Чтение онлайн

Но даже такой ад бесконечного круговорота боли, судорог, спазмов и поноса прямо под себя имел конец. Всего лишь неделька ощущений, будто тебе в тисках ломают кости с суставами, наполняя эти промежутки жидким металлом и стеклом, а органы выдирают когтями, и ты чист.

Я понимаю, почему наркоманы не выбирают такой путь. Сам по себе человек, который уже опустился под тяжестью проблем на самое дно, просто не сможет найти силы противостоять ломке. Это то же самое, что прошедшего без воды пустыню Сахару попросить пробежать десять километров за двадцать минут. Тут после первого дня, когда ломка ещё не началась, тебе плохо так, как не было никогда до этого, не считая твоего рождения, а после так вообще спектр всех эмоций, который можно сравнить только с поступлением в первый класс.

Но Фея была права, лекарства действовали. То, что занимало в норме две недели и даже больше, у меня заняло неделю, после чего пошло на убыль. Зависимость всё ещё оставалась, но саму тягу всё же начали подавлять лекарства, которые, собственно, и частично обезболивали. Но пройти такое ещё раз…

Всё пусть и медленно, но приходило в норму. Руки двигались, мышцы и суставы до сих пор болели, но уже далеко не так, как до этого. Аппетита не было, но и еда больше не просилась обратно через все возможные пути, как раньше. А тяга нюхнуть и кольнуться пусть и присутствовала, но уже не в такой мере, как до этого. Я вполне теперь мог противиться этим желаниям.

Но что меня будет преследовать всегда, так это позывы ещё раз, в «самый последний» ощутить прилив кайфа. От них я вряд ли смогу избавиться. «Героин умеет ждать» и «бывших наркоманов не бывает» — это взялось не с потолка. Каждый раз при грусти, неудаче и прочей угнетающей ерунде я буду возвращаться мыслями к тому, как же хорошо и спокойно было под кайфом. И каждый раз, чем хуже мне будет, тем больше будет этот соблазн. Кто-то скажет, что это же просто, но просто он пусть представит, что у него очень сильно чешется какое-то место. Так, что он не может усидеть на месте и невольно сам тянется к нему. А теперь пусть представит, что это находится у него в мозгу и доводит до того, что парализует всю мозговую деятельность.

Говорят, что наркоторговцы — торговцы смертью, но они не правы. Торговцы смертью — это те, кто продаёт оружие.

Я же продаю проклятия.

— Ну чё, как сам, как тело, Томми? — спросил Джек, садясь на кровать рядом со мной.

Это, кажется, в первый раз, когда я чувствовал себя нормально и мог более-менее соображать, не теряясь как в собственном бреду, так и в боли. Я бы сравнил это с похмельным утром, которое однажды мне пришлось пережить.

— Нормально, — ответил я, сжимая-разжимая руку и разглядывая её. Координация вернулась, но до сих пор была не ахти. — Что с картелем?

— Блин, ты чё, даже не спросишь, как у меня дела?! — ужаснулся он.

— А чего спрашивать-то? Вижу, что всё у тебя просто отлично. Вон, почти светишься.

— Да ну тебя, ты жесть какой скучный. Что нюхаешь, что не нюхаешь, вообще разницы нет.

— Это ты к чему? — не совсем понял я его мысль.

— Ну так под кайфом люди меняются, а ты что под кайфом, что нет, вообще не вижу разницы, — пожаловался он. — Кстати, Кассандра сказала, что тебя ломало не по-детски.

— Да, было дело.

— И лекарства не сразу помогли.

— И? — посмотрел я на него.

— Я даже подумал… ну это… — он приблизился ко мне, — может она, чего доброго, плохое задумала… — при этом его лицо выглядело виноватым.

— А задумала?

— Не-а, всё тип-топ оказалось.

Так тебе стыдно, что ты ей не доверился?

— И как ты выяснил, что тип-топ? — полюбопытствовал я.

— Ну там ампулу стащил у неё. Ну что типа она тебе давала. И таблетки. Чисто, — он почесал затылок. — Некрасиво вышло.

— Ты что-то сделал, что ли?

— Нет, но… — он отвёл взгляд. — Я же это, не доверился ей, хотя она сказала, что всё в порядке.

— Джек, это бизнес, — напомнил я. — Не смешивай одно с другим, иначе это выйдет боком.

— Да, но… эх… ладно, я понял, — вздохнул Джек.

— Надеюсь, ты запомнишь это, Джек. Я знаю, любовь, чувства, все дела, но помни, что она часть команды и может пытаться воздействовать через тебя. Поэтому когда ты проверяешь её, то показываешь не недоверие, совсем нет. Ты подтверждаешь для себя то, что не зря доверяешь ей.

— Но если бы я верил действительно…

— Всё требует подтверждения. Даже самые прочные конструкции из металла проверяют, самые совершенные корабли проходят проверку, всё проверяется раз за разом. Не потому что не доверяют надёжности, а чтоб подтвердить, что доверяют не зря.

— Странная логика.

— И правильная. Просто помни об этом. Уверен, она тоже за тобой проверяет.

— Потому что уверена во мне, что ли?

Эм… нет, я не буду говорить ему, что за ним надо иногда проверять, так как, глядишь, и он косяка где-нибудь да даст.

— Ну… почти, — я помассировал виски. — Ладно, что без меня было? Введёшь меня в курс дела?

Я свесил ноги с кровати. Куклу и Эйко увезли, чтобы я не пугал их своими криками и бредом, в котором находился некоторое время. Как меня заверили, отвезли в надёжное место, где им ничто не угрожало. По крайней мере слово мне дала Фея, а мне в ней пока сомневаться не приходилось. Подозрения, конечно, вызывает, но не более.

— Что без тебя? — Джек принялся усиленно вспоминать, пока я поплёлся в туалет умываться и чистить зубы. — Ну… Ишкуина тут связывалась с тобой. Пыталась, вернее.

— Чего ей надо было?

— Предлагала кое-что.

— Что именно? — решил уточнить я, хотя уже знал ответ.

— Она не сказала. Хрен знает, чё ей надо было, но она, мол, с тобой только перетрёт.

— Понятно…

В зеркале на меня смотрел… скелет. В прямом смысле этого слова. Бледное, очень сильно осунувшееся лицо, синяки под глазами и длинные засаленные волосы. Я был похож на наркомана ещё сильнее, чем в прошлый раз, что забавно, и предположу, что сбросил ещё десяток килограмм. Зато теперь был более-менее чист, так что это того стоило. А набрать вес и немного привести себя в порядок — это не такая уж проблема.

Фея сказала, что мне придётся в течение месяца принимать препараты, но и это не было проблемой. А что действительно волновало, так это тот факт, что около шести месяцев, а может и около года, если верить ей, меня будут мучать резкие перепады настроения и иногда даже апатия. Это будет длиться до тех пор, пока не наладятся вся процессы, подавленные в организме наркотиками.

Неприятный эффект, придётся следить за собой куда более тщательно.

— Кстати, где Фея? — спросил я из ванны, включая воду.