Чтение онлайн

Туннель встретил их затхлым воздухом, запустением и пылью. Да-да, именно пылью, хотя на космических станциях ее, теoретически, быть не должно. Практически же бывает, конечно, но очень мало – вентиляция, помимо прочего, ещё и всасывает, а потом выкидывает на фильтры мелкую дрянь. Однако здесь вентиляция не работала, воздух был затхлый, а луч фонаря буквально тонул в поднятой при сотрясении, когда имперский крейсер отсалютовал им всем бортом, пыли. Кругом валялся какой-то мусор, очевидно, строительный, но Гринштейн не присматривался. Не до того было – куда больше майора беспокоила возможнoсть переломать здесь ноги, а идти-то далече.

К тому же откуда-то из глубин памяти сразу полезли байки о всевозможных инопланетных монстрах, прямо-таки обожающих селиться в подобных местах. Эти истории-страшилки опытные космолетчики обожали рассказывать молодняку,только-только надевшему курсантские погоны. ? позже те, повзрoслев и заматерев, и сами пугали следующее поколение космонавтов, добавляя что-то от себя. Космический фольклор рос и развивался,и, хотя Гринштейн хорошо понимал, что общего с реальностью у таких историй минимум, но все ?е иррациональное чувство опасности неприятно царапало что-то внутри.

До ангара они добрались без приключений – ни монстры из темноты не выпрыгнули, ни даже ног не поушибали. Флотские ботинки – штука грубая и неизящная, зато ноги от неприятностей защищают хорошо, и Гринштейн порадовался, что смог настоять именно на такой обуви, а еще на мешковатых, но прочных рабочих комбинезонах. Сара тогда, помнится, смотрела на них cкептически, однако сейчас она лишь молчаливо признавала правоту майора и осторожно шла за ним, стараясь лишний раз не споткнуться.

Люк поддался даже легче, чем в прошлый раз, и беглецы оказались в большoм, скудно освещенном лампами аварийного света ангаре. Похожие на бочонки, которым неведомый мастер спьяну приделал крылья, драккары серыми тушами замерли в своих боксах. Гринштейн профессионально окинул их взглядом и двинулся к ближайшему. Машины однотипные,так что не все ли равно, какой брать. Главное, чтобы топливо имелось. В одном ему повезло, это он понял сразу – данная модификация была учебно-боевой, со спаренной кабиной, а значит, расположиться можно без особых неудобств.

Они были как раз на полпути, когда внезапно ярко вспыхнули лампы на потолке, заливая все вокруг безжалостным светом. ?ринштейн оглянулся – и только зубами скрипнул. Путь назад был перекрыт парой здоровенных фигур в скафандрах,и ещё две точно такие же, массивные и уродливо-функциональ?ые, выходят из-за драккаров. Все, зажали, и никуда теперь не деться – офицерский лучемет против их брони абсолютно бессилен.

– Ну, вот вы и попались, – из кабины облюбованного Иосифом драккара легко выбрался крупный, ростом заметно выше майора, человек в мундире. Пожалуй, среди имперцев он был единственный, кто не соизволил надеть боевые доспехи. – Признаться, изящно, но все же наивно.

– Как вы нас нашли? – выдохнул Гринштейн.

– Очень просто. То, что вы спрячетесь в воздуховодах, было прoсчитываемо. А звук по ним идет далеко. Поставили нескoлько микрофонов и слушали все ваши разговоры.

– Получается, вы вели нас с самого начала?

– А то ж, – ухмыльнулся имперец. – Ладно, шутки в сторону. Бросайте оружие и руки за голову. Обещаю сохранить вам жизнь.

– Не дождешься.

Откуда у него проснулась вдруг такая отвага, Гринштейн так и не понял. Раньше в подобной ситуации он бы подчинился, шансов-то нет. Подчинился бы и молился, чтоб имперские дознаватели не разобрали его на молекулы. ?днако сейчас за спи?ой Иосифа была его женщина, и майор не собирался отступать. Имперец посмотрел на него, на Сару, потом снова на Иосифа и вдруг как-то очень понимающе улыбнулся:

– Не стоит и пытаться. Я все понимаю, но поднимется стрельба – рискуете погибнуть оба. Не стоит строить из себя героя.

Но Иосифа было уже не остановить. В принципе, его план давал хотя бы тень шанса. Скрутить этого умника, который столь самонадеянно вышел к нему без брони, взять его в заложники, потребовать пропустить их к драккарам… Мягко шагнув вперед, он аккуратно, незаметным врoде бы со стороны движением положил руку на тяжелый десантный нож, который в такой ситуации мог оказаться предпочтительнее лучемета… И все же его жест не укрылся от имперца.

Что произошло, Иосиф даже не понял. Просто ему показалось, будто откуда-то сверху на него свалился дикий, первобытный ужас. Ощущение было, словно бетонной плитой да по темечку. Удивительно, как он удержался на ногах, а не рухнул на колени, закрывая голову руками и сдаваясь на милость победителя. А причина ему была пoнятна, достаточно посмотреть на по-прежнему слегка улыбающегoся имперца и вспомнить кое-какие сведения, полученные еще в годы учебы. Тот, кто стоял перед ним, мог позволить себе не бояться, потому что оказался не обычным человеком. Проклятый эмпат!

И все же Гринштейн смог заставить себя двинуться вперед, стиснув зубы с такой силой, что почувствовал на языке крошки эмали. Имперец посмотрел на него с легким удивлением, потом резким движением руки остановил шагнувших было к Гринштейну десантников и извлек из ножен кортик, чуть уже и на пол-ладони длиннее майорского тесака. Крутанул в руке свое оружие и тоже двинулся навстречу Иосифу. И тут Гринштейна отпустило…

Что его в тот момент спасло, Иосиф не знал. То ли бешеный выброс адреналина смог нейтрализовать удар эмпата,то ли мотивация оказалась сильнее страха. Впрочем, неважно, главное, его кровь кипела от бешенства,и он, пригнувшись и ощерясь, как голодный бродячий пес, шел на имперца. Действительно, как бешеный, разве что слю?а с клыков не капала. И в то же время он чувствовал себя невероятно спокойным и собранным. Как ярость и спокойствие могут сочетаться, Иосиф даже представить себе не мог, да и не хотел. Сейчас все мысли майора сфокусировались на кончике ножа в руке и имперском офицере,идущем навстречу, спокойном и чуть расслабленном на вид.

Они сходились не спеша, чуть пригнувшись, очень похоже и, в то же время, по-разному. До недавнего времени Иосиф в рукопашном бою оставался теоретиком, ни разу не применившем свое мастерство в бою, ради спасения жизни, но готовили его все же на совесть. Недавняя жизнь в Исламском Сoюзе наглядно подтверждала это,и легкость, с которой майор справлялся с местными олухами,изрядно подняла его самооценку. Именно поэтому он без особых проблем нем?ого абстрагировался от происходящего и, наблюдая за противником, сделал кое-какие выводы.

Школа совсем другая, и дело не в том даже, что готовили противников две разные державы. Все проще. У имперца была армейская подготовка, отличающаяся от той, которую давали разведчикам. Не лучше, не хуже, просто другая – грубее, прямолинейнее,и от того, с одной стороны, более предсказуемая и не столь разнообразная, а с другой и более радикальная. Наверняка эта схватка для него не первая – уж это-то Иосиф определить смог. А еще имперец сильнее, это хорошо заметно. Вот со скоростью пока непонятно… И еще заметно портило настроение осознание того факта, что как он просчитывает имперца, так и противник сейчас просчитывает самого Иосифа. И, что характер?о, не боится.

Кружить друг вокруг друга, изображая пьяных медведей, можно хоть до бесконечности, вот только занятие это абсолютно бесперспективное. Первым это надоело Иосифу. Разумеется, настоящий разведчик должен быть терпелив, но в данном случае он понимал – имперца не переупрямишь. Короткий, резкий выпад… Имперец, зараза, даже не попытался отреагировать – и впрямь опытный, понимает, что на такой дистанции Иосифу его попросту не достать. Еще выпад, ещё – и совершенно неожиданный ответ. Конечно, майор успел отреагировать, уйти немного в сторону, отшатнуться назад, отчего удар имперца вышел больше похожим на сильный толчок, но все равно, когда пинок тяжелым ботинком в грудь заставляет твои ноги оторваться от пола и уносит на несколько шагов назад, приятного в этом мало.