Чтение онлайн

— Твоё охранное агентство не может справиться с обычным злоумышленником? — решил, видимо, подколоть он меня и показать свою осведомлённость.

— Боюсь, что человек не совсем простой. И очень опасный.

— Да, знаю, мы уже видели его работу, — это, видимо, он про грузовик. А может и про сгоревшее здание.

— К сожалению, пока вопрос решается, господин Руссо.

— Тогда смысл мне принимать от тебя пожертвования, если ты даже с одним не можешь справиться?

— Смысл, господин Руссо, в том, что я могу принести мир в Нижний город, а вам славу человека, который этот город успокоил. Или по крайней мере отогнать писак из газет, которые пытаются заработать на вас. Не будет меня — начнётся ещё одна война. Начнётся сразу, как меня не станет, это неизбежно. Все бросятся делить моё уже частично сделанное дело и будут делать это не только словами.

— Ты мне угрожаешь? — пробасил он с ноткой угрозы в голосе.

— Господин Руссо, — вздохнул я, с укоризною посмотрев на него. — Вы прекрасно знаете, что я не угрожаю вам и совсем не в том положении, чтоб что-то подобное делать. Знайте, что я бы не стал делать так, так как соблюдаю правила игры. Я лишь говорю о последствиях, которые повлечёт моё исчезновение. Война была из-за ослабевшего Соломона, чтоб поделить его империю. Её поделили, и теперь есть я. Вполне логично, что они начнут делать снова, стоит мне исчезнуть. Я же хочу лишь тихо и мирно делать свой бизнес. Известность мне ни к чему.

— Мирно и тихо, — хмыкнул он. — И где же ты до этого делал тихо свой бизнес, Том?

— В Чите, господин Руссо.

— Да неужели? — состроил Руссо удивлённое лицо.

— Да, господин Руссо, в Чите, — кивнул я, хотя понял, к чему он клонит. Сердце уже сковало беспокойство, пусть виду я и не подал.

— Просто знаешь, что странно? Почему-то тебя не существует, — Руссо продолжал есть, говоря как бы между делом. — Нет такого Томаса Блэка в Чите. И в Маньчжурии. Можешь сказать почему?

— Нет, — покачал я головой.

— Ты как призрак. Чтоб ты знал, пусть Сильверсайд и Маньчжурия вроде и разные государства, однако стоит просто сделать специальный запрос, как тебе сразу выдадут всё на искомого человека. Я сразу получу базу данных их полиции. Что и сделал в принципе. После стрельбы в торговом центре, Том, на сломанном телефоне остались твои пальчики. По ним я пробил полностью всю базу что у нас, что в Маньчжурии. И тебя нет нигде. Даже по отпечаткам, хотя я могу с уверенностью сказать, что на всех таких, как ты, они должны иметься.

Сюрприз.

Вообще, мои отпечатки действительно должны иметься у полиции в Маньчжурии, так как я там успел натворить бед, и моя личность вместе с пальцами сто процентов засветились. После случившегося я точно должен был оказаться в базе данных. И если по лицу меня ещё можно было не найти, то вот пальцы сразу бы выдали меня.

Но Руссо говорит, что ничего на меня не нашёл. Вряд ли врёт, так как ему выгодно найти на меня что-то. Это значит, что и в базах данных Маньчжурии меня нет. Почему?

Я видел только одно объяснение — меня удалили из базы данных. Кто-то из полиции. Без понятия, кто это сделал, но предположу, что дом Кун-Суран мог вполне постараться. Таким образом он мог попытаться скрыть одного из участников ограбления, то есть меня, чтоб не пятнать репутацию. Скрыть, что дом обвёл вокруг пальца шестнадцатилетний парень и потом ушёл. Могли сразу после моей пропажи быстренько подтереть все следы и потом говорить, что нет, мы всех поймали, вот их тела. Ведь если я никогда не участвовал в грабежах, то я никогда и не сбегал от них безнаказанный.

— Зачем вы мне это говорите?

— Ты словно не существуешь, Том, — усмехнулся Руссо.

— Или я никогда не попадался.

— А вот это спорно. Торговый центр помнишь? Стоит мне захотеть, как тут же образуется дело. Стрельба, незаконное хранение оружия, там ведь и девушка погибла.

Так вот чего тебе надо. Деньги решил из меня трясти? Шантажировать? Искал какой-нибудь компромат, чтоб можно было прижать? Ну попробуй.

— Я не знал, что убегать от преследователей, которые в тебя стреляют — это преступление, — состроил я удивлённое лицо. — А пистолет был игрушечный.

— Да ладно, — усмехнулся Руссо.

— Честное слово, — сделал я самое искреннее лицо, которое мог. — Да, там остались мои отпечатки на телефоне, и что? Я просто убегал, как и все там. Меня ранили, телефон упал, а я испуганный побоялся обратиться в полицию. В чём меня можно обвинить, с чем не справится за минуту адвокат?

Руссо недовольно пережёвывал собственные губы, словно думал, как бы меня ещё поймать на чём-либо.

— Так откуда ты?

— Это так важно?

— Ты мне не указывай, что важно, а что нет, парнишка, — тише произнёс он, упёршись в меня своими глазками. В ответ я не встретился с ним взглядом, и мы так просидели секунд тридцать, прежде чем Руссо решил, что лучше уйти как победитель, чем проиграть эту борьбу. Поэтому продолжил как ни в чём не бывало, будто поставил меня на место. — И что же ты мне предлагаешь?

— Помимо пожертвований в фонд помощи полиции Сильверсайда каждый месяц, ещё я готов, как законопослушный гражданин, передавать в руки нашей полиции всё, что связано с криминалом. Всё, что смогу найти.

— И что же ты сможешь найти? — хмыкнул он, уплетая мой ужин.

— Террористы, маньяки, всевозможные преступные элементы, фабрики по производству наркотиков, — это я о дезоморфине, известном как «крокодил», — склады наркотиков и может, если повезёт, торговцев, и не всегда последних.

— Маньяки и наркоторговцы — это хорошо, — вытер он руки и рот салфеткой, после чего положил её в сторону. — Люди должны видеть, что их защищают. Но вернёмся к нашим делам насущным, Том. Ты говорил ещё про пожертвования… — Руссо кивнул, предлагая мне продолжить.

— Пожертвования, да. У вас есть фонд, господин Руссо? Фонд помощи полиции Сильверсайда. Я бы тоже хотел спонсировать его ради блага полиции.

— Вот так просто? — хмыкнул он.

— Нет, не так просто, — я знал, что он хочет вытрясти из меня деньги. Руссо уже пытается это делать, немного наезжая на меня. Поэтому с самого начала я предположил, что лучше, помимо платы, заплатить ещё и за те месяца, что я не платил. Плюс откупные, чтоб наверняка. В конечном итоге, враждовать я был не заинтересован. — Я хочу предоставить взнос. Первоначальный. Плюс взносы за те несколько месяцев, что нам не удалось с вами встретиться, к моему сожалению. И потом последующие, что будут переводиться к вам. В конце концов, полиция — наше всё.

— И где же они?

— Я решил, что неразумно тащить подобное сюда, люди могут неправильно понять. Они лежат в одной квартире, снятой на этот случай, — я достал ключ от арендованной квартиры и положил его на стол перед ним. — Два чемодана на кровати в спальной.

— А что с поступлениями в фонд?

— Всё будет поступать стабильно, как и при Соломоне, господин Руссо, — кивнул я. — Всё до цента.

— Это ты так сказал? — посмотрел он на меня исподлобья, неожиданно понизив тональность.