Чтение онлайн

скорее прибыть ко двору и с обещаниями всяческих на¬ град. Имя Колумба было у всех на устах, каждый истин¬ ный испанец гордился им и прославлял его. Сразу же бык отдан приказ о подготовке новой экспедиции. Все только и говорили, что об открытиях и об их последствиях. Так пролетел месяц. Наконец адмирал прибыл в Барселону в сопровожде¬ нии большей части индейцев, вывезенных с открытых им островов. Ему была оказана высочайшая честь: Ферди¬ нанд и Изабелла приняли Колумба при всем народе, под¬ нялись со своих тронов при его приближении и настояли, чтобы он сел в их присутствии, что разрешалось только особам королевской крови. Затем адмирал дал отчет о своем плавании, показал привезенные с собою диковинки и поделился соображе¬ ниями о будущих выгодах, какие принесут его открытия. Когда он закончил свою речь, все присутствующие упали на колени, дворцовый хор пропел благодарственную мо¬ литву и даже суровый Фердинанд прослезился от радо¬ сти, благодаря небеса за столь неожиданный и великий подарок. Долгое время Колумб пребывал на вершине славы. И, когда пришло время отправиться во второе путеше¬ ствие «на восток», как тогда говорили, он отплыл, окру¬ женный всеобщим уважением и почетом. За несколько дней до прибытия адмирала ко двору в Барселоне неожиданно объявился дон Луис деБобадилья. В другое время приезд молодого графа вызвал бы среди придворных толки и пересуды, но теперь все были на¬ столько увлечены великими открытиями Колумба, что почти никто не обратил на юношу внимания. Однако присутствие его было все же замечено, и многие, пожимая плечами, с улыбкой, шепотком передавали друг другу, что он сошел с каравеллы, прибывшей из Леванта. Какое- то время придворные остряки даже подшучивали, опять же вполголоса, что граф де Льера тоже совершил путеше¬ ствие «на восток»! Но все это как будто совсем не трогало нашего героя. Вскоре он вернулся к своим обязанностям при дворе и зажил как ни в чем не бывало. В день торжественного приема Колумба Луис де Бо- бадилья тоже был в зале, облаченный в роскошные одеж¬ ды, и никто даже из самых знатных дворян Испании не мог с ним соперничать в красоте и благородстве осанки. 380

Было замечено, что Изабелла благосклонно улыбнулась Луису во время церемониального шествия, однако более рассудительные наблюдатели только покачивали головой. Любимица королевы маркиза де Мойя даже в столь радо¬ стный день была сурова и холодна, и причиной тому было, видимо, недостойное поведение ее ветреного пле¬ мянника. Лишь один человек смотрел на дона Луиса с нескрываемым восторгом: это был Санчо Мундо, который остался в Барселоне, чтобы принять участие в торжестве Колумба, и даже получил за свои заслуги разрешение присутствовать на приеме. Его пристрастие к табаку, не¬ ведомому растению, от которого он получал явное удо¬ вольствие, привлекало к нему всеобщее внимание. Чуть ли не двадцать придворных едва не отравились, пытаясь ему подражать! А после приема с ним приключился слу¬ чай, который так характерен для духа эпохи, что о нем стоит рассказать подробно. Церемония окончилась, и Санчо вместе с толпой уже выбирался из зала, когда его остановил человек лет со¬ рока, хорошо одетый, с приличными манерами и спросил, не согласится ли Санчо принять участие в одном из скром¬ ных обедов в честь адмирала и его друзей. Санчо, для которого все эти празднества и почести были в новинку, разумеется, благосклонно согласился и вскоре оказался в одной из дворцовых комнат, где ради него собралось че¬ ловек двадцать молодых дворян: в тот день в Барселоне каждый почитал за счастье, если ему удавалось заполу¬ чить хоть самого незаметного из спутников Колумба! Едва Санчо вошел, как юные отпрыски знатных кастильских семейств обступили его со всех сторон, осы¬ пая моряка похвалами и поздравлениями и нетерпеливо расспрашивая его спутника, которого называли то доном Педро, то сеньором Пьетро Мартйре. Вряд ли стоит уточ¬ нять, что это был прославившийся впоследствии историк Пьетро Мартйре, или Педро Мартйр, итальянец по проис¬ хождению, которому Изабелла доверила воспитание и обучение придворной молодежи. Стремясь удовлетворить вполне понятное любопытство своих родовитых воспитан¬ ников и зная, что сам Колумб недостижим, он выбрал Санчо, руководствуясь известным принципом: за неиме¬ нием лучшего обходятся тем, что есть под рукой. — Поздравьте меня, сеньоры! — воскликнул Мартир, когда наконец получил возможность говорить. — Мой 381

успех превзошел все наши надежды! Сам генуэзец и бли¬ жайшие его сподвижники сегодня в гостях у таких вели¬ ких особ, что не нам с ними равняться. Но вот перед вами достойнейший рулевой Колумба и, несомненно, второй по значению человек на борту каравеллы; он согласился ока¬ зать нам честь и разделить с нами скромную трапезу. Я извлек его из толпы любопытных и даже не успел еще узнать его имя. Надеюсь, он сам себя назовет! Санчо никогда не мог пожаловаться на недостаток на¬ ходчивости, и у него вполне хватало природного ума, что¬ бы не остаться в дураках и не прослыть невеждой, хотя читатель уже знает, что до ученого мужа или глубоко¬ мысленного философа ему было весьма далеко. Поэтому сейчас он принял соответственно достойный вид и, уже поднаторев после тысячи расспросов, на которые ему пришлось отвечать за последний месяц, приготовился к роли человека, побывавшего в Индии. —- Меня зовут Санчо Мундо, сеньоры, — отрекомен¬ довался бравый рулевой. — Иногда меня называют просто Санчо с корабельной верфи, но я бы хотел, чтобы меня звали Санчо Индейский, если только его милость дон Хри¬ стофор не будет возражать, потому что он имеет, на это больше прав, чем я. Все хором запротестовали, утверждая, что он тоже имеет на этот титул полное право. И тут же все присутст¬ вующие начали наперебой представляться Санчо с кора¬ бельной верфи, называя самые громкие в Кастилии имена. Хотя у испанцев и не принят этот американский обы¬ чай, но в данном случае возможность покрасоваться и похвастаться титулами была слишком соблазни¬ тельна! После этой церемонии, когда юные отпрыски родов Мендосы, Гусмана, де Серда, де Толедо и прочих удостои¬ лись чести познакомиться с простым моряком, вся ком¬ пания перешла в залу, где стол ломился от яств, приго¬ товленных искуснейшими поварами Барселоны. И, хотя любознательность молодежи часто брала верх над благо¬ воспитанностью, ни один вопрос не мог отвлечь Санчо от занятия, к которому он питал почти религиозное благого¬ вение, то есть от еды. А когда ему стали слишком докучать, он положил на стол вилку и нож и торжественно заявил: — Сеньоры! Я считаю пищу даром божьим и полагаю, что грешно так много говорить, когда поставленные перед 382

нами яства требуют, чтобы мы своими челюстями воздали хвалу тому, кто о нас позаботился. Я знаю, что дон Хри¬ стофор держится того же мнения и все его спутники под¬ ражают своему любимому и славному адмиралу. Когда я закончу, тогда и поговорим, сеньоры идальго, и тогда — да поможет бог глупцам и невеждам! После такой речи оставалось только ждать, пока Сан- чо насытится. Наконец он слегка отодвинулся от стола и заговорил, обращаясь к Педро Мартиру: — Я, сеньор, конечно, человек не ученый, но то, что я видел, я видел, а то, что моряк знает, он знает не хуже доктора из Саламанки! Поэтому спрашивайте меня, бога ради, о чем хотите, однако знайте, что я буду отвечать как человек хоть и бедный, но честный. Педро Мартир был человек ученый и хотел выведать у Санчо как можно больше, полагая, что сейчас важнее всего получить сведения, как говорится, из первых рук. Посему он и принялся задавать вопросы так же просто и прямо, как Санчо согласился на них отвечать. — Хорошо, сеньор, — начал ученый муж. — Нам хоте¬ лось бы узнать очень многое. Прежде всего скажите, ка¬ кое из чудес поразило вас больше всего в этом путешест¬ вии и оставило самый неизгладимый след? — Полярная звезда! — не задумываясь, ответил Сан¬ чо.— Мы,, моряки, всегда считали ее неподвижной, как собор в Севилье, но' в это плавание все видели, как она переходила с м'еста на место с непостоянством ветра! — Поистине это чудо! — воскликнул Педро Мартир, не зная, что и думать. — Но, может быть, вы ошиблись, сеньор Санчо? Может быть, у вас просто нет навыка в наблюдении за светилами? — Если не верите мне, спросите у дона Христофора! Когда был замечен этот «ферномен», как его назвал ад¬ мирал, мы долго толковали о нем и оба решили, что в мире сем ничто не постоянно. Верьте мне, сеньор дон Педро, Полярная звезда не стоит на месте! — Я спрошу об этом у преславного адмирала, — со¬ гласился из вежливости ученый. — А что удивило вас больше всего, сеньор Санчо, после Полярной звезды? Пусть научные вопросы разрешит будущее, я имею в виду обыденные явления. Ответить на это было не так-то легко, и Санчо при¬ задумался, В это время дверь отворилась, и в комнату, 383

привлекая внимание своей мужественной красотой и пыш¬ ностью наряда, вошел дон Луис де Бобадилья. Хор голо¬ сов приветствовал его, и сам Педро Мартир поднялся ему навстречу, всем своим видом выказывая радость и одно¬ временно дружеский укор. — Граф! — сказал он. — Я просил вас пожаловать сюда, хотя вы уж больше не воспитанник мой и мо¬ жете не прислушиваться к моим советам. Но мне каза¬ лось, что для человека, который так увлекается путеше¬ ствиями, как вы, было бы полезно и в высшей степени на¬ зидательно послушать о чудесах славной экспедиции Колумба. Сей достойный моряк, к тому же рулевой и несомненно один из доверенных спутников адмирала, со¬ гласился воспользоваться нашим скромным гостеприим¬ ством в столь славный день и сейчас рассказывает нам о самых интересных и примечательных событиях этого по¬ разительного плавания. Сеньор Санчо Мундо, познакомь¬ тесь с благородным Луисом де Бобадилья, который тоже немало постранствовал по морям! — Зря беспокоитесь, сеньор, это и так видно с цервого взгляда, — проговорил Санчо, отвечая неуклюжим, но по¬ чтительным поклоном на веселое приветствие графа, де Льера. — Его сиятельство тоже был на востоке, как и я, с доном Христофором, только мы плыли туда разными путями, и ни он, ни мы так и не добрались до Катая. Знакомство с вами, ваше сиятельство, для меня большая честь. После подвигов благородного адмирала и ваших мореплавание должно теперь войти в моду. Если вам случится быть в окрестностях Могера, надеюсь, вы не пройдете мимо моих дверей, не постучавшись и не узнав, дома ли Санчо Мундо! — Это я охотно обещаю, достойный кормчий, даже если придется сходить за тобой на верфь! — со смехом ответил дон Луис, подсаживаясь к столу. — Но прошу вас, сеньор Педро, продолжайте вашу беседу. Судя по тому, что я мельком слышал, она обещает быть весьма интересной! — Я обдумал ваш вопрос, сеньоры, — важно продол¬ жал Санчо. — Вы спросили, что меня больше всего уди¬ вило после Полярной звезды, которая там не стоит на месте. Отвечаю: отсутствие денег в Сипанго. Золота там достаточно, и просто непонятно, почему из него не чека¬ 384

нят доблы или какие-нибудь другие монеты! Ума не при¬ ложу, как они там обходятся без денег! Все посмеялись над этой шуткой, затем Педро Мартир проговорил: — Этот вопрос скорее относится к области государст¬ венной политики, а нас интересуют природные феномены. Что вы скажете о тамошних жителях? Что вас больше всего в них поразило? — В тамошних жителях? Ну, самый удивительный из всех «ферноменов» это, конечно, остров женщин1. Я знаю, что есть монастыри женские и монастыри мужские, но пи разу до этого плавания не слыхал, чтобы женщины или мужчины удалялись от мира на острова! — Неуя^ели это правда? Поразительно! И вы сами видели такой остров, сеньор? — послышались со всех сто¬ рон недоверчивые восклицания. — Да, мы такой остров видели издалека, и слава богу, что не подошли ближе, потому что с меня вполне хватит одних могерских сплетниц, а тут целый остров — нет уж, увольте! И еще там есть одна чудная штука: хлеб у них растет в земле2, как коренья, — не правда ли, дон Луис? — Откуда мне знать, сеньор Санчо, — расхохотался дон Луис. — Тебе это лучше известно! Я ведь в Сипанго не был и прибыл совсем с другой стороны. Так что отве¬ чай на вопрос сам. — И то правда, светлейший граф, прошу простить меня великодушно! Да и что мне на вас ссылаться? Долг всякого видевшего — рассказать о том, что он видел, а всякого не видевшего — верить на слово. Надеюсь, мы все честно справимся с нашими несхожими обязанно¬ стями! — А какое мясо едят индейцы? Такое же необычное, как их хлеб? — спросил молодой де Серда. — Вот именно, благородный сеньор, потому что они 1 Конечно, такого острова не было; Колумб, неправильно истолковав - какие-то сведения, полученные им от индейцев на Эспаньоле, писал, что где-то поблизости от Эспаньолы находится остров, где живут одни женщины, и что остров этот называется Матинино. 2 Санчо упоминает здесь, о бататах—сладком картофеле. До открытия Америки Европа не имела ни малейшего понятия о кар¬ тофеле. 13 Ф. Купер, том VI 385

там едят друг друга!1 Правда, ни меня, ни дона Христо* фора на такие пиршества не приглашали, зная заранее, что мы не явимся, но мы о них достаточно наслышаны!1 Я даже подсчитал, что на острове Бохио за год съедают примерно столько же человек, сколько в Испании съедают быков! Дружные возгласы возмущения прервали рассказчика, а Педро Мартир даже затряс головой, показывая, что не верит ни одному слову. Однако от Санчо он и не ожидал особенно ценных наблюдений и философских обобщений, а потому продолжал расспрашивать: — Вы знаете что-нибудь о редких птицах, которых адмирал сегодня показывал их высочествам? — Я видел их всех, сеньор, но лучше всего знаю по¬ пугаев. Умнейшие птицы, доложу вам! Они наверняка могли бы ответить на многие вопросы, которые мне за¬ дают здесь, в Барселоне! — Я вижу, вы большой шутник, сеньор Санчо, — с улыбкой заметил ученый муж. — Ну что ж, дайте волю воображению и позабавьте нас выдумкой, если уж нам не суждено узнать ничего достоверного. — Ради вас, сеньоры, я готов на все, клянусь святым Педро! Но с детства я так пристрастился к истине, что сейчас мне трудно ее приукрашивать. Я верю только в то, что видел, а в Индии я не мог закрывать глаза на раз¬ ные чудеса, которые там встречаются на каждом шагу! Скажем, встретилось нам травяное море, и мы плыли через него не один день. Видно, все черти потрудились там, сваливая в воду всякую дрянь, чтобы помешать нам принести веру Христову несчастным дикарям. Мы про¬ шли через эти травы скорее с помощью наших молитв, не¬ жели парусов. Молодые люди повернулись к Педро Мартиру, чтобы узнать, как он относится к такому утверждению. Но тот, несмотря на все свои суеверия, присущие людям того вре¬ мени, видимо, не очень-то доверял россказням моряка, даже самолично побывавшего в Индии. — Сеньоры! — спокойно и с достоинством вступил в 1 Неправильно истолковав сведения, которые получены были на Кубе, Колумб в дневнике своем отметил, что обитатели Бохио одят человеческое мясо. Бохио—одно из названий острова Гаити (Эспаньолы). 388

разговор дон Луис; Раз уж вас так интересует все, что касается Колумба, удостоенного высокого титула адмира¬ ла, я могу до некоторой степени удовлетворить ваше лю¬ бопытство. Вы знаете, что я был хорошо знаком с доном Христофором еще до его плавания и что отчасти благода¬ ря мне он был снова призван в Санта-Фе, когда' уже хо¬ тел навсегда покинуть Испанию. По возвращении вели¬ кого генуэзца в Барселону дружба наша возобновилась. Мы провели немало часов в задушевных беседах, обсуж¬ дая события этого достославного плавания. И, если хоти¬ те, я готов поделиться с вами всем, что узнал со слов са¬ мого адмирала. Вся компания единодушно приняла это предложение, и Луис де Еобадилья приступил к рассказу, подробно останавливаясь на главных событиях путешествия и на том, что больше всего поразило мореплавателей или могло особенно заинтересовать его слушателей. Он говорил более часа, описывая острова, тамошнюю природу и богатства, действительные й воображаемые. Разумеется, далеко не все в его словах соответствовало истине — языка индей¬ цев мореплаватели не знали, многое понимали непра¬ вильно да и суждения самого Колумба бывали ошибоч¬ ны, — но дон Луис рассказывал складно, ясно и весьма убедительно: ведь под видом того, что он якобы узнал от адмирала, наш герой делился собственными впечатлени¬ ями! Неудивительно, что красота и живость его описаний вызывали всеобщее восхищение. Даже Санчо был увле¬ чен! И, когда дон Луис кончил, моряк, вскочив со своего места, восторженно воскликнул: — Сеньоры! Каждому его слову вы можете верить, как святому евангелию! Правдивее рассказать невозмож¬ но, даже если бы благородный сеньор видел все своими глазами! Отныне его рассказ будет моим рассказом, слово в слово. И, если мой святой покровитель не лишит меня памяти, я буду точно так же рассказывать об этом пла¬ вании любопытным кумушкам Могера, когда вернусь в сей благословенный город моего детства. Престиж Санчо весьма заметно упал после рассказа дона Луиса. Педро Мартир заявил, что подобное описание достойно настоящего ученого, который сам участвовал в экспедиции. Старому моряку задали еще несколько воп¬ росов, чтобы убедиться, совпадут ли его ответы с тем, что 13* 387

все только что услышали, однако из этой затеи ничего не вышло: громко протестуя, Санчо подтверждал каждое слово юного графа. Трудно представить, как много принес дону Луису этот небольшой рассказ. В те дни достаточно было тол¬ ково и точно пересказать слова, приписываемые Колумбу, чтобы снискать всеобщую известность. Педро Мартир, справедливо считавшийся человеком весьма знающим и достойным, везде и всюду превозносил нашего героя, и его знатные питомцы вторили ему со всем пылом увле¬ кающейся молодости. Слава генуэзца в те дни была так велика, что сияние ее распространялось на каждого, кто пользовался его рас¬ положением. Одного слуха о том, что Колумб счел графа де Льера достойным доверия и якобы поведал ему все то, о чем рассказал юноша, оказалось вполне достаточным, чтобы нашему герою простили тысячи дричуд и недостат¬ ков, и мнимых и действительных. Видя его постоянно в обществе дона Христофора, ему даже стали приписывать всяческие достоинства, которых раньше в нем почему-то никто не замечал! Так дон Луис де Бобадилья благодаря своей решимости и предприимчивости кое-чего добился в глазах общества. А какова была бы его слава, если бы он объявил, что сам принимал участие в знаменитой экспе¬ диции! Однако как обернулось и к чему привело все это в его отношениях с Мерседес, будет видно из следующей главы. Глава XXVIII Улыбка, взгляд, малейшее движенье — Как солнца разгорающийся свет! Не удержать прекрасного мгновенья, Когда спешит прекраснейшее вслед. Уильям Мазон1 День торжественного прибытия Колумба в Барселону стал для королевы Кастильской одним из самых волную¬ щих и счастливых дней ее жизни. Ведь это она поддер- 1 Мазон Уильям (1724—1797) — английский поэт и дра¬ матург. 358

шала великое предприятие своим авторитетом и своими средствами! Пожалуй, ни один монарх не получал4 еще такого высокого удовлетворения от завершенного им дела. Великолепные результаты полностью вознаградили все ее обдуманные и настойчивые усилия. Когда затихли суета и треволнения этого шумного дня, Изабелла удалилась в свой кабинет и там, как обычно в таких случаях, упала на колени и возблагодарила прови¬ дение в горячей молитве. Она просила небо помочь ей в ее новых начинаниях и наставить ее как государыню и как христианку. Поднявшись с колен, королева несколько минут сиде¬ ла, склонив голову на руку, в глубокой задумчивости, когда тихий стук в дверь привлек ее внимание. Звук был очень осторожен и едва слышен. Во всей Испании лишь один человек мог позволить себе такую вольность. Изабелла встала, повернула ключ и впустила короля. Едва прикрыв за собой дверь, Фердинанд остановился и с минуту молча смотрел на жену. — Какое чудесное вознаграждение за столь малые усилия, не правда ли! — воскликнула королева, полагая, что муж думает о том же, что и она. — Целое государство со всеми его великолепными сокровищами и миллионами душ, которые будут спасены от вечного проклятия благо¬ даря милости, столь же неожиданной для них, каким ока¬ залось само их существование для нас! И все это такой ничтожной ценой! — Вы всегда заботитесь о спасении душ, Изабелла! Впрочем, вы правы. Что значат почести и богатства мира сего по сравнению с вечным спасением и радостями не¬ бесными! Но, признаюсь, Колумб превзошел все мои ожидания. Он открыл перед Испанией такое будущее, что теперь трудно даже представить пределы ее могу¬ щества! — Я думаю о миллионах несчастных индейцев, кото¬ рые будут благословлять наше правление, о благотвор¬ ном влиянии и утешении, которое принесет им святая церковь! — Надеюсь, наш родственник и сосед дон Жуан Пор¬ тугальский не станет нам чинить препятствий в этом деле. Португальцы сами так жаждут открытий, что для них успех других государств — смертная обида. Говорят, 389

они обращались к своему королю с какими-то коварными и опасными предложениями, когда наша каравелла уже стояла в устье Тахо. — Колумб уверяет, — продолжала Изабелла о своем, —* что у этих индейцев вообще нет веры! Значит, миссионе¬ рам не придется искоренять язычество. Они без труда до¬ несут до этих простых душ откровение евангелия. — Надо полагать, адмирал знает, что говорит. По его расчетам, остров, который он назвал Эспаньолой, не усту¬ пает по размерам Арагону, Леону, Кастилии и Гранаде, вместе взятым, то есть всем нашим владениям на Пире¬ нейском полуострове! — А вы слышали, что он говорил о кротости и миро¬ любии тамошних жителей? Неужели вас не поразила доверчивость и простота индейцев, которых он привез с собой? Такой народ нетрудно будет научить поклоняться богу истинному и единому, а также чтить своих госуда¬ рей, как доброго отца и милосердную мать. — Чтить себя мы и так заставим, дорогая! В частной беседе дон Христофор заверил меня, что одной тысячи опытных воинов будет достаточно, чтобы покорить все эти восточные страны. Надо немедленно обратиться к свя¬ тейшему папе, чтобь1 он установил границы- между на¬ шими владениями и владениями короля Португальского. Это избавит нас от неприятных столкновений в будущем. Я уже говорил об йтом с кардиналом, и он обещал по¬ влиять на папу Александра. — Надеюсь, распространение святой веры не будет за¬ быто в этих переговорах? Горько видеть, как служители церкви пекутся о делах мирских, забывая о господе боге! С минуту дон Фердинанд внимательно смотрел на свою жену. Чутьем искушенного политика он уловил, что их мысли и чувства не совсем совпадают, и постарался по¬ скорее низвести королеву с небес на грешную землю. — Ваши дети, донья Изабелла, получат славное на¬ следство, если мы закрепим за собой это последнее вели¬ чайшее достижение нашей политики, — проговорил Фер¬ динанд. — И ваши и мои владения перейдут к одному наследнику. Может быть, семейные узы, связывающие нас с Португалией, позволят нам объединить весь'Пире¬ нейский полуостров... Гранада уже закреплена за вами 390