Чтение онлайн

3. Вопрос квартиры для олим решался в 1970-71 гг. еще довольно просто (если отбросить проблему гарантов, опять необходимых в банке): были квартиры в отдаленных районах страны, и олим ехали также в Кармиель, Арад, Димону или Беэр-Шеву, в Маалот или Кирьят-Шмона. Правда, и тут их для начала обманывали: “Амидар” – государственная контора, обеспечивающая олим квартирами – вселяла семью, но не давала для подписания договор; проходили месяцы и выяснялось, что в момент вселения квартира стоила намного дешевле, а теперь надо доплачивать еще новые тысячи лир.

Сейчас вопрос с жильем стоит безнадежно: квартир нет. И лишь очень наивные могут верить бодрым демагогическим выкрикам г-на П. Сапира (быв. министр финансов/ прим.ред.): газеты Израиля рассказали нам, что бывший министр финансов Израиля не утвердил денежные фонды на строительство жилья для алии (это было два года тому назад). Он же “заморозил”, положив себе в стол, план абсорбции алии. Теперь г-н Сапир возглавляет Сохнут (“рыбу решили наказать и... утопили”) и обещает в речах блага алие. А пока для семьи олим счастьем является временная квартира, арендованная на год. Что будет дальше? Все мы видим, что олим зачастую живут во временных квартирах и более двух лет. А потом, по истечении трех лет, Сохнут объявляет, что права вновь приезжих кончены и они должны находить себе жилье “на общих основаниях”.

4. А люди зачастую еще и не имеют постоянной работы. Ведь с ведома нашего правительства и Гистадрута на производствах и в учреждениях установлен порядок: после года работы, когда человек уже может рассчитывать на получение постоянной работы – “квиюта” – вновь прибывшего увольняют. Все делается “по закону” – увольняют на Зб4-й день работы... А через пару недель принимают снова – работник-то нужен. Но пусть новый оле не чувствует себя равноправным, пусть помнит, что в любой день его могут уволить без объяснения причин.

Кроме того, при сокращении объема работ на производстве действует и другой закон: “последний пришел – первым увольняешься”.

И нет учета специалистов по стране, как нет учета нужды в специалистах на предприятиях страны. Нельзя в одном месте, без беготни и езды по всей стране, узнать, где есть работа по твоей специальности. Вот и ездят олим день за днем из Димоны в Хайфу, из Хайфы в Иерусалим, из Иерусалима в Тель-Авив и т.д., вместо того, чтобы учить язык в центре абсорбции. Учтите при этом десятки лир, уходящие на автобусные билеты при каждой такой поездке и 100-150 лир в месяц, которые получает на расходы семья, живущая в центре абсорбции (тоже, кстати, в долг под проценты).

Можно было бы привести десятки страшных примеров, когда специалисты мучаются без работы из-за возраста, хотя каждому ясно, что врач или инженер-конструктор с опытом становится лишь более ценным работником, и не по возрасту его нужно оценивать. В Советском Союзе многих из этих людей годами мучали именно по той причине, что они, дескать, ценные специалисты, и их нельзя отпускать в Израиль. А у нас, в Израиле, таких не работу не берут...

Не могу все же не привести хотя бы один пример: профессор Тумерман, знаменитый на весь мир биофизик, решил в свои 70 лет выехать из СССР в Израиль. (В свое время он и его жена отсидели в одиночных камерах по семь лет по обвинению в сионизме). В СССР профессор Тумерман руководил институтом и под его руководством работали десятки научных сотрудников. Пусть поймут те, кто не жил в СССР, что значит для еврея такой пост – значит, он был незаменимым специалистом в этой области науки в Советском Союзе. Перед подачей документов на выезд профессор Тумерман нашел возможность написать письмо руководству института им. Вайцмана в Реховоте, где рассказал о своем желании выехать и спросил, будет ли ему предоставлена возможность немедленно начать подготовку израильских специалистов, так как его возраст не позволяет ждать, а он хочет ехать лишь для того, чтобы успеть подготовить для Израиля как можно больше высококлассных специалистов, отдать Израилю накопленные за долгую жизнь опыт и знания. Институт Вайцмана любезно ответил, что он ждет приезда профессора Тумермана, и последний будет обеспечен всем необходимым для его научной работы.

Приехал профессор Тумерман в 1972 году, и вот уже более двух лет сидит в общей с тремя другими сотрудниками институтской комнате, без необходимых приборов, без штата научных сотрудников. Недавно он был приглашен на международный симпозиум биофизиков в Европе, где сделал доклад о своих работах...проделанных еще в Советском Союзе. Но специалисты в мире знают труды профессора и его, естественно, спросили: “А что, в Израиле Вы не работаете?..” Живет профессор Тумерман во временной квартире, и его багаж, его научная библиотека гниет на складе. И это международная знаменитость – не рядовой инженер...

Каково же простым олим? А вдобавок они еще слышат от работников Сохнута и Мисрад Клита: “Не нравится – уезжайте обратно в СССР, никто вас сюда не звал!” – да, да, такие заявления звучали и звучат из уст лиц, принимающих алию. И об этом известно руководству Сохнута и Министерства Абсорбции, так как о подобных фактах неоднократно писали – и в жалобах руководству этих организаций, и в прессе. Реакции на это не было, и ни один виновный не был наказан.

Стоит ли после всего этого удивляться, что евреи из СССР, (приехавшие далеко не все с сионистскими настроениями), не выдерживают недружелюбия, ежедневно их ожидающего, и решаются на выезд из Израиля в другую страну Запада? Статистика ясно показала: не войны боятся евреи из СССР – в дни войны Йом Кипур выезд в Израиль не сократился, наоборот, в те дни большой процент евреев из Вены ехал в Израиль, и многие просили прямо из Лода отправить их на фронт! И характерно, что по данным Сохнута, уезжают в большом количестве не новички, а люди устроенные, так как именно атмосфера дружелюбия важна для успешной абсорбции, а заявления вроде “Зачем вы сюда приехали?” добивают людей, прошедших через ад выезда из СССР и муки устройства на новом месте.

Я не хочу утяжелять этот и без того грустный опус описанием случаев избиения олим в отделениях Сохнута и Министерства Абсорбции – за то, что они протестовали против ужасающей бюрократии чиновников (лишь несколько недель назад суд в Тель-Авиве вынес решение по одному из таких случаев, причем отметил “небывалую в мире бюрократию, царящую в Министерстве Абсорбции”). А для “защиты” чиновников-бюрократов от олим в мисрадах ввели в штат “вьшибал” (это не шутка, а горький факт).

Можно ли удивляться, что встречаемые этим градом трудностей и стеной враждебности олим не выдерживают и пишут в Советский Союз родным и знакомым письма с описанием своих мытарств и делают вывод: “Не приезжайте сюда!”. Поток таких писем наводнил еврейскую среду в СССР за последние полтора года.

Я вспоминаю, как в 1969-70 гг. мы собирали в СССР редкие письма из Израиля от уехавших счастливцев и издавали их в “самиздате” для сведения и убеждения евреев в необходимости выезда: все письма того периода были восторженными и радостными! Значит, был ведь период доброжелательности со стороны общественности Израиля к алие из СССР. Но это естественное чувство еврейской солидарности и взаимопомощи извратили и постепенно превратили в отчуждение и откровенную неприязнь. Кто? Наступит ли день, когда мы будем судить виновников этого преступления?

Казалось бы, все в Израиле осознают – приезд из СССР двух-трех миллионов евреев решит все проблемы страны, так как и технический, и экономический уровень неизмеримо вырастут; а армия Израиля станет, как минимум, вдвое сильнее. Но если все понимают, то все ли хотят этого приезда?

1. Г-жа Голда Меир в одной из своих речей грустно призналась, что Израиль упустил сионистское воспитание молодежи. И это действительно так. Молодые евреи-израильтяне часто спрашивают нас, вновь прибывших: “А для чего вы уехали из России? Ведь там ваша Родина?!”

Каким ужасом звучит это непонимание! Эти чистые сердца, любящие свою Родину, не понимают, как мы могли уехать со своей... Их винить нельзя: никто не объяснил им, что у евреев всего мира одна Родина – Израиль. Никто не рассказал, какая жизнь у той части нашего народа, которая живет в Советском Союзе, каким моральным пыткам подвергаются евреи ежедневно на этой “родине”. То, что было упущено сионистское воспитание молодежи, показывает, что руководители Израиля не готовили страну к приему алии. Молодежь Израиля, не понимая сионистских устремлений евреев диаспоры, не может сердцем принять алию, понять её. Ведь в результате этого порочного воспитания для большинства молодежи Израиля понятия “еврей” и “израильтянин” разделены, и, будучи патриотами Израиля, они не понимают, что и евреи всего мире внутренне устремлены в Израиль.