Чтение онлайн

Те испуганно закивали головой, замельтешили, выполняя поручение.

Я направился по коридору к лестнице вниз и когда подошёл к толпе, та сама и разошлась передо мной. Я видел и Арамзу, и Ушастую, и даже Догмана, который хотел уже было что-то мне сказать, но решил промолчать. Возможно, понял, что я сейчас не в настроении выслушивать нравоучения. Единственное, что меня сейчас интересовало, находилось под землёй.

Выйдя из поместья, я сразу направился к Айсэрена Монтаро, где обитали духи. Подошёл к этому каменному строению из старого камня и громко произнёс:

— Я пришёл получить ответы на свои вопросы.

Будто уже ожидая меня, каменная дверь послушно заскользила в сторону, пропуская в свои тёмные утробы.

Тэйлон… шифратор хренов…

Я спустился в самый низ, в зал, подсвеченный флуоресцентными грибами, после чего направился прямиком к алтарю, но лишь за тем, чтобы достать кое-что из него.

Было, наверное, чудом, или же так было изначально предначертано, что я в прошлом спущусь сюда и вытащу из того сундука странный, самого обычного вида медальон с откидной крышкой, отложу в сторону и забуду положить обратно, из-за чего он и останется дожидаться своего часа.

Когда я его в первый раз увидел, вспомнил о Джонни, но кто бы мог подумать, что в этой шутке была и доля правды.

Я нашёл его там, где оставил — за алтарём на земле. Поднял его, откинул крышку и немного задумчиво огляделся. Я знал, что надо делать, потому что уже когда-то видел нечто подобное, пусть и в немного другой форме. Не найдя больше ничего более подходящего, я чиркнул тыльной стороной руки по краю каменного алтаря, оставив на ней ссадину.

Какая разница, откуда кровь, если она моя, верно?

После этого я просто капнул на ту небольшую выемку, что была внутри.

Я просто хотел окончательного ответа на вопрос — ради чего всё это было затеяно?

Есть такая вещь — банк памяти.

По сути, это был самый обычный личный дневник, в который можно было записать всё, что тебе было важно. Просто в каждом мире он имел свой вид: в одних мирах его записывали на носители информации с помощью аппаратуры, которая считывала образы с мозга, в других использовали собственные воспоминания, добавляя их к другим. Некоторые вовсе не парились и просто записывали в тетрадь.

А был способ, который основывался на памяти крови. Как говорили в некоторых мирах, кровь помнит всё.

И то, что я сейчас держал в руках, обычный медальон, был как раз из тех артефактов, чей принцип основывался именно на крови. Капни кровь, и ты вспомнишь абсолютно всё, что когда-то забыл или хотел сохранить в том виде, будто всё произошло только что. И если бы не образ в голове Хлины, которой я сломал челюсть, хрен бы я догадался, что это и есть тот самый банк памяти.

Стоило мне приложить тыльную сторону руки к выемке внутри медальона, как вся комната, где я находился, закружилась перед глазами. Начала размываться, кружиться, стираться как в каком-то вихре, уступая место абсолютной темноте.

А потом перед глазами начали появляться видения. Практически идентичные тем, что были до этого с Хлиной и Гензерией. Фильмы, который я мог наблюдать со стороны, но так, будто сам присутствовал там.

Передо мной был Тэйлон. Не только он, вся его семья: брат, три сестры и отец с матерью.

Судя по всему, был завтрак или обед. Причём довольно шумный и, я бы сказал, весёлый, из-за самих детей. Удивительно, что ни Зарон, ни Энна, что здесь присутствовали, даже не пытались усмирить их: один пусть и выглядел недовольным, но молчал, другая была вообще невозмутимой, словно так и должно быть.

Я практически сразу узнал всех, кроме одной девчонки, которая была по виду самой старшей из детей. Весёлая, улыбчивая и чем-то неуловимо похожая на свою мать Энну.

Вилия Бранье — не надо быть гением, чтобы понять это. Та самая старшая сестра, которую Диор любил, судя по всему, больше, чем кого-либо в этой семье. И глядя на внешность, очень изящную, но при этом не лишённую доброты, я мог, наверное, понять, почему его так тянуло к ней, раз у того кукуху сорвало потом.

Я даже подошёл ближе, чтобы приглядеться к ней получше: вроде обычная девушка, но немного выделяющаяся среди остальных детей. По-аристократичному аккуратная, имеющая, я бы сказал, осторожные и тонкие черты лица, довольно большие выразительные глаза и жутко добрый приветливый вид, который вызывал желание если не обнять, то хотя бы находиться рядом. Как говорят, у таких есть особая аура.

Видимо, видение относилась к совсем ранним временам, но здесь уже была Ньян, приёмный ребёнок, который не выглядел в семье чужим, по крайней мере, по отношению. Все весёлые, беззаботные и балующиеся аж до приторной боли в зубах. И даже Тэйлон выглядел нормальным ребёнком, не говоря уже об общеизвестном пидорасе Диоре — по нему было невозможно сказать, кем этот мудак станет.

Я не знаю, зачем Тэйлон вставил это воспоминание.

Для себя?

Или для меня?

Показать, как всё было хорошо, как всё в их долбанной семейке было прекрасно? Напомнить что-то? Или дать понять, ради чего он это всё затеял?

Не успел я подумать об этом, как видение сменяется на другое.

Опять семья, опять за столом, но уже что-то поменялось, что-то неуловимо изменилось, словно мир лишился красок. И Сильвия с Ньян больше не смеются, и Тэйлон уже не выглядит таким счастливым — похож на маленького маменькиного сыночка, который от любого толчка размажет сопли по роже.

Но сильнее всех выделяется Диор.

Сказать, что он просто изменился — это не сказать ничего. Он просто стал другим человеком в воспоминаниях. То ли окрас воспоминаний самого Тэйлона такой, то ли реально так изменился, но теперь он был больше похож на Диора, которого знал уже я, только в лице не наблюдалось такого цинизма и хитрожопости конченного ублюдка. Черты лица стали… более взрослыми, заострились, взгляд стал куда более осмысленным, взрослым, очень цепким, будто он видел то, что не видели другие.

Видимо, это тот самый момент, когда сестру выдали замуж или же когда он узнал не самые радостные вести о том, как с ней обращаются. А судя по фингалу под глазом, он уже успел и поругаться из-за неё.

Или это до того, как он воспользовался услугами божества?

Да, это, наверное, буквально перед тем, как он заключил контракт с божеством и стал проклятым. Причём, насколько я мог судить, если я относился к тем, кто убивает и участвует в сражениях, он был именно проклятым, что строит интриги и устраивает перевороты. Теперь было понятно, откуда у него эта изворотливость, умение находить язык и связи с другими.

И всё же это, как по мне, было ещё одним бесполезным воспоминанием, которое не несло никакой практической информации. Создавалось ощущение, что Тэйлон просто плавно подводил меня к закономерному итогу.

Следом пошли воспоминания буквально одно за другим, словно кто-то просто склеил нужные моменты в один фильм, где следующим было воспоминание… с Хлиной.

Я даже мог почувствовать то, что чувствовал сам Тэйлон в тот момент: обиду, злость, ревность…

Он держал Хлину за руку и что-то кричал в её перепуганное лицо. А та лишь хлопала глазами, словно тупое домашнее животное, которое не понимает, чем вызвало на себя гнев хозяина.