Чтение онлайн

Почтенные люди, которые не станут зря болтать, видели, как Жиллиат, стоя возле этих камней, беседовал с жабой. Жаб вообще на Гернзее нет: там водятся исключительно ящерицы, а жабами славится Джерсей. Очевидно, жаба эта приплыла на Гернзей, чтобы побеседовать с Жиллиатом. Разговор носил дружеский характер.

Факты эти несомненны, а доказательством служит то, что камни до сих пор стоят на том же месте.

Кто этому не верит, может пойти и убедиться; там даже поблизости находится дом с вывеской: «Торговец скотом и битым мясом, воронками, железом, костями и табаком; точен в расчетах и внимателен к покупателям».

Никто не посмеет отрицать существования тех камней и того дома.

Все это говорило против Жиллиата.

Зачастую между крестьянами можно было услышать такой разговор:

— Не правда ли, сосед, у меня славный бык?

— Он что-то слишком ожирел.

— Да, пожалуй.

— Сплошное сало, в нем ведь совсем нет говядины. Ты уверен, что Жиллиат не мог его сглазить?

Иногда Жиллиат останавливался в поле около жнецов или у изгороди сада, в котором работали садовники, и обращался к ним со странными словами:

— Ясень зазеленел — заморозков больше не будет.

— Если не будет больше дождей, пшеница испортится.

— Черешня растет гроздьями, нужно за ней следить.

— Если на шестой день новолунья будет такая же погода, как на четвертый и на пятый, то она уж простоит десять дней из двенадцати в первой половине и одиннадцать дней из двенадцати во второй половине месяца.

— Следите за соседями, с которыми вы вступили в тяжбу. Как бы они не нанесли вам вреда.

— Если напоить свинью теплым молоком, она околеет. Если натереть корове зубы пыреем, она перестанет есть.

— Рыба мечет икру — остерегайтесь лихорадки.

— Лягушки выплывают на берег — пора сеять дыню.

— Трава цветет — сейте ячмень.

— Липа цветет — косите луга.

— Серебристый тополь цветет — открывайте парники.

— Табак зацвел — закрывайте теплицы.

Самое удивительное то, что все его советы были правильными.

В одну из июньских ночей он играл на волынке, сидя на дюне около Фонтенелля. И в ту ночь рыбаки, ловившие макрель, вытащили пустые сети.

Однажды вечером во время отлива, на берегу, неподалеку от дома Бю-де-ля-Рю, опрокинулась тележка с водорослями. Жиллиат, должно быть, испугался, как бы против него не возбудили дела, потому что старательно помогал поднять тележку и даже сам ее нагрузил.

У одной из соседских девочек, случилось, появились вши. Жиллиат отправился в порт Сен-Пьер, привез какую-то мазь и смазал ею ребенка: вши исчезли. Всем было совершенно ясно, что он сам наслал вшей на ребенка. Есть ведь такой заговор!

Жиллиат часто заглядывал в колодцы, а ведь это очень опасно, раз известно, что у человека дурной глаз; однажды в Аркюлоне, неподалеку от порта Сен-Пьер, вода в одном из колодцев испортилась. Хозяйка этого двора обратилась к Жиллиату, показав ему стакан воды. Жиллиат согласился, что жидкость мутная. Женщина, хотя и с недоверием, попросила его помочь ей. Жиллиат стал задавать ей вопросы: есть ли во дворе сток для нечистот, не проходит ли он близко от колодца. Женщина ответила утвердительно. Жиллиат отправился в хлев, принялся там возиться над стоком, отвел его в другую сторону, и вода в колодце стала хорошей. Это вызвало всяческие толки. Колодец не может испортиться, а потом исправиться без причины. Решили, будто Жиллиат сам испортил воду в колодце.

Однажды видели, как у Жиллиата шла из носу кровь. На это обратили внимание. Один судовладелец, много путешествовавший и объехавший весь свет, сообщил, что у всех тунгусских колдунов идет носом кровь. Если там видят человека с кровотечением из носа, с ним держатся настороже. Рассудительные люди заметили при этом: у тунгусских колдунов могут быть одни особенности, а у гернзейских — совершенно иные.

В Михайлов день видели, как Жиллиат остановился на лужайке у большой дороги, свистнул, и к нему тотчас же подлетел ворон, а вслед за ним сорока. В Гамеле некоторые старухи утверждали, будто слышали на рассвете, как ласточки называли Жиллиата по имени.

Ко всему этому он не отличался добротой.

Один несчастный человек колотил однажды своего осла. Упрямый осел не двигался с места. Бедняк ударил его несколько раз сапогом в живот, и осел упал. Жиллиат подбежал, чтобы поднять животное, однако оно оказалось мертвым. Тогда Жиллиат надавал бедному человеку пощечин.

В другой раз он увидел, что мальчик спускается с дерева с выводком неоперившихся птенцов. Жиллиат поступил с этим мальчуганом жестоко: он отнял у него птенцов и водворил их обратно в гнездо. Когда прохожие стали его упрекать, он ограничился лишь тем, что указал им на родителей птенцов, которые беспокойно кружились над деревом и сейчас же подлетели к своим детенышам. Он вообще питал слабость к птицам, а это свойственно колдунам.

Детям доставляло особое удовольствие разорять гнезда чаек и бакланов на прибрежных скалах. Они извлекали из них голубые, желтые и зеленые яйца, скорлупой которых украшали карнизы каминов. Так как эти скалы отвесные, ребятишки часто скользят, падают и разбиваются насмерть. Но ничто не может сравниться красотой с украшениями из яиц морских пичуг. А Жиллиат мешал детям и в этом. Рискуя собственной жизнью, он взбирался туда и сооружал там из старой одежды пугала, чтобы помешать птицам вить гнезда, а ребятишкам — их разорять.

Вот почему Жиллиата ненавидели все.

Мнения о Жиллиате расходились. Большинство местных жителей считали его оборотнем, некоторые утверждали, будто он сын женщины и дьявола.

Если женщина рожает семерых сыновей, седьмой из них обязательно оборотень. Но только в промежутках не должно родиться ни одной девочки.

У оборотня на теле непременно есть родимое пятно в виде лилии, т. е. герба короля Франции. В этой стране оборотней очень много, особенно в Орлеане. Там в каждой деревне живет оборотень. Для исцеления больного достаточно, чтобы оборотень подул на его раны или позволил ему прикоснуться к своей лилии. Особенно удачным такое лечение бывает в ночь на страстную субботу.

Оборотни есть также на островах Джерсей, Ориньи и Гернзей. Это, очевидно, потому, что Франция имеет все права на Нормандию. Иначе откуда бы взялось изображение лилии?

На Ламаншских островах много золотушных, которых оборотни умеют излечивать. Потому последние положительно необходимы.

Люди, видавшие, как Жиллиат купался в море, уверяли: у него на теле есть изображение лилии. Когда его спросили об этом, он расхохотался. Иногда Жиллиат смеялся, как все люди. С тех пор никто больше не видел его во время купания: он стал купаться в опасных и уединенных местах. Вероятно, делал это по ночам, при лунном свете, — еще одно подозрительное обстоятельство.

Те же, кто считал его сыном дьявола, по-видимому, ошибались. Им следовало знать, что дети сатаны водятся исключительно в Германии. Но ведь пятьдесят лет назад в той местности люди были так невежественны!

Верить в то, будто на острове Гернзее мог жить сын дьявола, — явное преувеличение!

Однако, несмотря на все это, к Жиллиату относились с почтением. Крестьяне, хотя и со страхом, задавали ему вопросы о своих болезнях. Но в этом страхе заключалось доверие. А в деревнях чем больше боятся врача, тем действеннее оказывается его средство. У Жиллиата были лекарства, оставленные ему покойной матерью. Он давал их всем, кто к нему обращался, и не хотел брать за них денег. Многие болезни он лечил травами; у него было также средство против лихорадки. Химик из прихода Святого Сампсония, по-нашему аптекарь, твердо верил, что это хинная настойка. Даже те, что были настроены по отношению к нему наименее доброжелательно, признавали: своими лекарствами он приносит пользу; но Жиллиат не хотел сознаваться в том, что он оборотень. Когда какой-нибудь золотушный просил у него разрешения дотронуться до его родимого пятна, он захлопывал дверь перед носом больного; он наотрез отказывался творить чудеса, а это не подобает колдуну. Не хотите — не будьте чародеем. Но если уж вы взялись за такое дело — исполняйте его как следует.