Чтение онлайн

Гнев зарождался во мне, медленно закипая в венах. Конечно же он не узнал меня, этот заносчивый кретин. Его улыбка, эта искренняя и широкая улыбка заставляет меня подойти к нему и вырвать его долбаное сердце из груди.

— Оу, Нора, я и не знал, что у тебя есть друг, который участвует в регате? — радостно улыбнулся он, глядя на нее сверху вниз, очевидное обожание в его глазах к девушке, которая скоро станет его падчерицей, было видно всем.

Лицо Норы было наполовину спрятано под шляпой, цветастое платье, в которое она была одета, прилегало к ее телу во всех правильных местах. Как же сильно я хотел снять с нее этот кусок ткани и пройтись руками по этой коже. Каждый раз, когда я нахожусь рядом с ней, кажется, что мои пальцы начинает подергивать от желания прикоснуться к ее телу.

Нора наклонила голову, эти рыжие локоны засияли на солнце.

— Ну, я бы не стала говорить, что мы с Ашером друзья, но это не означает, что я не могу хорошо провести время, наблюдая за первой в своей жизни регатой.

Высокая рыжая женщина, стоящая около нее, ее мама, я узнал ее лицо из газет, слегка ткнула ее локтем. То, что она сказала, было грубостью, особенно на королевском мероприятии подобно этому.

— Уверен, моя падчерица совсем другое имела в виду, удачи сегодня! — Беннет негромко рассмеялся и прошептал что-то на ухо Норе, когда они отошли от меня.

Она не оглянулась, и возможно было лучше всего, что она этого не сделала. Или она могла заметить, что я сжал кулаки так сильно, что ногти оставили на ладонях глубокие полумесяцы.

Разве я непохож на нее? Такие же зеленые глаза и скулы. Разве он не узнал женщину, которую предал и оставил умирать?

Адреналин кипел в моем организме, давая мне еще больше сил серьезно надрать кому-нибудь задницу в гонке. А Нора, возможно она могла не знать, что придет смотреть на меня, но я знал, что весь остаток дня я буду чувствовать на себе взгляд этих карих глаз.

Спустя двадцать минут я уже сидел на своем обычном восьмом месте, которое как правило закреплено за человеком, который задает темп. На одном уровне с рулевым это сидение закреплено за самым конкурентоспособным лидером из всей команды, и этим человеком всегда был я. Я задаю темп, диктуя остальной части лодки, насколько сильно и быстро я хочу, чтобы они гребли. Эта роль предназначается только лучшим, и с тех пор как я, будучи еще ребенком, начал заниматься греблей, я знал, что не позволю себе стать кем-то иным.

— Все готовы начать? — спросил наш рулевой, это был суровый британец двадцати с чем-то лет, которого звали Питер.

Он был хорош в этом деле, но совсем не дружил с юмором.

Мы одновременно кивнули, и он начал командовать. Я взялся за весла, отполированное дерево прочно уместилось в моих сжатых ладонях. Я отвел весла назад, почувствовав, как ровно бьется мое сердце. Даже в самых тяжелых гонках я не теряю самообладания. Хоть адреналин и кипит в крови, желание выиграть было сильнее, чем тот груз, что лежал у меня на душе, поэтому мой пульс оставался в норме.

— Вчетвером! Полный оборот! — крикнул он нам, его командный голос прогремел так, чтобы его услышали все.

Я даже не смотрел на другие лодки, которые были вокруг нас, такие же команды по гребле только разные цвета у формы. Мы выиграем. Мне здесь не нужно никого запугивать или кем-то манипулировать.

Но когда мы заняли свои позиции, мой взгляд прошелся по берегу. Она моя цель, а мои глаза, словно ракеты, реагирующие на тепло, кажется, всегда находят ее.

Она сидела на стуле прямо на краю пристани, где располагалась целая куча представителей королевской семьи и элиты. И будто прочитав мои мысли, она посмотрела на меня из-под своей шляпы и выгнула бровь, и я увидел намек на вызов. Рядом с ней сидел Беннет, который, улыбаясь, наблюдал за командами на воде.

Ярость и вызов, который бросила мне Нора, прошлись сквозь меня, зажигаясь и превращаясь во что-то большее. Монстр, который сидел у меня в груди и колотился в ней, словно бешеный зверь.

— Приготовились… Гребем! — Питер свистнул, и мы тронулись с места.

Он выкрикивал мне команды, задавая ритм, наблюдая как остальные встраиваются в линию. Я ускорился, прилагая больше сил, мышцы уже начали гореть. Мне следует замедлиться, сохранить энергию на остаток почти четырехминутной гонки, но я не могу. То, как он посмотрел на меня, будто я незнакомец, то, как она смотрит на меня с той пристани, картины того как машину моей матери вытаскивают из воды… Все это смешалось в моей голове в какой-то жестокий фильм.

Мы были на мили впереди от других команд, вода холодными потоками плескалась перед нашими лицами. Ноги жгло от азарта, а руки от чувства, что приносят эти соревнования.

Я даже не понял, когда мы пересекли финишную черту, пока Питер не закричал мне в лицо.

— Суши весла! Суши весла!

Я резко вырвался из своего тумана мыслей и услышал, как парни вокруг меня ликуют, подняв весла вверх. Они кричали о победе.

И к своему удивлению, когда я наконец выпустил весла, которые держал мертвой хваткой, я прикоснулся к своему запястью и почувствовал, что пульс грохочет так сильно, как никогда в моей жизни.

Попивая чай, я, как хорошая воспитанная девочка, сидела и слушала взрослые разговоры.

— Я так и знала, что нужно было посадить на заднем дворе герань вместо тюльпанов, но Фернандо не послушал меня, — говорила о пустяках жена какого-то лорда.

Нам всем было до жути скучно слушать о ее саде и его, по-видимому, «сумасшедших» тактиках.

Моей маме, крайне общительному человеку, сложно было подобрать тему для разговора.

— Знаю, я просто американка, но кто-нибудь из вас смотрел эту новую программу «Большой пекарский турнир», который идет по Нетфликсу?

Одна из женщин приложила руку к груди.

— О, милая, она ведь не новая! Она уже годами идет по телевизору. Но, должна признать, я обожаю эту программу!

— Ох, ну и глупая же я, но я тоже обожаю ее! Мне просто так бы хотелось делать все те вещи, которые они готовят, они выглядят так аппетитно, — мама сделала глоток чая, поставив чашку так, как было положено по этикету и как нам показывал учитель.

— Меня всегда завораживало то, как у них выходит заварной крем правильной консистенции, он выглядит очень вкусно.

Я перестала вслушиваться в разговор женщин о кулинарном шоу, но это по крайней мере лучше, чем говорить о растениях и садах.

Постукивание чьих-то пальцев по моему плечу вырвало меня из размышлений. Я так резко повернула голову, что ударилась обо что-то.

— Ох, прости, красавица, — знакомый голос долетел до моего слуха и мне поправили шляпу.

— Ашер Фредерик, какой приятный сюрприз. Ты сегодня прекрасно показал себя, браво, — залебезила перед ним одна из сидящих с нами женщин, и он нацепил на себя одну из своих шовинистских улыбочек, за которую хотелось дать ему по лицу.