Чтение онлайн

— Хочешь… посмотреть? — вот тут она смутилась не по-детски.

— Ага. Ну, если хочешь, конечно, — сразу добавил я.

— Эм… почему бы и… нет? — улыбнулась она неуверенно. — Но сначала идём позавтракать.

В чём была прелесть просыпаться с Марией, так это в том, что она делала завтрак сама. Никаких тебе хлопот у плиты, где надо всех накормить и обогреть, можно просто расслабленно посмотреть на голую Марию в кухонном фартуке. Просто в другие дни я надеваю схожий фартук и ношусь по кухне, чтоб Соня успела поесть, чтоб Эйко разогреть и самому голодным не остаться. А там ещё Эйко надо помыть и так далее — утро начинается с забега. Нет, мне нравится с ними возиться, я чувствую какое-то тепло и удовлетворение в душе, но и смотреть на попу Марии, показывающуюся из-под фартука, мне тоже по душе.

А сегодня так надо вообще быть во всеоружии, так как день обещает выдаться напряжённым. И не только день, а вся неделя, которая, наверное, сотрясёт Сильверсайд будоражащими новостями. Главное, чтоб только новости людей будоражили.

Позавтракав в полной тишине, Мария, отложив тарелку, взглянула мне в глаза.

— Ты сегодня работаешь?

— А как же, — пожал я плечами.

— Нет возможности… остаться? Со мной?

— Если бы была, я б не выпустил тебя из кровати, — усмехнулся я, подмигнув ей. Она расплылась в довольной улыбке. Но счастье довольно быстро сменилось тревогой.

— Что-то произойдёт? — негромко спросила Мария.

— С чего ты взяла? — удивился я.

— Ты выглядишь чересчур серьёзным, когда что-то важное на носу. Я это давно заметила, — поделилась она своими наблюдениями.

— О как. А ты знаешь, что эти дела не для маленьких девочек, Мария?

— Будет смерть?

— Ох… — вздохнул я, откладывая столовые приборы. — Во-первых, смерть будет всегда, во-вторых, скоро всё закончится, так или иначе. В этом можешь быть уверена. В-третьих, не стоит лезть в это дело тебе, хорошо?

— Просто… я думала, может…

— Не лезь, — мягко, но настойчиво повторил я. Мы на какие-то мгновения смотрели друг другу в глаза, но Мария сдалась первой. Я практически видел, как её уже было окрепшая настойчивость рухнула, и она пошла на попятную, отводя взгляд.

Мария… С другой стороны, разве я думал, что будет иначе? Нет. А если знал, что такое будет повторяться, но всё равно решил быть с ней, какой смысл теперь вздыхать и закатывать глаза, возмущаясь. Решил принять какой есть, значит, принимай.

— Прости, — не глядя мне в глаза, тихо сказала она.

— Ничего. Я уже смирился, — я взял тарелки и поставил их в раковину. — Но это не значит, что ты можешь терроризировать меня теперь этим.

— Просто… грешно убивать, и я бы хотела, чтоб ты занимался по возможности этим меньше.

— Знаю, но не лезь в эти дела, Мария. Они мои и только мои. Я делаю всё так, как это требует ситуация. Ты не всё знаешь и не всё в этом понимаешь, и твои советы могут довести меня до могилы. Поэтому не лезь.

— Хорошо, — покорно отозвалась она.

Но она полезет. Несомненно полезет. Надо будет Марии на пирсинг цепочку повесить, чтоб дёргать каждый раз, когда она забывается.

После того, как мы позавтракали, я ещё раз затащил Марию в кровать. Буквально на руках отнёс её, где нежно отлюбил. По глазам видел, что ей хочется чего-то спокойного и нежного, медленного и вдумчивого. И вообще, она была похожа на нимфоманку немного. То ли все девушки так хотят, то ли у неё слишком часто этого хочется, понять не могу.

***

Фея вернулась буквально на днях, и небольшую операцию мы отложили, чтоб у неё в запасе было несколько дней, чтоб отдохнуть и выспаться. Как мне потом сообщили, первым делом она ринулась искать Джека, который жив-здоров её встретил как ни в чём не бывало. Не знаю, рассказал ли он про импульс или же нет, но она ни слова про это не сказала пока.

И сейчас мы собирались у меня в кабинете. Сегодня ночью, пока кувыркался с Марией, у меня умерло пятнадцать человек и сгорел склад с полтонной кокса. Это много. Не критично, да и мы может даже не заметим этого, но всё равно в деньгах это ощутимая потеря. Ну и обидно за груз. Деньги могли пойти на разные вещи, но теперь они потеряны, так ещё и люди погибли. Зато теперь причины созвониться с ним у нас были.

— Послезавтра первая поставка через порт, — напомнила Фея.

— Помню.

— Просто мне интересно, помнит ли господин Ли о нашем уговоре. Ты ему доверяешь?

— Этот вопрос я задаю всё чаще и чаще насчёт всех, с кем нам приходится встречаться, — вздохнул я. — Ты же про Нинг знаешь?

— Про её занятия с Соней и дополнительные уроки с Джеком, — кивнула она, показывая свою информированность. Значит, всё-таки рассказал.

— Вот, тот же вопрос и к ней. Доверять ей или нет. Или Скрипке. Или Марие… вернее, её необдуманным поступкам. Самой-то я доверяю, не доверяю её чистоте сердца.

— Верующие люди — самые опасные, — настоятельно заметила Фея.

— Ты не первая об этом говоришь. Кстати, ты рассказывала ещё кому-нибудь о Джеке?

— Не посчитала нужным. Не думаю, что нам стоит распространяться насчёт его неожиданно возникших сил. А насчёт Нинг, имеем ли мы возможность её просто прижать? — поинтересовалась она.

— Это она нас может прижать, — поморщился я. — Ничего ей мы не сделаем, даже если захотим. Она сама тут из наших может закатать кого угодно. А учитывая тот факт, что она не одна, так вообще тихий ужас.

— Она настолько сильна? — удивилась Фея.

— Да. И я даже не представляю её класс опасности, если честно. Но он явно выше, чем у наших бойцов. Я бы может и предпринял какие-нибудь действия, знай, что она задумала против нас что-то недоброе, но боюсь сам разбудить лихо.

Я помню, когда Скрипка задал этот же вопрос, и я сказал, что Нинг от него мокрого места не оставит. Он тогда недовольно поджал губы, видимо, не радуясь тому, что его обскакала какая-то баба, возящаяся с детьми. Все знали о ведьмах, некоторые знали и как они себя кличут, но никто не представлял, насколько они опасны, считая их ещё одной бандой.

— У нас всё готово же?

— Нинг вроде как обработала почву. Скрипка уже держит парней готовыми по головы его приближённых, которых смогли найти, — на это мы угрохали немало денег, кстати говоря. — Я же всегда готов. Вроде ничего не забыли.

— Итак, может пора звонить? — кивнула Фея на телефон.

По крайней мере я на это надеюсь.

Сделав глубокий вдох и придав себе невозмутимости, я набрал телефонный номер. Ответили мне не сразу, я отсчитал ровно пять гудков. Это было словно классическое число для того, чтоб показать, кто в разговоре главный.