Чтение онлайн

— Гм! А может, мы ждем груз. Но я полагаю, вы при¬ были сюда в такой поздний час не для того, чтобы посмо¬ треть нашу декларацию судового груза? Вы хотите видеть капитана? — А разве не его я вижу? — Где? — быстро спросил тот, встрепенувпшсь и тем самым обнаруживая свой почтительный страх перед на¬ чальником. — Перед собой. — Перед вами? Нет, в нашем списочном составе я пока не занимаю такой высокой должности, хотя когда- нибудь, может, придет и мое время. Скажите-ка, прия¬ тель, вы, когда плыли к нам, прошли под кормой вон того судна, что дрейфует по течению? — Конечно. Как видите, он как раз на моем курсе. — Судно, видимо, в отличном состоянии и хорошо снабжено всем необходимым. Говорят, оно готово к от¬ плытию. — Похоже, что так. Паруса наготове, и осадка у него такая, будто оно полностью нагружено. — Чем? — быстро спросил собеседник. — Думаю, тем, что указано в его декларации. Но вы- то как будто еще не грузились? Если вам предстоит гру¬ зиться в этом порту, вы выйдете в море не раньше чем через несколько дней. — Гм! Не думаю, чтобы мы надолго задержались после того, как отплывет наш сосед, — суховатым тоном заметил тот. Затем, словно испугавшись, что прогово¬ рился, он быстро добавил: — Вы же знаете, у нас, рабо¬ торговцев, на борту нет почти никакого груза, кроме руч¬ ных кандалов да нескольких бочонков риса. А остальной наш балласт состоит из пушек да ядер, которыми их за¬ ряжают. — А разве такое тяжелое вооружение — обычное дело? — Может быть, да, а может быть, и нет. Правду ска¬ зать, на побережье закон не многого стоит, и сила зача¬ стую нужнее, чем право. Наверно, наши хозяева и ре¬ шили, что, если на борту окажется достаточно орудий и снаряженья, хуже от этого не будет. — Тогда следовало бы дать вам и людей, которые умеют с ними обращаться. 505

— Об этом они, очевидно, позабыли. Эти слова почти заглушил тот же зычный голос, что окликал лодку Уайлдера. Над волнами снова прокатился мощный рев, означавший: — Кто идет? Последовал быстрый и короткий ответ по всем мор¬ ским правилам, но произнесенный осторожно и негромко. Человека, с которым Уайлдер вел столь двусмысленную беседу, видимо, смутила эта внезапная помеха, и он не¬ сколько растерялся, не зная, как ему дальше себя вести. Он сделал было движение, словно желая отвести посе¬ тителя в каюту, однако плеск весел послышался у самого борта, возвещая, что теперь уже поздно. Велев своему собеседнику не двигаться с места, человек устремился к шкафуту чтобы встретить вновь прибывших. Таким образом, Уайлдер внезапно очутился в полном одиночестве. Это дало ему возможность возобновить свои наблюдения и разглядеть только что подплывших людей. Из шлюпки на палубу в глубоком молчании поднялись пять или шесть атлетически сложенных матросов. Они о чем-то пошептались с офицером, очевидно что-то доложив ему и получив от него какой-то приказ. Затем с грот- мачты спустили трос и конец его бросили в лодку. Через минуту груз, который надо было поднять на палубу, за¬ качался в воздухе, затем его медленно опустили, осто¬ рожно подтянули к борту и наконец благополучно поло¬ жили на палубу. Во время всей этой процедуры, которая сама по себе является вполне обычным делом на судне, стоящем на якоре в порту, Уайлдер изо всех сил напрягал зрение. Темная масса, поднятая из лодки, вырисовывалась на бо¬ лее светлом фоне неба, и она показалась ему похожей на человеческое тело. Теперь вокруг нее столпились моряки. Началась какая-то суета, послышался долгий приглушен¬ ный разговор, потом матросы подняли груз — или тело — и исчезли вместе с ним за мачтами, шлюпками и пушка¬ ми, загромождавшими носовую часть судна. Происшествие это весьма заинтересовало Уайлдера, но не настолько, чтобы он не заметил добрую дюжину ка¬ ких-то предметов, которые внезапно выступили из-за реев и других особенно темных частей корабля. Это могли быть 1 Шкафут — часть верхней палубы от фок- до грот-мачты. 506

качающиеся блоки, но в то же время они сильно смахи¬ вали на человеческие головы, тем более что появлялись и исчезали как-то уж очень одновременно. По правде ска¬ зать, наш искатель приключений нисколько не сомневался в том, что именно любопытство заставило высунуться из укрытий все эти головы. Впрочем, ему не довелось долго размышлять об этих незначительных обстоятельствах, так как вскоре к нему вновь подошел его собеседник. — Вы, наверно, сами знаете, как трудно собирать матросов с берега, когда судно готовится к отплытию, — заметил он. — Но здесь, как я вижу, их поднимают наверх доволь¬ но несложным способом, — ответил Уайлдер. — Ах, это вы насчет парня на канате! У вас, прия¬ тель, неплохое зрение, раз вы на таком расстоянии отли¬ чаете складной нож от свайки. Но парень этот буянил... То есть он не то чтобы буйный — он просто пьян в стельку и буянил. И по-видимому, вполне удовлетворенный своим юмо¬ ром и тем, что ему удалось дать такое простое объясне¬ ние, офицер захихикал, совершенно довольный собой. — Но вы все время на палубе, — быстро добавил он, —* а капитан ждет вас у себя в каюте. Пойдемте, я вас от¬ веду. — Постойте, — возразил Уайлдер. — Не лучше ли сперва доложить обо мне? — Да он и так знает, что вы здесь. У нас тут до его ушей все доходит задолго до того, как попадает в шканеч¬ ный журнал. Уайлдер ничего больше не ответил, выказав, однако, полную готовность отправиться к капитану. Офицер под¬ вел его к переборке, отделявшей капитанскую каюту от шканцев, и, указав на дверь, шепнул: — Постучите два раза и, если он ответит, входите. Уайлдер сделал то, что ему сказали. Он постучал, но его либо не услышали, либо не пожелали ответить. То¬ гда он постучал снова и услышал: «Войдите!» Молодой моряк, обуреваемый разнообразными чувствами, которые найдут себе исход в дальнейшем нашем рассказе, открыл дверь и очутился лицом к лицу с незнакомцем в зеленом, залитым светом яркой лампы.

Глава VI Простейший план: Взять тех, кто власть имеет, И тех держать, кто сможет. Вордсворт Помещение, куда вошел наш искатель приключений, довольно хорошо обрисовывало характер своего владель¬ ца. По форме и размерам это была обычная каюта, но об¬ становка и убранство ее являли странную смесь роскоши и воинственности. Висячая лампа была из массивного се¬ ребра, сама форма ее и отделка указывали на то, что в свое время она освещала некое более священное убежище. Массивные канделябры из того же драгоценного металла и тоже служившие в свое время церковной утварью, стоя¬ ли на внушительного вида столе красного дерева, все еще не потускневшем, хотя ему и было добрых полсотни лет. Резные ножки с упорами в виде позолоченных звериных лай явно говорили о том, что стол первоначально пред¬ назначался отнюдь не для корабельной каюты. Вдоль транца 1 стояло ложе, покрытое вышитым бархатным одея¬ лом, а у переборки напротив — тахта, обитая голубым шелком и заваленная грудой подушек; очевидно, даже Азия принесла свою дань любящему удобства и роскошь владельцу капитанской каюты. Кроме этих бросающихся в глаза предметов обстановки, были там зеркала, серебря¬ ная и золотая посуда и даже портьеры, причем все эти вещи были самого различного стиля. Словом, странный их владелец, по-видимому, руководствовался в их выборе только собственным вкусом и думал скорее о великолепии каждого предмета, чем о полезных его свойствах или соот¬ ветствии со всем окружающим. На фоне этого богатства и пышности грозные орудия войны выделялись особенно резко. В каюте находились четыре пушки, привлекшие к себе внимание Уайлдера своими размерами. Опытный моряк с первого взгля¬ да сообразил, что их расположение в каюте позволяет в любой момент воспользоваться ими и что . довольно пяти минут, чтобы очистить помещение от пышного хлама и 1 Транцами назывались поперечные горизонтальные ребра, образовывавшие оконечность кормы. 508

превратить его в грозную и хорошо защищенную батарею. Пистолеты, сабли, иолупики, абордажные топоры и дру¬ гое мелкое оружие моряков было развешено и разложено в каюте с таким расчетом, чтобы служить своего рода воинственным украшением и находиться постоянно под рукой. Вокруг мачты составлены были мушкеты, а мощные деревянные подпоры по обеим сторонам двери достаточно ясно показывали, что переборку легко можно превратить в баррикаду. Все устройство каюты свидетельствовало о том, что она считалась подлинной цитаделью судна. Подтверждалось это и тем, что в ней имелся люк, сооб¬ щавшийся с помещением младших офицеров и ведший прямо в крюйт-камеру*. Такое располоя^ение корабельных помещений, несколько отличавшееся от того, к которому привык Уайлдер, сразу же бросилось ему в глаза, хотя у него и не было времени строить догадки относительно смысла и назначения всего увиденного. Когда незнакомец в зеленом (ибо одет он был так же, как в первую свою встречу с читателем) встал при входе посетителя, на лице его отразилось скрытое удовлетворе¬ ние, может быть несколько смешанное с иронией. Некото¬ рое время оба глядели друг на друга, не произнося ни слова; наконец мнимый юрист счел, что пора прервать неловкое молчание. — Какое счастливое обстоятельство побудило вас ока¬ зать этому судну честь вашим посещением? — спросил он. — Думается, я могу ответить, что получил приглаше¬ ние от самого капитана, — ответил Уайлдер таким же твердым и спокойным тоном, как и его собеседник. — А разве он показал вам свой патент, когда выдал се¬ бя за капитана? Говорят, на море командиру любого судна полагается иметь документы, подтверяэдающие его звание. — А как насчет этого смотрят в университетах? — Похоже, что я могу сбросить с себя адвокатскую мантию и взять в руки свайку! — с улыбкой ответил хо¬ зяин каюты. — В нашем с вами деле — впрочем, вы, ка¬ жется, предпочитаете слово «профессия» — есть нечто та¬ кое, что позволяет опознать друг друга. Да, мистер Уайл¬ дер, — с достоинством добавил он, садясь и жестом пред¬ 1 Крюйт-камера — каюта для хранения пороха, располо¬ женная обычно ниже ватерлинии судна. 509

лагая гостю сделать то же самое, — я, как и вы, всю свою жизнь был моряком и — счастлив сообщить это вам —- командую этим доблестным судном. — Тогда вы должны согласиться, что я не вторгся к вам без приглашения. — Охотно соглашаюсь. Мое судно понравилось вам. Я же со своей стороны готов заверить вас, что впечатле¬ ние, которое вы произвели на меня, заставляет меня со¬ жалеть, что мы не познакомились с вами раньше. Вы хо^ тите поступить на службу? — Да. Стыдно бездельничать в такое неспокойное время. — Отлично. Мир, где мы с вами живем, мистер Уайл¬ дер, устроен странно. Одни считают себя в опасности, если под ними что-либо менее основательное, чем terra firma *, другие счастливы, если могут вверить свою судьбу морю. Опять же, одни полагают, что человек должен обо всем молить бога, а другие без лишних слов сами берут те блага, просить о которых им недосуг или нет охоты. Вы, несомненно, сочли благоразумным разузнать, чем мы, собственно, занимаемся, прежде чем явились сюда нани¬ маться? — Ньюпортские горожане утверждают, что вы рабо¬ торговец. — Деревенские сплетники никогда не ошибаются! Если на земле когда-либо существовали колдуны, то пер¬ вым из их коварного племени был деревенский трактир¬ щик, вторым — деревенский вра^, а третьим — деревен¬ ский поп. Право на четвертое место могли бы оспаривать цирюльник и портной... Родерик! При этом последнем слове, которым капитан сам так бесцеремонно прервал свою речь, он легонько ударил в китайский гонг, свисавший с одного из бимсов потолка так, чтобы до него нетрудно было достать рукой. — Эй, Родерик, ты уснул? На шканцах имелись две офицерские каюты. Дверь одной из них открылась, и перед капитаном вытянулся в ожидании резвый мальчик. — Шлюпка возвратилась? Ответ был утвердительный. 1 Твердая земля (лат.). 510

— Все в порядке? — Генерал у себя в каюте, сэр, и может ответить вам лучше, чем я. — Ну, так пусть генерал явится и доложит мне об исходе дела. Любопытство Уайлдера было до того возбуждено, что он даже затаил дыхание, чтобы не отвлекать собеседника, которым внезапно овладела задумчивость. Мальчик скользнул в люк с проворством змеи или, вернее, лисицы, прячущейся в нору, и в каюте воцарилась глубокая ти¬ шина. Капитан сидел, подперев голову рукой и словно по¬ забыв о присутствии постороннего. Молчание могло бы продлиться очень долго, если бы его не прервало появле¬ ние третьего человека. Прямая, словно застывшая фигу¬ ра медленно выросла в узком отверстии люка, совсем как театральный призрак на сцене. Высунувшись до пояса, человек остановился, и к капитану повернулось лицо, вы¬ ражавшее глубокое почтение. — Явился по вашему приказанию, — произнес глухой голос, причем губы говорившего почти не шевельнулись. Уайлдер вздрогнул от неожиданности. Впрочем, облик стоявшего в люке человека был настолько примечателен, что изумил бы любого зрителя. Человеку этому было лет пятьдесят, судя по его огрубевшим и словно задубив- шимся на морской службе чертам; лицо было красное, на щеках проступали весьма характерные сетки тонких жи¬ лок, удивительно напоминающие извивы виноградной лозы и, видимо, не зря служащие основанием для поговор¬ ки «Доброе вино само за себя говорит». Череп был лы¬ сый, но над каждым ухом виднелись клочки седоватых напомаженных и по-военному взбитых волос. Длинную шею обвивал черный галстук, плечи, руки и все туловище свидетельствовали о том, что человек этот высокого роста. Он закутан был в плащ, явно служивший чем-то вроде маскарадного домино, несмотря на свой довольно строгий покрой. Когда человек заговорил, капитан поднял голову и воскликнул, словно изумившись его появлению: — Ах, генерал! Вы уже на своем посту? Ну, были на берегу? — Да. — Нашли то место? И того человека? — И то и другое. — Что же вы сделали? 511

— Выполнил приказ. — Отлично! Вы не офицер, а просто образец исполни¬ тельности, и я всегда об этом помню. Он кричал? — Мы заткнули ему рот кляпом. — Упрощенный способ пресекать жалоба. Все сде¬ лано так, как следовало, генерал. И, как всегда, вы заслу¬ жили полное мое одобрение. — Тогда вознаградите меня. — Чем же? У вас и без того самый высокий ранг, ка¬ кой я в состоянии дать. После него — уже только дворян¬ ское звание. — Вот еще! Мои люди выглядят не лучше разных там ополченцев. Их надо одеть. — Оденем, и так, что даже гвардейцы его величества будут обмундированы хуже. Спокойной ночи, генерал. Фигура опустилась в люк и исчезла точно призрак, совершенно так же, как появилась. Уайлдер снова остался наедине с капитаном. Тот, казалось, только сейчас сообра¬ зил, что странная беседа произошла при человеке, почти ему неизвестном и, вероятно, ожидающем каких-либо объяснений. — Мой друг, что сейчас был здесь, — произнес он вы¬ сокомерно и в то же время нравоучительно, — командует отрядом, который на судне более регулярном назывался бы «морской пехотой». Он начал как младший офицер, но благодаря своим заслугам поднялся до своей нынешней высокой должности. Вы чувствуете, как сильно от него пахнет казармой? — Во всяком случае, больше, чем морем. Но разве ра¬ боторговцы всегда имеют такое основательное военное снаряжение? Вы ведь вооружены до зубов. — Прежде чем мы обсудим нашу сделку, вы узнаете о нас побольше, — с улыбкой ответил капитан. Затем он открыл ящичек, стоявший на столе, вынул оттуда свиток пергамента, невозмутимо протянул его Уайлдеру и, бы¬ стро окинув молодого человека испытующим взглядом своих беспокойных глаз, произнес: — Можете убедиться, что у нас имеются охранные грамоты и что нам дано право, занимаясь нашим мирным делом, сражаться на¬ равне с королевскими кораблями. — Но это же патент на бриг! — Верно, верно! Я дал вам не ту бумагу. Думаю, что вот эта окажется именно той. 512

— Да, это подлинный патент на славное судно «Семь сестер». Но ведь у вас больше десяти пушек, а эти орудия здесь, в каюте, не четырех-, а девятидюймовые. — Вы так придирчивы, словно из нас двоих вы — су¬ дейский, а я — легкомысленный моряк. Полагаю, вы слы¬ шали о такой вещи, как расширение патента? — продол¬ жал капитан, небрежно бросив пергамент на кучку дру¬ гих документов. Затем, встав со своего кресла, он при¬ нялся быстро расхаживать взад и вперед по каюте. — Нет нужды говорить вам, мистер Уайлдер, что мы ведем весьма смелою игру. Некоторые считают ее незаконной. Но, по¬ скольку я не искушен в богословских спорах, этого во¬ проса мы касаться не станем. Вы явились сюда, хорошо зная, чего хотите? — Я ищу места. — Не сомневаюсь, что вы обдумали и уже решили, иа каком судне готовы пуститься в плавание. Чтобы не те¬ рять времени и говорить начистоту, как подобает двум честным морякам, я сразу же признаюсь, что мне нужен такой человек, как вы. Смелый и опытный моряк, по¬ старше вас, но — скажу с уверенностью — не более до¬ стойный, еще месяц назад занимал офицерскую каюту на бакборте, но он — увы! — пошел на корм рыбам. — Утонул? — Что вы! Нет. Он погиб в бою с королевским суд¬ ном. — С королевским судном? Неужто вы расширили свой патент настолько, что сочли возможным вступить в сра¬ жение с кораблем его величества? — Разве, кроме Георга Второго, нет других королей? Может быть, тот корабль плавал под белым флагом !, мо¬ жет быть, под датским. Во всяком случае, офицер, о ко¬ тором я говорю, был доблестным человеком, и койка его сейчас так же пуста, как в тот день, когда мы сняли с нее его тело и бросили в море. Он-то уж мог бы принять ко¬ мандование в случае, если бы меня сразил злой рок. Мне было бы спокойнее умирать, если бы я был уверен, что это благородное судно попадет в руки человека, который сумеет должным образом им воспользоваться. 1 Имеется в виду французский королевский . флаг — золотые лилии на белом поле. 17 Ф. Купер, том VI 513

— Но ведь стрясись такая беда, владельцы судна сами назначили бы вам преемника. — Владельцы — люди весьма благоразумные, — отве¬ тил капитан, снова бросив на своего гостя испытующий взгляд, заставивший Уайлдера опустить глаза. — Они редко беспокоят меня придирками или приказаниями. — Они к вам снисходительны! Но я вижу здесь, среди корабельного хлама, немало различных флагов. Вероятно, вам разрешают пользоваться любым из них по своему усмотрению? При этом вопросе многозначительные й понимающие взгляды собеседников скрестились. Капитан вынул из по¬ луоткрытого ящика один флаг, привлекший внимание гостя, и, развернув его во всю ширину, сказал: — Как видите, это лилии Франции. Герб с претен¬ зиями на незапятнанность — неплохая эмблема, достойная безукоризненных французов. Тем не менее он несколько загрязнился от долгого употребления. Вот расчетливый голландец — просто, солидно, дешево. Я не очень люблю их флаг: если корабль, идущий под ним, представляет со¬ бой ценность, владельцы не очень-то склонны' отдавать его. Вот флаг чванливых гамбуржцев. Они владеют всего одним богатым городом и хвалятся этим, выставляя напо¬ каз его башни. О прочих своих богатствах они в этой ал¬ легории предпочитают мудро умалчивать. А вот полуме¬ сяцы турков, нации лунатиков, воображающей себя на¬ следницей царства небесного. Пускай себе наслаждаются этим сознанием: они редко ищут благословения небес в открытом море. А это — африканцы, мелкие спутники, вращающиеся вокруг турецкой луны. Я мало общался с этими господами: они редко возят ценный груз. Ага, вот кого я люблю — пышный испанец! Желтое поле напоми¬ нает о сокровищах его рудников. А корона? Можно по¬ думать, она и впрямь отлита из золота — так и хочется протянуть руку и схватить ее. А вот и более скромный, но все же богатый португалец. Я всегда считал, что в та¬ кие вот роскошные безделушки — я имею в виду распя¬ тие, которое, как видите, висит в благочестивом соседстве с дверью моей каюты, — вставлены настоящие бразиль¬ ские алмазы. Уайлдер обернулся и взглянул на драгоценную эмбле¬ му, действительно висевшую на переборке в нескольких дюймах от указанного места. Удовлетворив свое любопыт¬ 514

ство, он опять было принялся рассматривать флаги, как вдруг почувствовал на себе еще один из тех испытующих взглядов, которыми капитан старался украдкой прочесть мысли, отражавшиеся на лицах его собеседников. Воз¬ можно, он и сейчас пытался выяснить, какое впечатление производит на гостя вся эта обильная выставка. Как бы то ни было, Уайлдер не мог сдержать улыбку: ему при¬ шло в голову, что каюта была убрана таким образом нарочно, в предвидении его прихода и в расчете на то, что пышность убранства окажет на него благоприятное воз¬ действие. Капитан заметил эту улыбку и, может быть, неправильно истолковал ее; во всяком случае, именно эти верные или неверные догадки побудили его продолжать ироническое описание флагов еще более живо и весело, чем прежде. — Эти двуглавые чудища — сухопутные птицы и ред¬ ко отваживаются вылетать в открытый океан, — продол¬ жал он. — Они не для меня1. Вот мужественный, доблест¬ ный датчанин, вот упорный швед, а это мелкота, — произ¬ нес он, быстро проведя рукой по более тонким валикам, аккуратно лежавшим на отведенных им местах, — хоть она тоже развевает по ветру свои тряпки подобно вели¬ ким державам. Вот роскошный неаполитанец... Ах, вот наконец и ключи от царства небесного! Флаг самый под¬ ходящий, чтобы умереть под ним. Однажды под этим самым лоскутком я сцепился врукопашную с тяжело во¬ оруженным алжирским корсаром... — Как, вы решились сражаться под знаменем церкви? — Исключительно из благочестия. Я представил себе, как изумится варвариец, обнаружив, что мы отнюдь не возносим к небу молитвы. Не успели мы дать по нему один-два залпа, как он стал клясться, что сам аллах предопределил ему сдаться. Когда я обрушился на него с наветренной стороны, мусульманин, наверно, решил, что его атакует весь святой конклав 2 и что близок конец Ма¬ гомета и всех его потомков. Признаюсь, я сам спровоци¬ ровал столкновение, показав ему эти мирные ключи, — он ведь по тупости своей полагал, что они открывают добрую половину несгораемых шкафов христианского мира. 1 Речь идет, по-видимому, о русском императорском гербе. Б XVIII веке русские суда действительно больше всего плавали в европейских водах. 2 Конклав — совет кардиналов при римском папе. 515