, я б постарался перепилить сухожилие, на котором держалась его голова, но увы... Поэтому мы потихоньку ретировались, надеясь, что оказали ему какую-никакую моральную поддержку, а еще - что в Большом зале не все угощение сожрали без нас.
И тут я снова услышал это.
– Разорвать… разодрать… убить…
Это был тот же голос, который я слышал совсем недавно.
– Ты чего?
– спросила Гермиона, когда я прилип к каменной кладке, пытаясь нащупать струну.
– Тс-с-с... Опять этот голос! Слушай внимательно!
– …так голоден… так долго…
– Ничего, Гарри, - шепнула она.
– Струны смотри!
– … убить… время убить…
Голос становился слабее, он отдалялся и двигался куда-то вверх. И я по-прежнему не мог нащупать струну!
– Сюда!
– скомандовал я, и мы ринулись наверх, в вестибюль.
Но тут уж и я ничего не слышал - в Большом зале было слишком шумно... Тогда я через ступеньку поскакал на второй этаж и все-таки услышал издалека: «Чую кровь… Чую кровь!»
– Да где ж ты?!
– взвыл я и помчался по второму этажу. Но тут было пусто, голос тоже стих.
– Куда ты так понесся?
– выдохнула Гермиона, когда мы свернули в очередной заброшенный проход.
– Я так ничего и не услышала...
– Смотрите!
– ахнул вдруг Невилл, едва поспевавший за нами.
На стене впереди что-то блестело. Мы подошли и увидели: в простенке здоровенными буквами было написано: «Тайная комната открыта. Враги наследника, берегитесь!»
– Вот оно...
– выдохнула Гермиона, и глаза ее вспыхнули алым в свете факелов.
– То, о чем предупреждал Добби! Смертельная опасность!
– Ну, это уже какая-никакая определенность, - согласился я и подошел ближе.
– Ой... Это даже вполне определенная определенность!
На полу растекалась лужа, а на факельном рожке была подвешена за тощий хвост миссис Норрис - кошка смотрителя Филча. Кажется, она совсем окоченела...
– Линяем, - сказал я и выхватил из-за пазухи мантию-невидимку.
– Живо все ко мне! И не шлепайте по воде, следы будет видно...
Мы успели вовремя: едва мы укутались мантией, как раздались голоса и звук шагов - ужин закончился, и ученики поднимались по лестницам с обеих сторон коридора.
Правда, веселый гомон стих, когда впереди идущие заметили кошку...
Я вжался в стенку и ущипнул Невилла, чтобы тот не выдал нас сопением.
– Берегитесь, враги наследника, - медленно выговорил Малфой, прочитав надпись на стене.
– Кто следующий?
Радости на его лице я не увидел.
– Филча жалко, - прошелестела Гермиона, глядя, как всхлипывает старый смотритель, глядя на миссис Норрис.
Я молча кивнул. У меня имелись планы на эту кошку, ан поди ж ты, не успел ничего предпринять! Мы еще даже не выяснили, как готовить эликсир жизни...
– Пойдем за ними?
– спросил Невилл, когда профессора проследовали в ближайший кабинет. Филч мелко семенил за ними, а кошку нес сам Дамблдор.
– Под дверью послушаем, - решил я.
– Если попробуем проскользнуть внутрь, нас точно засекут.
Мелкими перебежками, стараясь ни на кого не наткнуться, мы добрались до двери кабинета Локхарта. Хорошо, что он такое трепло: учителя еще не успели приступить к делу, так что мы услышали почти всё.
– Она не умерла, Аргус, - негромко произнес Дамблдор.
– Ее превратили в камень, но я не могу сказать, как. Могу отметить лишь, что для подобного нужно владеть магией на высшем уровне...
Дальше они заспорили о том, кто мог устроить такое (Филч, конечно, во всем обвинял школьников, а ему доказывали, что это невозможно), а затем Дамблдор сказал, что кошку можно будет оживить, как только у мадам Спраут созреют мандрагоры.
После этого заявления мы улетучились, чтобы нас не застукали. А то мало ли, наступит кто-нибудь на край мантии, вот и хана нашей маскировке...
– Итак, что у нас есть?
– деловито спросила Гермиона на следующий день, когда мы спрятались в одном из своих тайников.
– Окаменевшая кошка - раз! Надпись на стене - два! На что это похоже?
– На демонстрацию, - ответил я без промедления, потому что долго думал об этом.
– Пока не очень серьезную, иначе бы миссис Норрис подвесили на ее собственных кишках.
Невилл сглотнул и оттянул воротник.
– Да! Демонстрация с целью запугать... кого?
– Гермиона повернулась ко мне.
– Врагов наследника, кем бы они ни были, - хмыкнул я.
– А еще у нас есть домовик, который пытался не пустить тебя в школу, - она принялась по привычке загибать пальцы, - и голос, который слышишь только ты.
– Ты мне не веришь?
– фыркнул я.
– Верю, - честно сказала Гермиона.
– Там, возле повешенной кошки, остался какой-то след, но очень-очень слабый, я не успела ничего разобрать. А потом набежала толпа и затоптала все, что можно... Правильно полиция сразу огораживает место преступления! А то сами видите, что вышло...
Она развела руками.
– Что будем делать?
– спросил Невилл.
– Искать, - ответили мы хором.
– Что искать?
– не понял он.
– Тайную комнату, - пояснила Гермиона.
– Кажется, я видела упоминание о ней, но где?
– Точно не в «Британнике», - поддел я.
– Это ж не Фламмель!
– Гарри, ты гений!
– подпрыгнула она.
– Наверняка где-то в «Истории Хогвартса»... только я ее дома оставила.
– В библиотеке возьми, - пожал я плечами, - ну или я попрошу тетю прислать. Я свою тоже не потащил.
– У меня с собой!
– сказал Невилл, и мы радостно захлопали его по спине.
– Ну что вы, это бабушка запихнула, сказала, все равно домовик багаж потащит, так что можно взять побольше всего...