Чтение онлайн

Расстроенная, я тоже встала из-за стола.

Алфеев задержался возле своей помощницы, и я первой подошла к шкафу, где оставила свою верхнюю одежду. Открыв дверцу, обнаружила, что меховая куртка Алфеева висит поверх моего пуховика. Ерунда, казалось бы, но неприятно: почему я должна перевешивать чужую мужскую куртку?! Неужели этот кандидат в губернаторы не знает элементарного, – что нельзя вешать свою верхнюю одежду на одежду постороннего человека?! Или он сознательно поступил так, ведь в шкафу много места и полно свободных вешалок?! Надо посмотреть, – решила я.

Ничем не выдав своего недовольства, я дождалась, когда Алфеев, наконец, подошёл к шкафу и снял свою куртку.

– Даже приятно, – улыбнулась я ему, давая понять, что прощаю его бестактность.

– Что?! – не понял Алфеев.

– Приятно, что Вы повесили свою куртку на мою, – с досадой пояснила я.

– Вам так мало надо?! – с издёвкой спросил Алфеев, превратно истолковав мои слова.

Зря я пощадила его самолюбие, – подумал я. – Надо же так извратить ситуацию! Он решил, что я счастлива уже от того, что нахожусь рядом с ним и наша верхняя одежда случайно соприкоснулась! Он – настоящий полудурок! Решил просто: если я «продаюсь» за полторы тысячи, значит, – «лохушка»!

Вздохнув поглубже, я сказала себе: не стоит так огорчаться, ведь была предупреждена о том, с кем связываюсь.

И я промолчала.

Выйдя на улицу, я не спеша направилась в сторону автобусной остановки. Бредя по заснеженному тротуару, я вспоминала детали поведения, жесты и мимику Алфеева, размышляла над тем, почему, на ходу переговорив со мной, он поспешил на встречу с Сорокиным.

Сам по себе этот факт мало что значит, если не учитывать того, что Сорокин тоже выдвинул свою кандидатуру в губернаторы.

Я лично не знакома с этим «деятелем», но мне известно, что в начале 90-х в угоду младореформаторам он провел в регионе разрушительную «прихватизацию», пустив по миру сотни сельскохозяйственных кооперативов и принадлежащих им на правах собственности перерабатывающих предприятий. И до сих пор Сорокин беззастенчиво ворует везде, где только может.

Понятно, что в нынешних реалиях Алфеев ради победы на выборах будет взаимодействовать с кем угодно, в том числе и с мерзавцами, и со своими соперниками. Но то, что офис Алфеева находится в здании, принадлежащем Сорокину, – это уже слишком! Если бы Алфеев и Сорокин были реальными соперниками, то на такое соседство оба не пошли, хотя бы из соображений информационной безопасности. А раз это не важно, значит, у этих кандидатов совместные планы на будущее и даже общая стратегия ведения избирательной кампании. И то, что для Алфеева не принципиально, кто именно будет нанят в его штаб, лишний раз свидетельствует, что на предстоящих выборах он – не самостоятельный игрок, а лишь фигура прикрытия в игре Сорокина. Такой расклад меняет для меня всё. Похоже, я совершенно неверно представляла себе игру, в которую решила ввязаться.

Миссурск, 10 января

Необходимо было как можно скорее опровергнуть или подтвердить возникшие у меня догадки. Мне нужна была хотя бы ещё одна встреча с Алфеевым.

Позвонив Любови Петровне, я выяснила, что он уже уехал по делам в Москву, и она понятия не имеет о его планах.

Чувствуя, что тянуть неопределённую ситуацию не имеет смысла, я позвонила в Москву брату и сказала:

– Извини, Серёж, но работать на Алфеева я не буду.

– Что-то случилось?

– Да он не игрок, а фигура! Не берусь судить, как было раньше, но в этих выборах он – пешка, которой пообещали, что проведут в ферзи, зная, что она – жертва. Да и со мной он ведёт он себя как пацан из подворотни!

– Странно! В Госдуме его считают весьма перспективным политиком.

– Кто так считает?! Да и что это за аргумент?! – вспылила я. – Мне точно известно, что во фракции многие называют его «выскочкой».

Меня возмутило то, что брат разговаривает со мной так, словно речь идёт о каком-то досадном недоразумении, а не о серьёзном деле, в которое он меня втягивает.

–Сам его статус руководителя комитета свидетельствует о его перспективности. Может ты ещё не разобралась в ситуации?!

– Поверь, он – очень проблемный кандидат! Я не об известных слухах и домыслах! Я не могу принять того, что он ориентируется на Сорокина, а не Сухаренко.

– Попробуй переубедить его.

– Поздно переубеждать. Поезд уже ушёл. Кампания началась.

– Согласен, задача не простая. Но мы же не ищем легких путей!

– Ну что ты придуряешься?! Все ищут легких путей! – снова вспылила я. – Ты требуешь от меня большего, чем я сама хотела бы сделать! Я позвонила потому, что считаю необходимым поставить тебя в известность о своем намерении, ведь ты рекомендовал меня Алфееву, – не более того!

– Я услышал тебя, – сразу отступил Сергей. – На месте, разумеется, виднее, – поступай, как знаешь! Но я советую хотя бы начать работать с Алфеевым. Ты же сама знаешь, что возможности являются как раз случаями неэффективности.

– Боюсь, моих ресурсов не хватит, чтобы воспользоваться «такой» возможностью, – устало вздохнула я. – Пока!

Разговор с братом не принес облегчения, и не внёс ясности в ситуацию. Удрученная этим, я ничем не могла заняться и решила, что для того, чтобы переключиться, надо просто поспать. Из проходной гостиной, где обычно спала, я ушла в комнату сына, легла поверх шерстяного пледа на его кровати и сразу уснула.

Проснулась от щелчков в замке входной двери. Быстро встала и, поправив постель, поспешила встречать сына.

– Привет, мамуля! – прокричал он из коридора.

– Привет, Санёк!

Подойдя к сыну, я поцеловала его в розовые от мороза щеки, и удивилась тому, что не могу сразу определить его настроение. Трудно сказать в кого, но Санёк был очень сдержанным. Его старшие братья-близнецы – Егор и Антон, напротив, были эмоциональными, добрыми и открытыми ребятами. Глаза их всегда искрились жизнерадостной энергией, и общение с ними доставляло удовольствие. Но они уже пару лет жили отдельно от нас с Матвеем, снимая квартиру в Москве. Так и не привыкнув к разлуке сыновьями, я сильно скучала по ним.

– Мне сегодня Егорка звонил, – сообщил, Саша, – сказал, что они приедут на мой день рождения. Ты хоть помнишь, что он через неделю?!

Сын с надеждой заглянул мне в лицо.

– Даже и не подлизывайся! Сходишь с ними в шоколадницу, – и всё! – сказала я и ногой пододвинула Саньку тапочки, которые он в рассеянности искал глазами. – Мы сюда не развлекаться приехали! Сначала – хороший аттестат, потом – всё остальное!

– И ужина не будет?!

– Мой руки, и приходи!

Ещё раз поцеловав сына, я отправилась на кухню накрывать стол. Разогрела в микроволновке вчерашний плов, нарезала к нему свежих помидор, и красиво разложила всё в две большие плоские керамические тарелки. Как раз в это время подоспел Санёк: он уже умылся и переоделся в домашнее.

– Кушать подано! – торжественно произнесла я, с удовлетворением оглядев результаты своего труда.

– А что ты сегодня такая злая? – спросил вдруг Санек, усаживаясь за стол.

– Злая?! – удивилась я.

– Ну, сосредоточенная какая-то…

– Да, сынок! – я с осуждением покачала головой. – Если ты так небрежно будешь излагать свои мысли, то мы в Миссурске надолго застрянем!

– Я просто тебя поддразнил, чтобы рассказала, как твоя встреча с Алфеевым прошла.

– Нормально прошла! Ешь. Приятного аппетита!