Чтение онлайн

— Вы спасли моего ребенка! — воскликнула она.

Гарольд был истинным джентльменом и добрым человеком. Он не мог позволить себе отвечать ей, пока не добился, чтобы она встала, только тогда он мягко сказал:

— Ну, ладно, ладно! Не надо плакать, я рад, что смог быть полезен. Любой на борту мог оказаться на моем месте. Просто я был ближе всех и стал первым. Только и всего!

К ним подошел мистер Стоунхаус, он энергично пожал руку Гарольда.

— Не знаю, как благодарить вас. Но вы настоящий мужчина, вы понимаете, что я сейчас чувствую. Благослови вас Господь за доброту к моему ребенку, а также к нам, родителям!

Супруги снова обнялись, удерживая застывшую в воде девочку вместе, согревая ее своими телами. Только теперь малышка ощутила страх — отчасти из-за волнения взрослых, отчасти потому, что стало проходить состояние шока. И она заплакала.

— Мама, мамочка, — и она захлебнулась рыданиями, от которых слезы выступили на глазах многих свидетелей.

— Одеяла уже нагрели, надо переодеться и согреться тем, кто был в воде, — сказал один из подошедших офицеров.

Миссис Стоунхаус пошла в каюту, прижимая к себе плачущую девочку, а два матроса сопровождали ее, оберегая от падения на мокром настиле. Гарольда сопровождали другие члены экипажа. Кто-то накинул ему на плечи покрывало, кто-то налил бренди, кто-то по-приятельски похлопал по плечу.

Остаток дня на корабле царила тишина. Благополучное избавление от беды умиротворило всех, а пережитое волнение забрало немало сил и у непосредственных участников события, и у его свидетелей. Семейство Стоунхаус оставалось в своей каюте, хлопоча вокруг Перл, которая вскоре уснула в тепле, после того как ее осмотрел доктор. Гарольд был ужасно смущен всеобщим вниманием, а потому не выходил из каюты, пока гонг не призвал пассажиров к ужину.

Глава 25

И ДИТЯ ПОВЕДЁТ НАС

После ужина Гарольд сразу вернулся в свою каюту и прилег на диван. На него накатила волна тягостных воспоминаний — естественная реакция, как обратное качание маятника после всех треволнений дня.

Кто-то осторожно постучал в дверь. Открыв, Гарольд увидел мистера Стоунхауса, который заговорил с порога:

— Я пришел к вам по поводу своей дочери, — он остановился, потому что голос предательски дрогнул.

Гарольд испугался, что на него обрушится новый поток благодарностей, а потому поспешил ответить, не дожидаясь продолжения:

— О, умоляю вас, ничего не говорите! Я был только рад, что мне выпала честь оказаться полезным. Надеюсь, малышка хорошо себя чувствует после этого… приключения?

— Поэтому я и зашел, — сказал мистер Стоунхаус. — Мы с женой, действительно, благодарны вам и не хотели бы докучать. Но дочка после всего пережитого сильно испугалась и зовет вас. Мы пытались успокоить ее, но тщетно. Она проснулась и наотрез отказывается улечься снова, пока не увидит вас. Она все зовет «дядю», который придет и поможет ей. Мне ужасно неловко, я представляю, как вы устали. И вам надо согреться и отдохнуть, но если бы вы смогли…

Гарольд прервал его жестом и просто сказал:

— Конечно, я пойду. Если я еще что-то смогу сделать, меня это искренне порадует. Перл — прелестный, добрый ребенок. Я поражен ее терпением и волей к жизни, мало кто смог бы перенести такое испытание.

— Вы должны все подробно рассказать мне и ее матери, — вздохнул мистер Стоунхаус, и они вместе отправились к маленькой Перл.

Когда они подошли к каюте, сразу услышали за дверью детский голос, громкий и почти пронзительный:

— Где дядя? О, где же дядя? Почему он не приходит? Он сможет меня спасти! Я хочу видеть дядю!

Как только дверь открылась и девочка увидела Гарольда, панический тон сменился возгласом радости. Перл потянулась навстречу молодому человеку, и он принял ее из рук матери. Девочка прижалась к его груди, поцеловала в щеку и погладила маленькой ручкой по лицу, словно хотела убедиться в его реальности. Потом она положила голову ему на плечо, вздохнула, и мягкий, глубокий сон охватил ее, словно туман, в котором расплываются контуры. Гарольд присел, удерживая ребенка на руках. Миссис Стоунхаус укутала девочку теплой шалью и села рядом. Отец и няня стояли у дверей, с тревогой глядя на происходящее.

Через некоторое время, когда показалось, что девочка уснула, Гарольд осторожно встал и положил ее в кроватку. Но стоило ему выпустить ее из рук, она проснулась с криком. В распахнутых глазах стоял ужас. Перл вцепилась в руку юноши и проговорила между рыданиями:

— Не оставляй меня! Не оставляй меня! Нет, нет!

Гарольд был искренне тронут, он подхватил малышку и проговорил:

— Нет, милая, я не собираюсь оставлять тебя! Посмотри мне в глаза, обещаю, что буду рядом. Все будет хорошо. Ты мне веришь?

Она быстро взглянула ему в лицо, кивнула и снова опустила голову ему на плечо, а затем прошептала:

— Да, я больше не стану бояться. Я верю тебе, дядя!

Миссис Стоунхаус хотела помочь юноше, который так много сделал для ее ребенка и теперь продолжал заботиться о Перл.

— Милая, хочешь сегодня спать с мамой? — предложила она, чтобы отвлечь девочку и освободить молодого человека. — Мистер… дядя, — он бросила на Гарольда извиняющийся взгляд, — дядя останется с тобой, пока ты не заснешь.

Но девочка решительно тряхнула головой и упрямо заявила:

— Нет, я буду спать с дядей!

— Но, дорогая, — проговорила шокированная мать. — Он ведь тоже хочет спать.

— Но, мамочка, он же тоже может спать! Я буду вести себя хорошо и лежать тихо-тихо. Но я не усну, если он меня отпустит. Я так боюсь, что меня проглотит море! — и она еще крепче вцепилась в Гарольда.

— Вы не будете возражать? — растерянно спросила миссис Стоунхаус у Гарольда, а заметив понимание на его лице, рассыпалась в благодарности, смахивая слезы. — О, вы так добры к нам!

— Тише, тише, — кивнул Гарольд, а потом он обратился к Перл, стараясь быть мягким и убедительным. — А теперь, милая, пришло время, когда хорошие маленькие девочки ложатся спать, особенно если перед этим у них был… эээ… интересный день. Сейчас тебе помогут надеть пижаму, а потом я вернусь и возьму тебя с собой. А мама с папой заглянут к нам и посмотрят, какая ты молодец, и как славно засыпаешь.

— Не задерживайся! — встревоженно сказала девочка, позволяя ему, наконец, отойти в сторону.