Чтение онлайн

А городок, кстати, не впечатлял. Сто тысяч – это, конечно, приличное количество народу, но когда подавляющее большинство людей ютится в одноэтажных халупах, общее впечатление создавалось как от размазанной по тарелке каши. Судя по запаху, изрядно подпорченной. А когда этот народ еще и стенами ограничен… Уй-юй-юй! Как народ ютится в этом хлеву, когда по некоторым улицам с трудом протискиваешься, а крыши домов смыкаются над головой? Тут и клаустрофобию заработать недолго…

Однако всему на свете приходит конец, и их дорога все же завершилась у парадных ворот королевского дворца. Последние мало чем отличались от городских ворот, разве что металл был украшен весьма приличными узорами, выгравированными на толстом железе. Абсолютно бесполезная вещь с рациональной точки зрения, но красиво и внушает уважение к мастерству исполнителей.

Здесь, правда, все было несколько серьезнее. Правда, рва не наблюдалось, но стены выглядели отнюдь не декоративными, а сами ворота оказались задраены наглухо. А еще у ворот стоял, небрежно опираясь на трость, старый знакомый. Джареф.

В отличие от Артура, он не надел доспехов. Вероятнее всего, их у него и не было, потому что десантная броня наверняка уже вечность как износилась. Доспехи же местного производства против киборга – не защита, только движения будут сковывать. Тем не менее стоял Джареф спокойно, чуть заметно улыбаясь, а позади него расположились его люди. И те, кого Артур уже видел, и другие, незнакомые, человек под сотню, не меньше. Очень похоже, старый киборг стянул сюда всех, кого только смог.

– Ну и что ты этим хочешь мне сказать? – с неподдельным интересом поинтересовался Артур, разглядывая собравшееся перед воротами грозное воинство. – Неужели думаешь, что эти умники сумеют меня остановить? Или просто хочешь продемонстрировать непоколебимую уверенность драться до конца?

– А сам-то как думаешь? – поинтересовался Джареф, и его мрачный тон никак не вязался с улыбкой на лице. Похоже, она настолько вошла у него в привычку, что держалась даже в минуты смертельной опасности.

– А я ничего не думаю, – улыбнулся Артур так искренне, как только мог. – Я при любом раскладе смахну вас с вероятностью не менее семидесяти восьми и двух десятых процента. Так что извини уж, мне ненужной информацией голову забивать неохота. Рекомендую твоим мальчикам руки-то от оружия убрать. А то дернутся случайно, а я тоже нервный, покрошу их, а потом сам пожалею. Цвет нации, как-никак.

Джареф, не оборачиваясь, рявкнул на своих людей. Те с явной неохотой, но все же убрали руки от оружия.

– Так пойдет?

– Вполне. А теперь я предлагаю нам с тобой побеседовать наедине…

Два дня спустя

– Ну что, может, вернешься к матери?

– Ни за что!

– Ну и хрен с тобой. Догоняй!

И два всадника галопом помчались прочь от столицы.

Артур

Утреннее солнце кидало на землю неяркие пока, но притом невероятно чистые лучи. Да-да, именно ощущение странной, нереальной чистоты они и создавали. И даже листья деревьев, оказавшиеся у них на пути, не портили этого впечатления. Свет, пронизывая их, заставлял каждый листочек словно вспыхивать изнутри неярким, но теплым изумрудом, а капли воды, преломляя отблески, заставляли их сверкать феерией красок. И уже после этого получившаяся радуга обрушивалась на землю водопадом искр, придавая даже старому, замшелому коряжнику веселый и праздничный вид. Что уж говорить о небольшой уже не чаще, но еще не поляне, расположившейся на берегу небольшого, с кристально чистой водой ручья и прикрытой сверху лишь тоненькой сеткой ветвей и листвы.

Человек, сидевший у почти догоревшего костра, был странно неподвижен. Не мертв, не спал, а был именно неподвижен, как скала. Пожалуй, это была его единственная странность, а так – человек как человек. Высокий, это было заметно, даже несмотря на позу, широкоплечий, темноволосый, в темной же, отлично подогнанной по фигуре куртке. Длинный меч в ножнах лежал рядом с ним, на траве – человек, похоже, охранял небольшой, практически сливающийся с деревьями, между которыми его, собственно, и построили, шалаш. Несколько свертков неровной грудой лежали возле него, а чуть в стороне паслись стреноженные лошади. Больше на поляне никого не было – ну не считать же всевозможных полевок и прочих кузнечиков, в изобилии шастающих туда-сюда.

Сидящая на ветке птица, наклонив голову, с любопытством смотрела на мужчину то правым, то левым глазом. Человек не реагировал. Как ни странно, от него не исходило угрозы. Никакой. Абсолютно. Примерно так, наверное, мог быть опасен камень. Лежит себе – и лежит. Для птицы это было незнакомо, остальные двуногие опасность прямо излучали, но в ее маленькой голове не оставалось места для логического анализа и поиска несоответствий.

Еще раз присмотревшись, птица собралась уже спуститься, чтобы оценить на вкус как раз высунувшегося из трухлявого бревна червяка, но в этот момент инстинкт буквально схватил ее за хвост. Какое-то мгновение спустя ей стала понятна и причина этого – внизу, крадучись, к поляне приближались шестеро. И старались сделать это так, чтобы сидящий у костра человек их не заметил.

Этим людям, наверное, казалось, что они идут совершенно бесшумно. Больше того, другие люди их, наверное, не услышали бы. Но для обитателей леса даже очень тихо идущий человек шумит оглушительно. Есть, конечно, редкие исключения, однако эта шестерка к ним явно не относилась. Птица еще раз наклонила голову, прислушалась – и взлетела. Она была уже старой, мудрой и прекрасно знала: там, где двуногие, жди беды.

Между тем шестеро смелых – обычно, чтобы не бояться одного, надо подходить всемером – неспешно приблизились к сидящему. Двое, вооруженные арбалетами, аккуратно взяли его на прицел. К их удивлению мужчина не испугался. Даже головы не поднял. Только сказал негромко:

– Ну, и чего приперлись? Я не старьевщик, хлам не покупаю.

Мужики переглянулись. Действительно, их оружие – и арбалеты, и мечи, и топоры – даже в лучшие времена качеством не блистало, а сейчас, тронутое временем и частым использованием, могло устрашить разве что крестьян… Одежда, кстати, тоже была еще не рваньем, но уже и не парадной. Но их ведь было шестеро! И потом, как он узнал?

– А ну, выворачивай карманы. И меч ко мне толкни. Ногой. Медленно, – пряча внезапный страх за грубостью рявкнул один из мужиков. Судя по всему, именно он был у этих умников за главного.

– Фу, как некрасиво, – лениво отозвался сидящий и поднял, наконец, глаза. Светло-зеленые, ярче, чем листва вокруг. Главарь невольно передернулся – никогда в жизни он не видел таких глаз. – Я имею к вам встречное предложение. Вы бросаете свои железки и уходите прочь…

Договорить он не успел. Кусок плотной ткани, закрывающий вход в шалаш, внезапно колыхнулся, и из-за него показался… показалась… В общем, челюсти горе-разбойников с отчетливо различимым дружным лязгом упали чуть ли не до пупа. Да и было, честно говоря, от чего.

Из шалаша ловко и как-то очень изящно выбралась юная светловолосая девушка. Ну, само по себе это шок вызвать не могло в принципе, что в шалаше кто-то есть – было ясно с самого начала. А вот то, что из одежды на стройной фигурке были только панталоны, причем невероятно короткие, странного покроя и почти ничего не прикрывающие, вогнало разбойников в культурный шок. Все же они были, по сути, не более чем пейзанами, с регламентированным церковью патриархальным и достаточно целомудренным взглядом на жизнь. Короче говоря, резать их можно было в тот момент совершенно без усилий, но мужчина так и не попытался встать, только чуть заметно улыбнулся.