Чтение онлайн

— Кем же?

— Вам нужны еще мои уничижения?

— Разумеется.

— Для чего?

— Сейчас узнаете!

— И все же, я скажу, что намерен был сказать. Одним словом, Стэфания, мир ровным счетом ничего не потерял бы, если бы ваш отец вовсе не посетил сей мир. Он не облагородил его своим рождением. Вы умная женщина и сами это прекрасно понимаете, не правда ли?

Утомленный такой длинной речью, умной речью, искренностью, которую он себе редко позволял, Эндрюс Блэкфорд, занятый только своими чувствами, почти не наблюдал, что происходило со Стэфани. Услышав ее на этот раз резкий голос, он посмотрел в ее сторону и оторопел.

Она стояла в позе профессионального боксера, и ее взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Вот, теперь я вышла из себя!

— Не понимаю, дорогая…

— Поднимайся, жалкий трус!

— Что происходит?

— Сейчас поймешь!

— Успокойтесь…

— Встань в позицию! Кому говорю!

Эндрюс Блэкфорд медленно, как на замедленной пленке, поднялся с места, еще не осознавая до конца опасности, уставился на Стэфани.

— Чего вы хотите?

— Закройся руками.

— Для чего?

— Сейчас увидишь!

— Ей Богу, Стэфани, вы зря выходите из себя. Такой божественной женщине это не к лицу.

— Я не знаю, для чего Бог создал вас, но я сейчас вам объясню, как разговаривать с такой женщиной как я.

Она молниеносно наносит ему прямой справа в челюсть и, чтобы он не упал, сделав стремительный выпад, наносит удар слева, при этом объясняя каждый удар:

— Это тебе за то, что мой отец нудный человек, а это за то, что он ничего не сделал.

Оторопев от боли, Эндрюс Блэкфорд, как тюфяк, валится на грязный замызганный пол, где в первое мгновение не может даже пошевелиться.

— Еще добавить, мозгляк? — наклонилась над ним Стэфани, рассматривая то, что валялось перед ней на полу, а перед этим было респектабельным мужчиной, или это только он сам так думал.

Не в силах встать, а может он боялся еще получить удар, надеясь, что лежачего не бьют, Эндрюс Блэкфорд, стал, перекатываясь, ползти к двери. Наконец, у него прорезался голос и он сипло и вульгарно заорал:

— Полиция! На помощь! Убивают!

Как только он попытался встать на четвереньки, оглядываясь на свою мучительницу, Стэфани пинком под неавторитетное место выбрасывает его за дверь.

— Дрянь! Невежда! Поползень вонючий! — приговаривала она, срывая с вешалки его плащ и шляпу и с остервенением выбрасывая их туда, где было слышно падение грузного тела.

Прошла длинная минута, прежде чем, расхаживая по кофейне, Стэфани услышала жалобное: «Помогите! Помогите!»

— Я тебе помогу, падаль несчастная, довести меня до такой ярости! Не проходи даже мимо меня, я тебе так помогу!

— Помогите! — слышится еще более слабый голос Эндрюса Блэкфорда.

Но Стэфани и не думает выходить во двор. Она, отбросив с грохотом в дальний угол два стула, энергично усаживается на третий. Хорошо, что это не поддельный Чипендейл — этот даже под ней не скрипнул.

— Вот так! — громко произнесла она вслух и положила сжатые кулаки себе на колени.

Но побыть одной и обдумать происшедший инцидент Стэфани не пришлось.

Видимо, привлеченный грохотом упавших стульев, а может быть еще чем-нибудь, в кофейню стремительно входит джентльмен египетского или еще какого-нибудь происхождения в этом роде. Голос его был воспитанным и властным, а речь очень правильной, чтобы быть местной. Он был средних лет, в поношенном, но очень опрятном костюме и феске.

— Что случилось? Что здесь происходит? — спросил он и уставился требовательно на Стэфани.

Она медленно повернулась в его сторону и не отвечая, успокаиваясь, смотрела на него.

Требовательный взгляд и решительный вид незнакомца, явно иностранного происхождения, заставил все же Стэфани заговорить:

— Кто вы такой, черт побери? — вопросом на вопрос ответила Стэфани.

От удивления, что женщина такого утонченного вида может так резко и грубо ответить, лицо его приняло еще более решительный вид, но ответил он очень вежливо:

— Я врач из Египта.

— И что?

— Я услышал шум. Он мне показался подозрительным. Я поспешил сюда.

— Для чего?

— Чтобы выяснить, в чем дело.

— Для чего это вам?

— Я же сказал, я врач. Может быть кому-нибудь нужна моя помощь.

— Я умираю, — вдруг заунывным голосом сказала Стэфани. — Помогите!

Врач внимательно и профессионально смотрел на Стэфани, сделав еще один короткий шаг в ее сторону. Но ответил твердо:

— Глупости.

— Моя жизнь вам глупости?

— Да, очевидно, у вас был припадок, но сейчас вы в состоянии ругаться. Припадок прошел.

— Откуда вы знаете про припадок?

— Вижу по вас.

— Это заметно?

— Я же сказал — я врач.

Мгновенная перемена промелькнула в глазах Стэфани, азарт удачливого игрока взыграл в ней.

— Осмотрите меня, мне дурно.

Доктор подошел к ней, попросил сесть прямо, взял за руку, немножко подержал в том месте, где прощупывается пульс и осторожно положил руку на колени.

— Вы совершенно здоровы. До свидания!

Он решительно направился к двери, с достоинством незаслуженно обиженного человека.

— Постойте, сэр! Мне действительно плохо. Мне нужен врач. Я уплачу, я богата! Пусть вас это не беспокоит, я умею быть благодарной за услуги.

— В таком случае вы без труда найдете себе местного врача. Есть тут еще кто-нибудь, кому нужна моя помощь?

— Мне.

— Вам нет.

— А кому вы ее хотите оказать?

— Я был наверху. Я слышал, как кто-то упал с лестницы. У пострадавшего возможен перелом.

Доктор сказал все это уже возле двери, торопясь покинуть кофейню, не желая тратить время на здоровую женщину, которая стремилась его задержать.