Чтение онлайн

– Да.

– Ты помнишь, Наташа, я тебя как-то спрашивал, была ли ты в квартире Олега после произошедшего? Я обратил внимание, что кто-то двигал книги в шкафу.

– Но я действительно туда не ходила, - Наталья выглядела озадаченной.
– Игорь туда не ходил вообще. По понятным причинам. Может милиция?

– Я видел в деле снимки, сделанные уже после осмотра квартиры. Книги тогда были расставлены не так, как стоят сейчас.

– Но там больше никого не было. Кроме соседки, которая наводила порядок в квартире, и Светы. Но им то зачем?

– Да, пожалуй.

Игорь очень устал. Взгляд его рассеянно блуждал по комнате, освещённой мягким светом заходящего солнца: большой телевизор на тумбе со стеклянными дверцами, за ними старый кассетный видеомагнитофон. У стены большой сервант с посудой, какие были в моде ещё в "те" времена. В нише серванта, рядом с узкой высокой вазой, стояла коричневая коробка одеколона "Сигар".

– А это чей?
– Костров показал рукой на коробку.

– Что именно?

– Одеколон.

– Одеколон?
– Наташа повернула голову в сторону серванта.
– Это Игоря. Я ему подарила на прошлый день рождения. Ему нравился этот запах.

– Нравился этот запах, - как эхо повторил Костров и, мельком взглянув на любителя "Сигара", как-бы между прочьим спросил:

– Ты им сейчас пользуешься?

– Как тебе сказать... Дело в том, что это только коробка. Оставил на память - подарок всё таки. Одеколон закончился несколько месяцев назад, ещё до всех этих событий.

Игорь поднял брови:

– Закончился? А новый вы не покупали?

Супруги удивлённо смотрели на него. Неожиданный интерес к одеколону, видимо, показался им странным. Смысла вопросов Кострова они явно не понимали.

– У меня сейчас этот... как его... Кельвин Кляйн, - наконец сказал муж.
– "Сигар" сейчас не особо в моде, не везде его и купишь.

Смутные предчуствия - нехорошие, тревожные - роились в голове у Игоря. Он ощущал: что-то не так, картина преступления не вырисовывалась. Вроде бы много новой информации, но ясность не наступала.

– Наташа, а Света знала, что Олег жив?

– Света? Нет, я ей не говорила. Хотя... Когда Олег позвонил в субботу, мы с дочкой были в машине. Мы ездили по магазинам, я говорила.

Игорь кивнул:

– Мне Света тоже говорила.

– Ну вот. Я только села в машину, как раздался звонок от Олега. Он был очень взволнован, испуган, постоянно срывался на крик. Я телефон оставляла в машине, возможно, он набирал несколько раз. Света сидела рядом со мной и, в принципе, могла слышать: сам знаешь, какая громкость у нынешних телефонов. Но я прервала Олега, сказала что перезвоню, вышла на улицу и тогда уже мы обо всём договорились. Не думаю, чтобы Свелана поняла. Всё таки узнать голос со стороны...Она же считает, что Олег давно умер.

Наталья тяжело вздохнула.

– Но ведь ты всё же вышла из машины, когда Олег позвонил?

– Вышла, но чисто инстинктивно, автоматически, на всякий случай.

– А во сколько времени это было?

Наташа пробежалась глазами по комнате. Телефон её был тут же, на маленьком придиванном столике. Она пролистала журнал звонков.

– Вот. Шестнадцать двадцать девять - его звонок. Шестнадцать тридцать две - мой.

Ответив Игорю, Наташа продолжала смотреть на экран.

– Можно мне взглянуть?

Она протянула Кострову аппарат. На экране действительно высвечивались звонки Олега: только номер, имя абонента Наташа, видимо, от греха подальше, удалила. Однако звонков было не два, как она говорила, а три. Первый - в шестнадцать двадцать шесть.

Игорь нажал просмотр. Продолжительность разговора составляла одну минуту две секунды.

– А это что за ещё один вызов? Притом не пропущенный, а принятый.

– Не знаю, - Наталья была неподдельно растеряна.
– Сама вот только обратила внимание. Может...

Она запнулась.

– Ты сейчас сказала: "Когда я села в машину". Не мы, а я. Что, Света уже была в машине?

– Да. В ЦУМе я задержалась у ювелирной секции. Свете это не интересно.

Наступило напряжённое молчание, после чего Наталья сделала единственно возможный вывод:

– Получается...

Игорь невесело усмехнулся:

– Получается.

От волнения все трое закурили.

– Пока тебя не было, Олег позвонил в первый раз. Трубку подняла Света. О чём они говорили, неизвестно. Возможно, потеряв дар речи, она просто слушала. Слушала, как "мёртвый" отец рассказывает о том, что я его нашёл. И где именно нашёл. А потом, очевидно, просто отключила телефон. Иначе Олег сказал бы тебе, что говорил со Светой.

– Он не говорил. Сейчас я вспоминаю, что разговор он начал со слов: куда ты пропала? Я не придала этому значения, не успела просто. Он кричал безостановочно, как из пулемёта строчил, слово нельзя было вставить. Но это значит... Светлана меня потом, когда я вновь села в машину, спросила кто это звонил. Я что-то такое ответила, отмахнулась вобщем. Получается...

Игорь подвёл итог услышанному:

– Света узнала, что её отец жив. Но ни тебе, ни мне, а она звонила сегодня утром, об этом не сообщила.

Вновь возникла пауза. Собеседники обдумывали последний прозвучавший вывод. Игорь, вместе с тем, думал и о том, что Света, будучи в квартире матери ( хотя бы и на похоронах ), наверняка видела коробку от мужского одеколона. О том же, что там пусто, она могла и не знать. Ведь проверять это, заглядывать в коробку, было незачем. Света позвонила ему и сказала, что в квартире побывал кто-то, кто пользуется этим одеколоном. Зачем нужно было проникать в квартиру? Конечно, за пистолетом, из которого, возможно, был убит Олег, а также ( страшно подумать ) стреляли и в его машину. Точно на этот вопрос может ответить лишь эксперт-баллистик, да и то лишь в том случае, если пистолет Олега будет обнаружен. Однако, если бы у Игоря, мужа Наташи, сейчас оказался одеколон "Сигар", это было бы ещё одним основанием подозревать их в убийстве. Тем более, что в этом деле они завязли, что называется, по уши.

Однако же, коробка от одеколона пуста. Света этого не знала и что же? Неужели солгала? "Сигар" сейчас действительно редкость. Вряд ли за пистолетом в квартиру ходил кто-то ещё, кто пользуется им. Но, раз за пистолетом никто не приходил, доступ к нему мог иметь лишь один человек. А то, что пистолет обнаружен - очень похоже. Ведь книши в шкафу кто-то двигал.

Но этого просто не может быть! Новая догадка не укладывалась в сознании.

– Вот что, - Игорь, наконец, решился.
– Нам нужно поговорить со Светой и немедленно.