Избранные небом
Шрифт:
— Стэн, что с тобой? Ты можешь всё мне рассказать, ты же знаешь, что я всегда пойму тебя.
— Нет, Лис, правда, всё в порядке, я просто тоже уже слегка пьян!
— Не хочешь говорить, не говори, просто знай, что я всегда готова тебя выслушать и помочь.
— Спасибо, — шёпотом ответил Стэнли и посмотрел подруге в глаза с невыносимой тоской, но это было лишь на мгновение, а затем в них вновь зажёгся огонёк азарта и парень увлёк Мелису за собой танцевать. — Пошли разгоним кровь и зажжём, как в старые добрые времена!
Пробравшись в толпу, они увидели танцующих Троя, Эндиана и Руану. Заиграла ритмичная музыка, и все задвигались в такт битам звучащей композиции. Вспышки фотоаппаратов смешались со светомузыкой, и Стэнли стало немного легче… Праздник был в разгаре.
Ближе к двенадцати Стэн решил выйти в сад на территории ресторана. Там располагался небольшой декоративный пруд, куда днём выпускали очаровательных белых лебедей. Пройдя по освещённой неоном тропинке, парень сел на кованую скамейку возле пруда и посмотрел на небо, где одинокие звёзды мерцали в ночной тишине. Все гости веселились внутри, и Избранному небом никто не мешал. Стэнли хотелось плакать, как в детстве, когда не купили игрушку или когда впервые падаешь с велосипеда, просто заплакать и дать волю своим эмоциям. На съёмочной площадке всё иначе, хоть ты и живёшь там чужой жизнью и максимально вживаешься в роль, всё же там ты другой. А Стэнли хотелось увидеть свои собственные слёзы, выпустить непонятный груз своей души через эти маленькие солёные капли, идущие из глаз. Но слёз не было, какая-то пустота поселилась в сердце и отягощала его. Парень перевёл взгляд на воду и стал всматриваться в лёгкую рябь от ветра на поверхности пруда, как вдруг в самом центре искусственно созданного водоёма он увидел очертания человека, который плыл в глубине тёмных волн. Но сама поверхность пруда по-прежнему еле колыхалась от летнего ночного ветерка. Стэнли сначала подумал, что это ему показалось. Он, встав со скамьи и опустившись на колени, ухватился за мраморный помост и начал всматриваться лучше. Видение не исчезало и даже наоборот стало более явным. Синие глаза Стэнли и небесный взгляд незнакомца встретились… Избранный небом пошатнулся, ощутив резкую нехватку воздуха в лёгких, казалось, что все мышцы прошибли ледяные шипы и он больше никогда не сможет сдвинуться с места…
— Дружище, ты здесь! — послышался опьянённый голос Троя, тоже решившего прогуляться и проветриться.
Наваждение тут же прошло. Стэнли тряхнул головой и увидел лишь безмолвную гладь воды, в которой отражался недавно народившийся месяц, всё те же одинокие звёзды и его побледневшее и испуганное лицо.
— Что ты там делаешь? — спросил Трой, подходя ближе.
— Уронил мелочь, — суетливо ответил Стэнли, поднимаясь с колен.
— Легендарный и знаменитый Стэнли Шероу уронил несколько центов и чуть не ринулся за ними в пруд! Смотри-ка, я уже придумал новый заголовок для жёлтых газетёнок.
— Прекрати, — буркнул парень, усаживаясь вновь на скамейку. — Ты теперь запросто можешь подрабатывать автором нелепых статей.
— Да это я так, — замялся Трой. — Первое, что пришло в голову. У меня завтра привоз новой продукции, и мне нужно быть на работе в восемь. Какой кошмар, я не проснусь в такую рань!
— Позвони своей секретарше, делов-то! Пусть она примет заказ.
— Естественно позвоню, это я… разговор поддержать, — сказал Трой, хватаясь за поручень скамейки, чтобы не упасть. — Ты, дружище, сегодня что-то явно не в духе!
— Просто я очень устал, — уныло ответил Стэн и поднялся. — Пошли внутрь, я тебе помогу, а то ты ненароком сам упадёшь в пруд. Ты, кстати, уже изрядно набрался.
— Да уж! — хихикнул его друг и направился в ресторан.
Стэнли обернулся напоследок и посмотрел на воду, но та была спокойна и безмятежна. Парень тряхнул головой и пошёл дальше, не заметив того, что на том месте, где только что ступала его нога, остались выжженные следы газонного настила…
* * *
Нибиус сидел на песке и подбрасывал сухие ветки в костёр. Дилан лежал в шезлонге, читая книгу и не обращая на сумерки никакого внимания, так как видел в темноте более чем идеально. А Латерна, уставшая после вечерней молитвы в храме, свернувшись калачиком спала на груди у Юджина, который задумчиво смотрел на пляшущие языки пламени. Огонь завораживал своим тихим потрескиванием и причудливыми образами полыхающих ветвей. Бесконечно приятное зрелище, которое никогда не повторяется и манит своей загадочностью и опасностью. Буквально на мгновение парень уловил, как ему показалось, чей-то взгляд в сердцевине синих узоров огня. Очертания человека с привлекательной внешностью, красиво очерченными губами и глазами цвета неба в самый ясный день, в которых будто и жил сам извечный дух обжигающей силы пламени.
— Стэнли… — задумчиво проговорил Юджин.
— Что?! — потянувшись, переспросила его Латерна, открывая глаза.
— Нет, ничего, — медленно ответил он, не отрываясь от костра, в котором по-прежнему хаотично взметались столпы искр от вновь и вновь подбрасываемой ему «пищи» Нибиусом.
— Что-то тебе слишком много кажется в последнее время, — отвлёкся от чтения Дилан и пристально посмотрел на друга. — Кто такой Стэнли?! Я слышал, как ты назвал это имя.
— Стэнли? — искренне удивился Юджин. — А я сам и не понял, что я произнёс…
— Ты нас что, за идиотов держишь?! — резко захлопнул книгу его тёмный собрат.
— Вовсе нет, я просто сказал первое, что пришло в голову, и прекрати цепляться ко мне по пустякам.
— Пустякам? — взвился тот. — Мэнфорд собрался готовить нас к какому-то важному заданию и объявил, чтобы мы держали себя в хорошей форме, а ты всю последнюю неделю не вылезаешь по вечерам из океана, оставляешь странные следы, там где пройдёшь, да и к тому же произносишь непонятные имена, которые ни с того ни с сего приходят тебе в голову!
— Послушай, Дилан, я, правда, сам не понимаю, что происходит, просто последнее время у меня болит голова. Часто болит. Поверь, если наставник скажет нам идти сейчас на войну, то я с радостью на неё отправлюсь и буду биться со всей присущей жестокостью, может этого я и хочу, но…
— Ладно, — перебил его Нибиус. — Всё нормально, у всех бывают временные срывы. Ты же знаешь, Дилан всегда и во всём видит только негатив.
— Ничего подобного, — уже успокоившись, ответил его друг, вновь раскрывая свою книгу. — Я, может, и подозрителен…
— И обворожителен! — разрядила до конца обстановку Латерна и поднялась. — Я пойду поплаваю напоследок, а затем поеду домой. Мы сегодня засиделись, и я даже уснуть успела.
— Я с тобой, — вскочил Юджин.
— Кто бы сомневался, — ехидно вставил Дилан и улыбнулся.
Его друг не ответил и пошёл к океану за Латерной. На его следах вновь появилась трава.
— Не обращай внимания, — усмехнулся Нибиус, заметив, как Дилан снова напрягся, глядя на это. — Спросим потом у Мэнфорда, что бы это могло значить. Может, у Юджина просто увеличивается его сила.
— Возможно, — процедил тот. — Но это ростки! Ты понимаешь?! Это жизнь! Как он может что-либо создавать, если все мы…
— Довольно! — оборвал его Нибиус. — Всё выясним у наставника.
В следующее мгновение он взмыл в воздух и полетел к чёрному небосводу, где таинственно перемигивались звёзды и перешептывались целые созвездия о смысле сущего бытия…
— Звёзды! — воскликнул Нибиус. — Вы так далеки и недосягаемы для людей, а я могу ощутить ваше ледяное дыхание и познать скрытые истины!
Парень левитировал в ночном небе, и прохладный ветерок обдувал его красивое тело. Нибиус любил летать по ночам и ловить себя на мысли о невероятной близости к звёздам, которые так величественны и прекрасны. Однажды он решил нарисовать небосвод в сумерках, но, испортив около пяти полотен, оставил эту затею, решив, что рисовать небо — это кощунство. Повторить руку Богов не сможет никто, даже их сын, коим он являлся. «Совершенство нельзя повторить, — всегда говорил он, — ибо мы и есть совершенство…»